Что произошло в Блайбурге на 14, 15 и 16 мая 1945 года?
С 4 мая 1945 года началось массовое бегство большей части хорватских вооруженных сил и гражданского населения в западном направлении, чтобы сдаться союзникам, прежде чем их бы захватили наступающие коммунистические партизаны. По мнению британских военных архивов (War Office 1704465) в направлении к Блайбургу к югославско-австрийской границе приближалось в общей сложности 200 000 хорватских военнослужащих, которые сопровождали и защищали около 500 000 гражданских лиц, с намерением перебраться на территорию, контролируемую британцами, чтобы сдаться и поставить себя под британскую защиту. Эта часть хорватского потока прибыла на поле перед Блайбургом в дневные часы 14-го мая, где командиры хорватских вооруженных сил во главе с генералом Херенчичем установили контакт с командованием британского подразделения, которое дислоцировался там и сказали им, что они хотели сдаться британской армии и поставить гражданское население под британскую защиту. Британский офицер ответил, что он был проинформирован о приходе хорватов, и что хорватам будет разрешено завтра продолжить свой путь на Запад и сохранить оружие. Тем не менее, на следующий день 15-го мая вся ситуация изменилась. Это произошло после того, как политический советник Верховного главнокомандующего объединенными вооруженными силами на Средиземном фельдмаршал Гарольд Александр, с его штабквартиры близ Неаполя, Гарольд Макмиллан, непосредственный подчиненный Премьер-министра Великобритании Уинстона Черчилля, 13 мая 1945 года в Клагенфурте приказали командиру 5-го корпуса 8-й британской армии генералу Чарльзу Кейтли, что "большое число ренегатов югославских войск, за исключением четников" должны быть переданы в руки югославских партизан." Этот приказ противоречит обещанию, данному фельдмаршалом Александром, что союзники будут рассматривать хорватские войска в качестве военнопленных, после того как они сдадут оружие. Это обещание было дано Александром представителю Святейшего Престола, когда папа Пий XII, по просьбе хорватского кардинала Степинаца, попросил военное командование, чтобы то сохранило жизнь беженцам из Хорватии. Но партизаны хотели предотвратить сдачу хорватских беженцев союзникам, что можно было бы заключить из следующей телеграмме, посланной Тито, в качестве верховного главнокомандующего югославской армии, к своим войскам на 13 мая 1945 года, то есть после окончания войны. Команда в телеграмме гласила: "Как сообщает Третья армия, что на площади Konjice Šoštanj у Давограда находится группа усташей с некоторыми "четниками" (сербские боевики-монархисты), всего более 50000 человек. С ними находятся Павелич, Мачек, члены правительства Хорватии и большого числа преступников. Они пытаются пересечь Дравоград и сдаться англичанам.
Одна дивизия генерала Костой держит площадь Naravosinrodo, а другая вблизи Šentilj может перерезать дорогу между Веленье и Dravograd. Вы должны сразу идти вперед со своими силами из Целе региона в направлении Šoštanj - Sloven Градец для того, чтобы сконцентрировать атаку, чтобы уничтожить эту группу " (оригинал сообщения хранится в Военно-исторический институт в Белграде).
Нужно добавить к приведенной выше телеграмме, что титовский генерал Коста Надь, который в то время командовал третьей армией и был ответственным за судьбу хорватских солдат и гражданских лиц, сообщил белградскому еженедельнику "Репортер" от 13 января 1985 года, что в то время 150000 врагов попало в его руки, и что "конечно, в конце мы ликвидировали их". Надь добавил, что он немедленно доложил Тито об этом «успехе», и что это был "последний войнный доклад Второй мировой войны ".
Однако, вернемся к переговорам в Блайбурге. Командующим 8-й британской армии, которые занимали те части Австрии, был генерал сэр Ричард МакКрири, а командиром 5-го корпуса был британский генерал Чарльз Кейтли. Две хорватские армии, которые вместе с гражданским населением отходили в сторону британских войск в Австрии нассчитывали на 13 мая 1945 года 17 дивизий (свыше 200 000 человека). В 9 часов утра 14-го мая 1945 года хорватский офицер связи еврейского происхождения Дойч-Maceljski объявил англичанам сдачу этих двух армий и из гражданских лиц. Мы должны иметь в виду, что Вторая мировая война уже закончилась.
Британцы тянули с переговорами до тех пор пока переговорщик Тито комиссар Милан Баста и британский бригадир Патрик Скотт не добились успеха в обмане и запугивании генерала Херенчича, чтобы хорватская армия сложила оружие и подняла белый флаг капитуляции. Окружение началось 15 мая 1945 года в 4 утра. Это было сделано в соответствии с приказами МакМиллана и Гарольда Александера сдать хорватов коммунистам Тито. Согласно отчету очевидца Доминиканский священника Драго Колимбатовича, во время сдачи английские солдаты лежали на краях долины с автоматами, указывающими на хорватов. Колимбатович далее пишет: «То, что последовало далее, этот горький опыт, который мы могли бы ожидать от диких бушменов, но никогда от культурных англичан. Под предлогом проверки, осталось ли у нас еще оружие, их солдаты наслаждались грабежом. Они забрали все золотые и ценные предметы, некоторые из хорватов везли с собой для того, чтобы облегчить их трудность на чужбине". Колимбатович суммирует поведение англичан следующими словами: "В англичанах вместо убежища, мы нашли палача ". (Цитируется из еженедельника "Голос Совета" от 13 мая 2007). Британское вероломство зашло еще дальше, фельдмаршал Александр посылает Тито строго конфиденциальную телеграмму от 16 мая 1945 года, т.е. один день после сдачи хорватов в коммунистическую Югославию, говоря Тито, что британцы хотели бы передать ему хорватских заключенных и спрашивают Тито, согласен ли он с этим предложением. Тито отвечает Александру на 17 мая, что он получил телеграмму по поводу предлагаемой передачи 200 000 «югославов», и что он (Тито) соглашается с благодарностью к этому предложению. Все это происходило после того, как хорваты уже выданы коммунистам Тито и после того, как многие из них уже были убиты.
Что на самом деле произошло 15 мая 1945 года, в день капитуляции? Когда после обезоруживания хорватов партизаны Тито были уверены, что их жертвы уже не могли защитить себя и что англичане не намерены вмешиваться (англичане даже угрожали, что будут бомбардировать хорватские войска и гражданские лица, если хорваты немедленно не сложат оружие), партизанский комиссар Милан Баста, серб из Лики, выпустил свой приказ. Что вслед за этим последовало может быть описано только теми, кто присутствовал на этой апокалиптической бойне. Вот свидетельство очевидца: «Мужчины, женщины и дети падали пачками, а партизаны скашивания влево и вправо с их пулеметами над открытым полем. Вскоре так много людей были убиты, что партизаны рискнули спуститься среди выживших и с видимым удовольствием, чтобы добить выживших, чтобы пнуть их с сапогами и колоть штыками. «(Доклад очевидца Тед Павик из книги Николая Толстого "Министр и резня", Лондон 1986, стр. 104). Другой очевидец Журе Рагуж сообщает, что рядом с собой он видел отчаявшегося Хорватская офицера, застрелившего двух своих маленьких детей, мальчика и девочку, а затем свою жену и самого себя (источник цитаты указан выше). Когда бойня в Блайбурге была закончена 16 мая, оставшаяся масса разоруженных и запуганных хорватских заключенных направлена пешком в Югославию, по кровавым полям Кочевского Рога и других далее, на марш смерти, известный как путь "Крест". Словенец Франц Перме в своей документальной книге «Незаметные могилы и их жертвы" доказывают, что в первые дни после окончания Второй мировой войны, только в пределах Словении, вне австрийского Блайбурга, 189 000 хорватов были убиты, и далее 144 500 умерли в колоннах смерти на пути Креста от словенско-хорватской границы до границы с Румынией. Что касается Кочевском Рога, место в Словении, хорватский ежедневник «Слободная Далмация» 12 сентября 1999 года напечатал заявление Элберта Светина, первого партийного секретаря (1944-1945) словенского отделения одиозный секретной службы ОЗНА (UDBA), что в Кочевском Роге коммунисты убили по меньшей мере 40 000 человек, мужчин, женщин и детей. Среди палачей в Кочевском Роге особенноотличились солдаты группы численностью от 60 до 70 членов, которые принадлежали к 26-й дивизии Далмации. Они бросали свои жертвы в глубокие ущелья, некоторые из жертв были все еще живы, и их руки связаны проволокой, некоторые из них были уже мертвы.
Этой группой командовал капитан Никола Марсик и его заместитель - комиссара Элберта Стамбека, она находилась под защитой 11-й далматинской бригады. Согласно сообщению одного очевидца, молодого партизана, члена 11й Далматинской бригады, во время его пребывания в Кочевском Роге за восемь дней от 30 000 до 40 000 заключенных были убиты и брошены в двух соседних горных ущельях. По свидетельству должностного лица секретной службы Словении Зденко Завадлава, группа убийц во главе с Симо Дабаджик особенно усердствовали в забое хорватов. Завадлав сказал, что приказы убивать врагов пришли с самого верха, потому что "революция все еще продолжалась". (Ежедневник «Jutarnji список» в среду от 25 мая 2003 года). Следует добавить, что британский генерал Кейтли 24 мая 1945 года передал Тито также тех хорватов, которые были укрыты в качестве беженцев в австрийском лагере Виктринг. Возможно, услышав о чрезмерных массовых убийствах экстрадированных хорватов, совершенных военнослужащими Тито, фельдмаршал Александр издает 4 июня 1945 года приказ о так называемой новой армейской политике в отношении к «югославам». Этот приказ запрещает экстрадицию в Югославию или в югославские войска любых «югославов» против их воли, и только те «югославы», которые сражалисья против Тито будут рассматриваться как военнопленные и отправляться в лагерь Виктринг. К сожалению, для слишком многих "югославов", военных и гражданских, этот приказ был выпущен слишком поздно.
Какие преступления были совершены в Блайбурге?
Здесь мы ставим вопрос о юридической квалификации уголовных преступлений, совершенных британцами и югославскими коммунистами в Блайбурге и об ответственности за эти преступления. Хотя сам это только небольшая часть этих отвратительных преступлений, совершенных югославской коммунистической армией позднее в Кочевском Роге, на маршах смерти и во многих других местах, мы должны ограничить нашу презентацию о преступлениях, совершенных в Блайбурге. Акт британского командования о передаче югославским коммунистам хорватских солдат и гражданских лиц, которые уже сдались, почти не имеет прецедента в истории цивилизованных народов, и это противоречит положениям международной конвенции и обычного права войны. Когда они сдались в Блайбурге, члены хорватских вооруженных сил приобрели статус британских военнопленных и хорватских гражданских лиц как беженцев, в результате которого между хорватами и британцами возникли взаимные права и обязанности, установленные международным правом. Эти права и обязанности особенно изложены в Женевской конвенции от 27 июля 1929 года о процедурах с военнопленными, которая уже применялась в то время. Эта Конвенция была подписана в том числе Великобританией и другими участниками во время Второй мировой войны. В январе 1943 года Независимое государство Хорватия присоединилось так же к этой Конвенции. В соответствии с положениями настоящей Конвенции, Великобритания должна была заботиться о безопасности жизни хорватских военнопленных, защитить их от насильственных действий (ст.2) и поселить их в районах, достаточно удаленных от полей сражений, чтобы вывести их из зоны опасности (ст. 7). Не может быть принято возражение, что Великобритания не имела обязательств в связи с тем, что формально не признавала независимое государство Хорватию, потому что Великобритания уже была должным образом проинформирована о присоединении Хорватии к вышеупомянутой Конвенции, и следствием этого было безусловное обязательство на основе международного права по защите заключенных хорватских солдат. Великобритания возможно может использовать другой предлог для выдачи своих хорватских военнопленных в руки Тито: упомянутая выше Женевская конвенция была изменена в одностороннем порядке в определенной степени решениями, принятыми во время войны четырьмя великими державами - США, Великобританией, Францией и СССР.
В соответствии с этими изменениями так называемые военные преступники среди военнопленных могут быть экстрадированы для суда и наказания в любое союзное государство, которое это потребовало. После окончания Второй мировой войны вышеупомянутые четыре великих державы подписали в Лондоне в декабре 1945 года «Соглашение для судебного разбирательства и наказания главных военных преступников стран Оси». На основе этого соглашения, Международный военный трибунал был создан, чтобы попытаться судить военных преступников «чьи преступления не могут быть локализованы в отдельных странах» (ст.1). Этот Лондонский правовой акт Международного военного трибунала был одобрен в марте 1947 года ГенАссамблеей ООН. Тем не менее, этот предлог также несостоятелен. Прежде всего, когда хорватские солдаты были переданы партизанам Тито (середина мая 1945 года) упомянутое Лондонское соглашение еще не было заключено, и не было какого-либо обстоятельства, которое бы умаляло положения Женевской конвенции 1929 года о военнопленных. В дополнение к этому, Великобритания в то время не выдавала коммунистам лиц, которых те подозревали в военных преступлениях, но при эитом отдала на растерзание югославским коммунистам всю массу военнопленных и гражданского населения, которые искали убежища. Британцы еще до экстрадиции знали, что коммунисты Тито убивают всех тех, кого они считали препятствием к своей абсолютной власти, среди прочего, это следовало из конфиденциального доклада британского посольства в Ватикане от 11 мая 1945 (за четыре дня до Блайбургской выдачи хорватов) к британскому министру иностранных дел Энтони Идену. В докладе говорится: «Вскоре после оккупации каждого города и села, партизаны устанавливали страшную диктатуру коммунистической партии. Они началали с "ликвидации" всех "подозрительных" элементов.. Намереваясь установить в захваченной Югославии диктатуру коммунистической партии, они должны - как они думали - прежде всего, устранить все ведущие личности, которые не согласны с коммунистическими политическими намерениями. Везде в захваченных районах Югославии коммунисты искали тех, кто пользовался уважением и влиянием среди людей; они арестовали их и без суда, они расстреливали или депортировали их в концентрационные лагеря, где убилвали их позже. Цель таких действий югославских партизан была очевидной; они намерены ликвидировать всех тех людей, нации, которые могли бы один день помешать им в их усилиях по большевизации освобожденной Югославии. Среди них, конечно же, католические священники, которые пользуются уважением и имеют авторитет среди людей как духовные лидеры, особенно в Хорватии и Словении" (цит страницы 3 и 4 доклада). Затем на следующих 16 страницах автор описывает резню, устроенную титовскими партизанами в Дубровнике, Метковиче, Ljubuško, Макарска, Мостаре, Широки Бриег и Сине. И все же, несмотря на эту информацию, спустя только четыре дня после написания этого доклада, британцы в Блайбурге передали всех хорватских беженцев и военнопленных на их неминуемую гибель в руки титовских партизан.
Тем не менее, вина британских военных властей за неслыханное убийство хорватов в Блайбурге и также на марши смерти по всей Югославии никоим образом не уменьшает уголовную ответственность партизанской армии и ее командиров. Партизаны и их командиры, включая верховного главнокомандующего Тито, без всякого сомнения, несут ответственность за военные преступления и преступления против человечности, нарушив нормы международных правил ведения войны. Однако мы можем спросить, совершали ли они также преступление геноцида против хорватов? По словам второго хорватского президента Месича, с которыми он выступил в Ясеноваце в 2005 году, «убитые в Блайбурге являются жертвами, но они не невинны в других преступлениях». Можем ли мы спросить, в чем вина детей, женщин, стариков и большого числа хорватских солдат, многие из которых до тех пор были всего лишь военными курсантами, беспощадно убитыми без суда в Блайбурге, Кочевском Роге и других местах Крестного пути? Эти слова Степана Месича, человека, бывшего до этого ревностным коммунистом, звучат так же невероятно как и его слова в 2007 году, когда он сказал, что в Блайбурге были убиты те, кто был ответственен за лагерь Ясеновац. Хотя за преступления, совершенные в Ясеноваце должны нести ответственность только «усташи», также как партизаны - за преступления, совершенные в том же лагере Ясеновац после падения независимого государства Хорватия, но точно не мирные жители, женщины и дети и все хорватские солдаты, убитые в Блайбурге. Это неправильно и недостойно президента хорватского государства, который должен быть президентом всех хорватских граждан, а не только тех, с кем на праздничных сборах он поет известную партизанскую песню «по лесам и горам». У нас есть еще один пример искажения истины и недооценки интеллекта граждан Хорватии, когда бывший коммунистический прокурор преуменьшает преступления, совершенные коммунистами, заявляя, что после Блейбурга было убито от 12 000 до 14 000 человек. Правда состоит в том, что только в Кочевском Роге было убито в два раза больше.
Но вернемся к нашему вопросу, было ли совершенное в Блайбурге или последовавших за ним маршах смерти преступлением геноцида. Согласно Конвенции 1948 года о геноциде, преступление геноцида состоит из действий, совершенных с намерением уничтожить, полностью или частично, национальную, расовую или религиозную группу как таковую. Эти действия включают убийство членов группы, причинение серьезных телесных повреждений или умственного расстройства членам группы, преднамеренное ухудшение условий жизни, рассчитанных на полное или частичное физическое уничтожение, применение мер, направленных на предотвращение рождения в пределах группы, насильственной передачи детей из одной группы в другую.
Поэтому для акта геноцида требуются два предварительных условия: преступное деяние (actus reus) и преступное намерение (mens rea) уничтожить частично или полностью национальную, этническую, расовую или религиозную группу как таковую (ст. II Конвенции). Именно это произошло в Блейбурге, Кочевском Роге, на других станциях Крестного пути по Югославии, Мацелю и многочисленных рвах и ущельях, которые почти каждую неделю обнаруживаются в Словении и Хорватии. Фотич, посол Сербии в Вашингтоне, заявил во время Второй мировой, что после войны должно быть убито не менее миллиона хорватов, чтобы «установить биологический баланс с сербскими жертвами». Аналогичный взгляд выразил Тито в 1959 году. Когда во время его отдыха на острове Бриони всемирно известный хорватский скульптор Иван Мештрович спросил Тито о массовом побоище хорватов весной и летом 1945 года, тот ответил: «Этого не нужно было избегать. Мы должны были позволили сербам совершить это». Хооршо известна поговорка Милована Дилаша о невинных хорватских жертвах коммунизма "они должны были умереть, чтобы Югославия могла жить". Все это согласуется с инструкцией, которую Ленин 8 июня 1919 года передал Сланскому, агенту советской тайной полиции ЧК: «Каким позором было бы показаться нерешительным, остановив расстрельную команду из-за недостатка обвиняемых». Единственная «вина» подавляющего большинства убитых заключалась в том, что они принадлежали хорватскому народу и были членами католической церкви. Эти преступления были совершены даже против невинных людей, потому что они хотели свое собственное независимое государство. Поэтому нет никаких сомнений в том, что партизанская армия в данном случае совершила преступление геноцида с ведома и порядка своих политических и военных лидеров, под руководством Иосипа Броза Тито.
Почему в современной Хорватии отсутствует эффективное осуждение коммунистических зверств и наказание виновных?
Парламентская ассамблея Совета Европы приняла 25 января 2006 года резолюцию о международном осуждении преступлений тоталитарных коммунистических режимов. В Резолюции говорится, что тоталитарные коммунистические режимы без исключения характеризуются массовыми нарушениями прав человека, которые включают индивидуальные и коллективные убийства и казни, смерть в концентрационных лагерях, голод, депортации, пытки, рабский труд и другие формы массового физического террора, преследование по этническим или религиозным мотивам, нарушение свободы совести и самовыражение, свободы печати, а также отсутствие политического плюрализма (пункт 2). В резолюции далее указывается, что падение тоталитарных коммунистических режимов в Центральной и Восточной Европе во всех случаях не было следствием международного расследования совершенных ими преступлений и что авторы этих преступлений не были привлечены к суду, как это было в случае с преступлениями, совершонными национал-социализмом (нацизмом) (пункт 5). Ассамблея убеждена в том, что осознание этих преступлений является одним из предварительных условий повторения подобных преступлений в будущем и что моральная оценка и осуждение совершенных преступлений играют важную роль в воспитании молодых поколений (пункт 7). Резолюция призывает все посткоммунистические партии четко дистанцироваться от преступлений, совершаемых коммунистическими тоталитарными режимами, и осуждать их без какой-либо двусмысленности (пункт 13).Теперь мы можем спросить, почему в сегодняшней независимой и демократической Хорватии не хватает эффективного осуждения преступлений, совершенных коммунистами в Блейбурге и в Хорватии во время и после окончания Второй мировой войны? Отвечая на поставленный выше вопрос, следует с самого начала недвусмысленно заявить, что коммунизм, в результате которого погибли более 100 миллионов человек в мире, сделал это в соответствии с его идеологическими установками, а не вопреки им. Убийства и зверства не совершались теми коммунистами, которые неправильно понимали их марксистские догмы, но теми, кто был верен своей марксистской идеологии. Коммунисты не убивали из-за своего идеологического «отклонения» от аутентичной марксистской философии, а из-за своей тщательной идеологической обработки марксизмом. Социолог Клаус Якоби ставит Тито на незавидное 10-е место в списке так называемых «мегакиллеров» 20-го века, потому что Тито в мирное время, то есть после окончания Второй мировой войны, казнил примерно один миллион и сто тысяч человек (См. Хорватскую ежедневную газету «Вечерний список» от 13 сентября 2003 года). Тито делал это не только потому, что был злым человеком, а потому, что был прежде всего хорошим коммунистом. Сама суть и верная реализация марксистских догм являются источником ленинизма, сталинизма, маоизма, титоизма и других исторических форм левого тоталитаризма. Если вы убеждены в том, что вы и ваша партия являются единственными строителями светлого и прогрессивного будущего человечества и каждый, кто не согласен с вами, препятствует прогрессу человечества, то вы можете легко убедить себя «ликвидировать» этих "врагов народа" без малейших угрызений совести и ненавидеть их, как выразился титовский соратник и коммунистический идеолог Милован Дилаш, с «благородной ненавистью» (его статья в коммунистической газете «Борьба» 8-го Октября 1942 года). Тогда в эту категорию «врагов народа» вы можете положить всех тех, кого вы ненавидите по любым личным мотивам.
Давайте теперь перейдем к нашему вопросу, почему даже сегодня в демократическом, плюралистическом и независимом государстве Хорватии не существует эффективного осуждения коммунистических преступлений, почему лица, которые совершили эти зверства, живут безнаказанно среди потомков своих жертв? Почему они не привлечены к ответственности несмотря на то, что многие из преступлений не имеют срока давности, и почему осуществление хорватским «Сабором» (парламентом) Резолюции по международному осуждению преступлений коммунистических режимов было крайне несерьёзным и половинчатым. Я думаю, что ответ на эти вопросы следует искать в ряде обстоятельств. С точки зрения психологии, бывшим коммунистам очень трудно признать, что они служили самой кровавой утопией в истории человечества. Если бы они признали это, им пришлось бы покаяться перед народом и своей собственной совестью за многие вещи, такие как шпионаж над своими согражданами и информирование о них тайной полиции, за убийства и пытки «враждебных элементов», заключение их в тюрьму без суда, или за то, что они трусливо молчали, в то время как коммунисты преследовали их соседей, увольняли с работы по той единственной причине, что эти жертвы не хотели жить под угнетающим тоталитарным режимом. Поскольку хорватское правительство не привлекло этих людей к ответственности за их преступления, начиная от палачей в Блайбурге и прочих массовых убийствах, заканчивая теми, кто возглавляет партийную и государственную номенклатуру, которые заказывали эти преступления - все это лишь укрепляет иллюзию левых, что они не несут ответственности за эти проступки. Таким образом, эти бывшие коммунисты осмеливаются даже сегодня хвалить Тито, человека, который несет главную ответственность за геноцид в Блайбурге и прочие коммунистические зверства. Эти бывшие члены коммунистической партии и их дети сегодня занимают ведущие места в политике, судах, школах, средствах массовой информации, армии, разведывательных службах, прокуратуре и т. Д. Они препятствуют или замедляют процесс демократизации хорватского общества и пытаются скрыть правду о страданиях хорватов во время и после Второй мировой войны. Поэтому мы должны согласиться со следующим текстом редактора еженедельника "Голос совета", изданного хорватской церковью. Иван Микленич: «За 15 лет независимого существования Хорватия, независимо от ее правительств и правящих партий, не только не имела смелости, но даже не имела ни малейшего желания противостоять этой ужасной и чрезвычайно печальной стороне своего прошлого. Все организации, которые претендуют на защиту и поощрение прав человека, потерпели неудачу в этой задаче, и общественные СМИ иногда изощренно продлевали жизнь некоторым идеологическим формам тоталитарного коммунизма, вместо того, чтобы разоблачать его и освобождать хорватское общество от бесчеловечных , преступных оков .... Тем не менее, несмотря на это, если хорватское общество хочет стать действительно демократическим, оно неизбежно столкнется с этими фактами тоталитарной и криминальной коммунистической идеологии, справедливо оценит их и позаботится о том, чтобы это никогда не повторялось». ("Голос совета" 4-го числа февраля 2006 года).
Английский писатель Дж. Б. Пристли написал о своих соотечественниках следующие слова: «Репутация английского истеблишмента и поклонников его самодовольного обмана, лицемерия и вероломства - издавна имела известность во внешнем мире. Мы славимся нашими благочестивыми Предательствами» («What happened to Falstaff», в «Essays of five decades», Penguin Books 1969). В подтверждение этого мнения стоит добавить тот факт, что британская армия в Австрии в то же время передала Советам и отправила на верную смерть большое количество казаков-солдат, их жен и детей, которые воевали против коммунистов в России. Хотя эти люди никогда не были советскими гражданами, а эмигрировали из России во время коммунистической Октябрьской революции. Это противоречило Ялтинскому соглашению от февраля 1945 года, что только те военнопленные, которые являются гражданами России, должны быть экстрадированы в Советы. Подавляющее большинство казаков после их экстрадиции были либо уничтожены сразу, либо погибли в советских сибирских концлагерях, что должны были знать те, кто выдал их. Это, однако, не должно нас удивлять, потому что во время англо-бурских войн 1896 года в Южной Африке Англия создала цепь концентрационных лагерей, в которых жен и детей бурских борцов сажали в тюрьмы и пытали голодом, чтобы психологически побудить их отцов и мужей сдаваться. Или, например, чтобы покорить Ирландию, Англия в 1847 году вызвала в Ирландии страшный голод, в результате которого погиб каждый пятый гражданин Ирландии.
Хотя о Блейбурге и о последовавших за ней смертях написано много, у нас все еще нет полной картины того, что там произошло, потому что британские архивы как наиболее важные - до сих пор не доступны для общественности. Согласно британским правовым нормам, строго конфиденциальные военные и разведывательные документы, относящиеся ко Второй мировой войне, не доступны для общественности в течение 75 лет. Следовательно, эти документы будут доступны в лучшем случае в 2020 году.
Во всей этой трагедии хорватского народа одна историческая ирония не может избежать взгляда внимательного наблюдателя. Хорваты - единственная европейская нация, которая в своей недавней истории переместилась с Запада на Восток Европы, когда после Первой мировой войны были разрушены её государственные связи с Австро-Венгерской монархией и её передали к своим восточным соседям, по желанию Великобритании и других создателей противоестественных государственных структур в Европе восле ПМВ. Позже, как народ, бежавший от этих же восточных соседей, хорваты постучались в двери Запада, чтобы спасти себя, имея опыт Блайбурга, где британская политика еще раз послала их своим восточным соседям, теперь уже не сербским монархистам Карагеоргиевичам, но коммунистам Тито, где их ждали массовые убийства и смерть. Поэтому, поднимая тему Блайбурга и других коммунистических боен, мы хотим внести свой вклад в решение вопросов истины и справедливости, которые необходимы для каждой демократии. Без ответа на эти вопросы не может быть здоровой демократии в Хорватии. Потому что ненаказанное преступление порождает новые преступления.
 |
| До сих пор в Хорватии и Словении находят подобные массовые захоронения жертв сербских коммунистов. |
