Притеснение русин в Сербии

Руси́ны  - группа восточнославянского населения, компактно проживающая на западе Украины, в странах  Восточной Европы, в том числе в сербской Воеводине и хорватской Славонии; существенная русинская диаспора существует в США и Канаде. Часть самих русинов и русинских организаций считают себя отдельным народом, а часть — украинцами.

Решение Международного трибунала в отношении бывшей Югославии в конце марта 2016 года признать лидера сербских радикалов Воислава Шешеля невиновным - обеспокоило украинцев-русинов, в частности тех, кто пострадал от последствий его политики. 

 Шешель в начале девяностых был лидером самой сильной оппозиционной партии в Сербии. Международный трибунал обвинял его в депортациях гражданских, убийствах, пытках, уничтожении и похищении имущества, запугивании и подстрекательстве к военным преступлениям в Сербии, Хорватии и Боснии и Герцеговине.

Украинская диаспора на Балканах, которая на протяжении двух веков живет по обе стороны Дуная - в Хорватии и Сербии - внимательно следит за судебными процессами и приговорами Международного трибунала. В девяностые годы многие представители украинства подвергались притеснениям и пыткам со стороны сторонников сербских националистов и радикалов.

В Сербии, в частности в муниципалитете города Шид, зафиксирован ряд случаев преследования и запугивания национальных меньшинств, в том числе и украинцев-русинов, которым больше других угрожали депортациями.

Некоторые из них решили поделиться с ВВС Украина своими воспоминаниями об этих тяжелых временах их жизни, о которых ранее неохотно рассказывали СМИ.

Анита Говля из города Шид этой весной с волнением следила по телевидению за оглашением приговора лидеру сербских радикалов Воиславу Шешелю. Ее семью, как и других представителей национальных меньшинств в этом городе, в девяностые шантажировали сторонники его партии.

"Нет правды, это политический приговор", - первое, что подумала Анита, когда увидела вердикт о его освобождении.

"Выглядит так, будто мы все это выдумали", - добавляет она разочарованно.

Анита, которая сейчас работает в международной гуманитарной организации, перед микрофоном ВВС Украина взволнованно вспоминает, как в начале девяностых годов на стене ее дома неизвестные несколько раз писали угрожающие послания - "Уезжайте из этого города".

"К нам звонили по телефону и угрожали ... Однажды двое вооруженных мужчин в черной военной форме без знаков отличия вошли в дом и начали его рассматривать. Они сказали, что им нравится наш дом и нам нужно немедленно отсюда выселиться", - вспоминает Анита, которой тогда было 16 лет.

Анита рассказывает, что людей, которые тогда ворвались в их дом, она и ее семья не раз видели на местных митингах радикальной партии в городе Шид.

Отец Аниты обратился в полицию, но никакой реакции местных властей не последовало. Ее семья все же решила не уступать давлению, хотя многие их знакомые, в частности хорваты, тогда покинули город.

Шантаж ее семьи продолжался с 1991 по 1993 год, пока не вступило в силу перемирие между Сербией и Хорватией.

Надписи на домах, звонки, угрозы

Юлиан Ковач в начале девяностых годов работал директором государственного югославского предприятия и был членом региональной оппозиционной партии города Шид.

Ковач говорит, что он тогда испытал на себе очень много неприятного, и это продолжалось почти до сегодняшнего дня. Он рассказывает, что о некоторых деталях не рассказывал даже членам своей семьи.

Давление на него началось в 1991 году, и за этим, по его словам, стояли представители местных властей Социалистической партии Сербии, которую возглавлял Слободан Милошевич, а также местные представители Сербской радикальной партии, которую возглавлял Шешель.

Сначала его мобилизовали в армию на войну в Хорватию, даже несмотря на то, что он тогда занимал высокий пост на одном из крупнейших местных госпредприятий.

Ковачу также звонили по телефону и угрожали, требуя, чтобы он с семьей выселялся. Затем против него возбудили уголовное дело, которое закрыли лишь несколько лет назад.

Юлиан Ковач считает, что все эти проблемы возникли из-за занимаемой должности, а также из-за того, что он был политически активным представителем национального меньшинства.

"В одно мгновение я обернулся и увидел, что в городе Шид, где высокие государственные и управленческие посты до войны занимало порядка 40% лиц несербского происхождения, в новых обстоятельствах я остался - один. Тогда понял, почему на меня оказывается такое давление, и сам в 1992 году покинул руководящий пост", - рассказывает в комментарии для ВВС Украина Ковач.

Дюра Ждиняк до распада Югославии также был успешным украинцем-русином. По образованию Ждиняк - магистр фармацевтики, но решил заниматься частным бизнесом. Он в числе первых в городе Шид в 1985 году открыл свою полиграфическую фирму - в, так сказать, золотые времена коммунистической Югославии.

После введения многопартийной системы в Сербии Ждиняк открыто отказывался поддерживать тогдашние ведущие партии Милошевича и Шешеля.

Как говорит мужчина, он в 1991 году сделал заявление для информатора одной международной правозащитной организации о ситуации в сербском обществе, после чего у него начались проблемы.

Как и предыдущим собеседникам, Ждиняку на стенах его дома писали угрожающие надписи и звонили с требованием выселиться. Его также мобилизовали на войну в город Вуковар в соседней Хорватии, где тогда шли ожесточенные бои.

Ждиняк безуспешно требовал защиты от тогдашних сербских властей.

Из-за давления, войны, международных санкций и инфляции две его фирмы долго не продержались.

Ждиняк говорит, что пострадали представители украинской диаспоры не только в городе Шид, но и в соседних деревнях, например, Бикич Дол, Беркасово и Бачинци.

По ту сторону Дуная

Между тем по другую сторону границы на реке Дунай, в восточной Хорватии, среди греко-католиков украинцев-русинов было гораздо больше жертв. Большая часть украинской диаспоры тогда оказалась в составе самопровозглашенной сепаратистской Республики Сербской Краины.

Во время конфликта в Хорватии, до того, как миротворцы ООН взяли под контроль разрушенные войной районы, сербские военизированные группировки убили сотни и депортировали тысячи гражданских несербского происхождения.

Среди депортированных было немало украинцев-русинов.

Греко-католическая церковь в Загребе обнародовала данные, согласно которым в начале девяностых годов более 3 500 ее прихожан оказались втянуты в вооруженный конфликт.

Более тысячи человек под давлением были вынуждены покинуть свои дома. Тогда погибли более 150 украинцев-русинов, еще сотни получили ранения.

Послевоенные массовые убийства хорватов коммунистами в Мацельском лесу

В районе лесов Мацеля (недалеко от города Крапина в северо-западной Хорватии на границе со Словенией) и в прилегающих местах в мае и июне 1945 года коммунисты убили 15.000 людей. Это были те пленники, которых гнали в колоннах смерти с Блайбурга и ликвидировали на их Крестном пути. Согласно показаниям очевидцев число жертв "хорватской Хиросимы", как иногда называют резню в Мацельских лесах составляет от 12.000 до 15.000 людей. Среди убитых без суда и следствия людей были как солдаты NDH так и гражданские лица. В том числе группа из 21 священника и монаха.

Впервые публично заявил о резне в Мацеле хорватский кардинал Франьо Кухарич в 1991 году. В 1992 году начались работы по эксгумации жертв партизанской резни. Из 23 ям были извлечены останки 1.163 жертв. Затем работы приостановились и еще 130 мест массовых захоронений до сегодняшнего дня остались обозначенными, но не обследованными.

После Блайбурга начался Крестный путь хорватского народа. По разным направлениям хорватов вели через Словению, Хорватию и вплоть до Македонии и на этом пути свою смерть от рук коммунистическо-партизанского конвоя и специально отобранных команд убийц нашли сотни тысяч людей, в основном хорватов.

Крестный путь от словенских городов Дравограда и Марибора пролегал через Тежно в Хорватию, к Мацелю. Жертв, которые смогли избежать смерти в Тежно (месте еще одного массового убийства людей) пешком погнали до места казни в Мацеле. В свой последний марш смерти обреченные мирные жители, священники и военнопленные хорватской армии шли в сторону села Доньи Мацель и далее на мацельскую гору, где в местностях под названиями Лепа Буква и Иловец бандиты Тито убивали невиновных людей, попутно стараясь замести следы своих злодеяний.

Согласно показаниям свидетелей, сотрудника OZNA (югославский аналог НКВД) Младена Шафранко и выжившего участника марша смерти Франа Живичняка в Мацеле было убито около 13.000 человек. Однако по мнению экспертов реальное число жертв выше. Люди, убитые в Мацеле, были родом из самых разных мест: из Герцеговины, средней Боснии, Срема, Славонии, с Адриатического побережья и из внутренних районов Хорватии. На сегодняшней день Мацель является самым большим (но естественно, что далеко не единственным) местом массового убийства людей на территории Республики Хорватии.

Источник - Типичный Усташ

История нечеловеческой жестокости женщин в сербских войнах

В войнах на территории бывшей Югославии в конце прошлого века принимали участие тысячи женщин. Некоторые из них были осуждены за жестокие преступления. Однако роль женщин, примкнувших к боевым подразделениям, часто упускается из виду. Инфо24 публикует несколько эпизодов из югославских войн, которые доказывают: у войны нет ни лица, ни пола.

«Толкнула в кучу навоза, ударила лопатой и заставила петь песни»
В ноябре этого года суд Белграда приговорил воевавшую на стороне боснийских сербов Ранку Томич к пяти годам заключения за участие в пытках и убийствах 18-летней медсестры армии Боснии Кармен Каменчич в 1992 году. Дело было необычным не только из-за крайней жестокости содеянного, но и потому что и преступник, и жертва были женщинами. Согласно обвинительному заключению, Каменчич захватили бойцы из подразделения Томич, затем ее отвезли в город Радич. Томич приказала пленной раздеться догола и ползать по земле, а затем копать самой себе могилу. Ее сослуживцы били девушку палками, отрезали мочку уха, обрили ей голову и вырезали ножом крест. Томич толкнула жертву в кучу коровьего навоза, ударила ее лопатой и заставила петь сербские песни. После этого Каменчич застрелил один из участников отряда. В большинстве сообщений о войнах на Балканах женщины, в основном гражданские, фигурируют в качестве жертв. Однако многие присоединялись к военизированным подразделениям. Их точное число не подсчитано, однако известно, что только в рядах армии Боснии и Герцеговины было 5360 женщин. Часть из них занималась логистикой, но были и те, кто входил в боевые подразделения. Судебные процессы по военным преступлениям, такие как дело Ранки Томич, показали, что женщины могут быть виновными в самых страшных злодеяниях. Первая леди МТБЮ Бывшая президент Республики Сербской (территориального образования в Боснии и Герцеговине с сербским большинством) Биляна Плавшич — единственная женщина, обвиненная и осужденная Международным трибуналом по бывшей Югославии (МТБЮ). Ей были предъявлены обвинения в геноциде, соучастии в совершении геноцида, истреблении населения, убийствах и других преступлениях против человечности, совершенных во время войны в Боснии и Герцеговине. Она признала себя виновной в преследовании несербского населения по политическим, этническим и религиозным мотивам, и получила 11 лет лишения свободы. Однако, отбыв срок наказания и переехав в Белград, Плавшич сделала серию заявлений, в которых утверждала, что невиновна. Она говорила, что призналась в военных преступлениях ради смягчения приговора, так как опасалась, что ее осудят в любом случае. Исследования профессора Елены Суботич из Университета штата Джорджия свидетельствуют о том, что к женщинам — военным преступницам относятся иначе во время и после процесса, нежели к мужчинам. «Дело Биляны Плавшич интересно тем, что не так просто определить, обусловлен ли оказанный ей после освобождения теплый прием в Сербии и Республики Сербской тем, что она сербка, или тем, что она женщина» — говорит профессор. Сам процесс над Плавшич можно назвать уникальным. На сегодняшний день ни одна женщина, кроме нее, не была приговорена Международным уголовным судом. А единственной женщиной, на которую МУС выписал ордер на арест, сейчас является бывшая первая леди Кот Д’ивуара Симон Гбагбо. Ее подозревают в преступлениях против человечности, которые были совершены во время волнений в этой африканской стране в 2011 году после президентских выборов. Тогда погибли около 3 тысяч человек и около миллиона стали беженцами, а в конфликт пришлось вмешаться войскам ООН. Предстанет ли она перед Международным уголовным судом — большой вопрос. В 2015 Гбагбо была приговорена на родине к 20 годам заключения за «попытки подорвать безопасность государства». «Азра-Два ножа» Есть ряд ряд случаев, когда женщины были осуждены местными судами за преступления во время войн в бывшей Югославии. Однако таких дел существенно меньше, чем мужчин.

По словам сотрудницы Белградского центра политики безопасности Майи Бьелош, это объясняется тем фактом, что женщины в основном не занимали высоких политических и командных должностей. Они участвовали в операциях вооруженных подразделений, а также обеспечивали логистическую поддержку и так далее.

Одной из немногих женщин, которых судили в Сербии за военные преступления была Нада Калаба. Она получила девять лет лишения свободы за преступления, совершенные на ферме Овчары близ города Вуковар в Хорватии. Эти события вошли в историю как Вуковарская резня. Калаба была одной из 18 обвиняемых в причастности к убийству более чем 250 человек. Тогда, в 1991 году, после падения обороны Вуковара спустя почти 90 дней сербской осады, часть жителей города были вывезены на ферму Овчары, превращенную в лагерь для военнопленных. Защитники города, в основном раненые, и члены их семей были казнены бойцами Югославской народной армии и сербскими добровольцами. Их тела были сброшены в яму и зарыты. Есть и другие примеры осуждения женщин за военные преступления на территории Хорватии. Сладяна Корда была приговорена заочно Вуковарским окружным судом к восьми годам тюремного заключения за военные преступления против гражданских лиц. Корда входила в группировку сербских военизированных формирований и войск Югославской народной армии, которые были обвинены в убийствах, применении насилия и грабежах несербского населения в Вуковаре, Стайцево и Сремске-Митровице в ноябре-декабре 1991 года. Жительница Вуковара Иванка Савич, не имевшая отношения к вооруженным подразделением, также была приговорена за военные преступления против гражданских лиц к четырем годам лишения свободы. Она доносила на хорватов сербским войскам, а также участвовала в запугивании, преследовании и издевательствах над хорватами. Приговор был вынесен в 2004 году, когда Савич было 77 лет.

Но, вероятно, наибольшее количество приговоров и продолжающихся разбирательств по военным преступлениям, в которых были замешаны женщины, можно обнаружить в Боснии и Герцеговине.


Монику Каран Илич, которая в 1992 году была осуждена на четыре года за пытки пленных и жестокое обращение с представителями несербского населения, называли «монстром с лицом ребенка» — во время совершения преступлений ей было всего 17 лет.

В суде бывшие пленные рассказывали о жестокости преступлений Илич, упоминая заливание кислотой открытых ран, нападение на заключенных с горлышком от пивной бутылкой и сексуальное насилие.

“Я горжусь собой. Я была там, где не рискнул бы оказаться мужчина. Я горжусь тем, что боролась за мою страну, чтобы никто ее не забрал”, — говорила она в суде. Илич после утверждала, что видела, как издеваются над заключенными в лагере, но утверждала, что не принимала в этом участия. «Мне жаль этих людей, я не считаю, что они не страдали, и об этом я говорила во время дачи показаний. Я видела, как их избивали днем и ночью, но я не несу за это ответственности. Я не причиняла им вреда и не могла их отпустить», — утверждала она. «Мужская работа»

Описанные выше случаи ясно показывают, что женщины более чем способны совершать военные преступления, хотя общественность не привыкла видеть их в этой роли.

Как поясняет Майя Бьелош, война рассматривается прежде всего как «мужское дело».
“Политика безопасности является по большей части вотчиной политиков-мужчин, пятизвездных генералов и служб безопасности, где доминируют представители мужского пола. Активная роль женщин в вооруженных конфликтах либо игнорируется, либо сводится к восприятию их как жертв”, — говорит она. Между тем, дело Биляны Плавшич показывает, что женщины, занимавшие руководящие посты и осужденные за военные преступления, оцениваются не так, как мужчины в аналогичной ситуации.
“Существует устойчивое патриархальное убеждение, что женщина не может быть по-настоящему главной, а следовательно ответственной». Мир не готов поверить, что женщина была автором политики, приведшей к геноциду», — считает профессор Суботич. Из-за стереотипов, которые существуют в современном обществе, Плавшич воспринимается, скорее, как обычная бабушка, нежели инициатор геноцида, несмотря на весь ее фанатизм и расистские склонности, уверена Суботич.

Женщины, конечно, гораздо чаще становятся жертвами, чем военными преступниками, но дело Бильяны Плавшич и те, которые, возможно, последуют за ним, должны показать, что на подобные злодеяния способны не только мужчины.

Об этом сообщает "Рамблер". Далее: https://news.rambler.ru/other/41450834/?utm_content=news_media&utm_medium=read_more&utm_source=copylink

Кому было выгодно изгнание тысяч хорватов из Сербии?

Читайте подробнее, вперемешку с бредом:  https://uncleboss.livejournal.com/65342.html

20 ноября 2010 года Сообщество изгнанных хорватов из Сриема, Бачки и Баната потребовало от хорватского Президента Иво Йосиповича, чтобы он в беседе со своим сербским коллегой Борисом Тадичем, зачастившем в последнее время в Хорватию, поднял вопрос о проблемах изгнанных, пропавших без вести и убитых хорватов на территории Сербии.

"С 1991-го до 1995-го из Сербии было изгнано около 40000 хорватов, из них около 25000 из Сриема. В Воеводинской части Сриема, где не было войны, убито или пропало без вести при невыясненных обстоятельствах два десятка хорватов. Никто за это не ответил, только Войислава Шешеля судят в Гааге. Изгнание хорватов из Сербии забыто не только в Сербии, но и в Хорватии", - заявил председатель Сообщества Мато Юрич.

Попробуем разобраться, что же в этот период происходило по сербскую сторону Дуная, в Воеводине (в первую очередь, в Восточном Среме) и кому это было выгодно.

Для начала нужно отметить, что восточная часть Сирмии (Сриема) к Сербии была присоединена относительно недавно.

Срем (сербск.) или Срием (хорв.) – это поделенная между Хорватией и Сербией географическая территория между реками Сава и Дунай, южнее Бачки и западнее Баната, захватывающая восточную часть Славонии (включая Вуковар и Винковци, но южнее Осиека) и простирающаяся до места, где Сава впадает в Дунай (включая западные пригороды Белграда – Земун, Нови Београд, Сурчин). В древности эти земли были населёны племенами иллирийцев; входили в состав Римской империи (латинское название – Сирмия) и Византии. Пришедшие сюда славяне постепенно стали ассимилировать местное население. В VII столетии Сирмия завоевана Аварским каганатом. В Средние века Сирмия входила в сферу интересов болгар, франков, византийцев, переходя из рук в руки до XII века, пока не оказалась под властью венгров. В состав Хорватского государства она впервые была включена в первой половине IX столетия. Примерно в этот же период в Сирмию переселилось небольшое количество сербов. В развитии Сриема до османской оккупации важнейшую роль играли хорватские вельможи. В период турецкого владычества Срием был разорён, а после освобождения в конце XVII века перешёл под контроль Габсбургов, которые принялись распродавать его плодородные земли иностранцам. С этого же времени Срием начинает заселяться сербами. С 1918 года Срием – в составе Королевства сербов, хорватов и словенцев (СХС). С 1929 года его территория разделена: западная часть – в составе Дринской бановины (центр Сараево), восточная – в составе Дунайской бановины (центр Нови-Сад); Земун отошёл к Белграду. Властями Королевства СХС производилось активное заселение этих земель сербами. В период существования НДХ Срием включён в её состав, но при этом его восточная часть полностью находилась под немецким управлением. 

После 1945 года восточная (бóльшая) часть Сриема присоединена к Сербии (в основном, к сербской Воеводине, а небольшая территория около Белграда – собственно к Сербии) и получила название Восточный Срем. Западная часть осталась хорватской - Западный Срием. При Тито политика "сербизации" продолжилась. Если в 1930-х годах известный учёный Рудольф Хорват насчитал 101 сриемский населённый пункт с хорватским большинством, то нынче в сербской части Сирмии практически нет ни одного населённого пункта, где бы превалировали хорваты. Это неудивительно, поскольку сразу после Второй мировой войны немцы и австрийцы югославскими коммунистическими властями были депортированы, а в их домах селились сербы.

В 1991-96 годах значительная часть Западного Сриема, принадлежащего Хорватии, оказалась под контролем сербов и носила название Западный Срем. За это время из Сирмии, как из сербской восточной части, так и подконтрольных сербам территорий западной, хорватской, части, были изгнаны десятки тысяч человек, хорватов и других несербов. 

В целом же по Хорватии с территорий, находящихся под властью сербов, выгнали порядка 200 тысяч лиц несербской национальности, в основном хорватов, из которых не менее 70 тысяч человек - из Восточной Славонии, Бараньи и Западного Сриема (только в начале 1998 года эти земли окончательно возвращены Хорватии). 

Тут, пожалуй, стоит привести некоторые выдержки из принятой 31 мая 1991 года Сабором Хорватии Декларации о нарушении прав представителей хорватского меньшинства в Республике Сербии и автономных краях Воеводине и Косове:

"Группы террористов в Республике Хорватии для своих преступных деяний находят помощь и поддержку в официальной Сербии… В отношении хорватского народа в Республике Хорватии оспаривается право на демократию и суверенитет, поддерживаются настойчивые попытки отделения части территорий Республики Хорватии и их присоединение к Республике Сербии, с трибуны скупштин Воеводины и Сербии хорватский народ в целом демонизируется, опорочивается клеветой и оскорбляется... Эмиссары из Республики Сербии и члены Правительства Республики Сербии прибывают на территорию Республики Хорватии пропагандировать насилие и создавать атмосферу хаоса и страха…В искусственно созданной атмосфере ненависти в отношении хорватского народа и Республики Хорватии нарушаются элементарные людские и национальные права представителей хорватского народа на территории Республики Сербии, особенно в автономных краях Воеводине и Косове" (Narodne novine, broj 27 od 11. lipnja 1991.).

Чтобы выгнать из страны 40 тысяч человек неугодной национальности, которые отнюдь не проживают компактно, которых трудно выявить среди перемешавшегося населения и повсеместно распространённых смешанных браков, необходимо нечто большее, чем одно желание это сделать. Это под силу только власти, точнее спецслужбам, а ещё точнее - спецслужбам, контролирующим организованный криминал. И, безусловно, намного проще, когда отдельные представители этих самых спецслужб с организованными преступными группировками срослись воедино.
 

Самым ярким сербским представителем этого сращивания был небезызвестный Желько Ражнатович – Аркан. Свою карьеру этот "великий герой сербского народа", каким его многие в Сербии (да и в России) считают по сей день, начинал с того, что в 20-летнем возрасте отнимал сумки у женщин; успел пройти через десяток европейских тюрем и был объявлен Интерполом в международный розыск. Ражнатович был лидером фанатской группировки "Црвены Звезды" и из своей криминально-фанатской среды организовал паравоенное подразделение "Сербская добровольческая гвардия", более известное под названием "Аркановы тигры", ядро которой, тем не менее, составляли сотрудники или бывшие сотрудники сербской госбезопасности. Произошло это 11 октября 1990 года. Интересно, что в том же октябре Ражнатовича арестовали в Хорватии; его осудили на пять лет лишения свободы, но через шесть месяцев выпустили! И по какому-то странному совпадению незадолго до этого, в марте 1991 года, два старых коммуниста Франьо Туджман и Слободан Милошевич провели встречу в Караджёрджеве, что под городом Бачка Паланка (Воеводина). На этой встречи бывшие однопартийцы (впрочем, бывших коммунистов не бывает) обсуждали вопрос о делении Боснии и Герцеговины между Сербией и Хорватией (от чего нынешние хорватские власти пытаются всячески откреститься). Не забыли, надо полагать, и решить судьбу агента СДБ (Службы Державной Безопасности – наследницы пресловутых УДБ-ы и ОЗН-ы) Аркана.

Когда во время Битвы за Вуковар стало ясно, что в ЮНА нет ни одного способного высшего офицера и воевать просто никто не умеет, решили использовать "Аркановых тигров" как подразделение спецназа. Там они в плане боеспособности зарекомендовали себя с самой лучшей стороны – лучше их по другую от защитников Вуковара сторону не воевал никто. Однако в сущности Аркан так и остался бандитом, что подтвердили последующие события. Грабежи, убийства и прочее насилие на территориях Хорватии, Боснии и Герцеговины и Сербии. Причём от Аркановой банды страдали и сербы. Характерным примером могут служить различные экзекуции, которым подвергались так называемые "предатели" – сербские беженцы из Крайины, насильно мобилизуемые и оправляемые на опорную базу Аркана в Эрдуте. В то время вся Восточная Славония по сути дела контролировалась именно им. 

Но имел ли Аркан такое же влияние по ту сторону Дуная, и привлекали ли его для "окончательного решения хорватского вопроса" в Воеводине? Учитывая его огромный опыт в подобных делах в Восточной Славонии, без Аркана и ему подобных и здесь обойтись вряд ли могли. 

Но одно дело разбойничать там, где идёт война и совершенно другое – на территории невоюющей Сербии. Надо сказать, что в Белграде да и всей Центральной Сербии общественность о массовом изгнании лиц хорватской национальности осведомлена не была, в этих районах хорватов никто не трогал. Предполагать, что запугивание, взрывы кафе, разбитые стёкла и прочие противоправные действия на ограниченной территории носили спонтанный характер, не инспирированный властью, глупо, ибо, как мы могли убедиться, началось всё до вооружённого конфликта. В то же время и в разгар Битвы за Вуковар в Сербии население не очень-то хорошо было осведомлено, что там происходит.

Таким образом, становится очевидным, что единственным человеком в Сербии и Югославии, который бы мог отдать распоряжение (гласное или не гласное, прямое или косвенное) о массовом изгнании хорватов из Воеводины, а также с подконтрольных сербам территорий в Хорватии, был Слободан Милошевич. Только он обладал такой властью и возможностями и ему, что самое главное, это было выгодно. Он, в отличие от сербской общественности, не мог не знать, что происходит в Воеводине и Сербской Крайине, но никаких мер по предотвращению этнических чисток и массовых депортаций им принято не было.

Любопытны в этой связи и обстоятельства гибели Аркана. Его убили 15 января 2000 года в отеле Интерконтиненталь в Белграде. Через некоторое время на хорватском телевидении появились предположения о том, что Аркан собирался в Гааге дать показания против Милошевича, за что режим последнего его и ликвидировал. 

Ирландские добровольцы в Хорватии.

Посвящается всем клиническим идиотам среди ультраправых в России, поддерживающим коммунистический югославский режим и их израильских комрадов. Оригинальный текст написан 
ugunskrusts83

Дикие гуси" из Ирландии, движимые идеей католической солидарности, в 90-е годы 20 века воевали добровольцами в Хорватии против югославских войск и сербских парамилитарес. Подобно тому как их соотечественник помогали братьям по вере в Мексике и в Испании. Ниже статья об ирландцах в рядах хорватской армии и националистических формирований, таких как ХОС.

Отмечу только, среди ирландцев, воевавших в Хорватии были люди самых различных политических убеждений. Представленная вашему вниманию статья написана неонацистом и расистом, поэтому там содержатся характерные для той публики речевые обороты. Но на помощь Хорватии отправились помимо неонацистов также представители Ирландской Республиканской Армии, с левацкой в основном идеологией. Помнится, где-то в инете видел фото граффити ИРА в Вуковаре.

 И самый известный ирландский доброволец на Балканах Томас Кроули, дослужившийся до звания майора в хорватских вооружённых силах и погибший в 1995 году на минном поле, был в своё время членом ИРА.

 Могила Кроули в Сплите.

А теперь сама статья:

От редакции: представляем вашему вниманию перевод статьи, о таком малоизученном явлении в истории послевоенного нео-национал-социалистического движения как участие национал-социалистов со всего мира в войне на территориях бывшей Югославии в 1991-1995 г.г., написанной непосредственным участником тех событий родом из Ирландии.

В 1990 году бывшие югославские республики начали требовать свободу от коммунистического режима Белграда.
Югославия ввязывалась в ряд жестоких и кровавых гражданских войн, в конце которых на свет появились молодые европейский страны Хорватия, Словения, Босния-Герцеговина, Македония, «Республика Српска Краина» и республика Югославия (в которую входила Сербия и Черногория).



Новое правительство в Загребе претендовало на статус продолжателей дела героев из усташской милиции, которые во время второй мировой войны вступили в союз с немцами и стали членами союза держав оси. Множество хорватов и усташей присоединились к регулярной германской армии и хорватским дивизиям Ваффен-СС. И многие из них полегли на полях сражений возле Сталинграда или в ходе анти-партизанских операций в своей собственной стране.

К осени Хорватия уже находилась в состоянии войны с сербской армией, за спиной которой стояли советы; при этом эмбарго на оружие связывало Хорватиию по рукам и ногам. Однако Хорватия и её сыны поднялись за расу и нацию. Сербия же зависела от поставок оружия и людей из России и Румынии.

Хорватские националисты подготовились к приближающейся войне наилучшим образом, которым они только могли подготовиться в то время. Хорватская армия, «Hrvasti Vojska» или просто «HV» не были хорошо снабжены, организованы и впервые проходили военную подготовку. Оборона пала на плечи старых территориальных милицейских сил самообороны, некоторые из которых были экипированы оставшимся от югославской федеральной армии (ЮНА) оборудованием, в то время как остальные были вооружены только дробовиками или музейными раритетами 50-летней давности. Во многих случаях каждый человек, деревня, город и область были предоставлены только самим себе. Местные лидеры, обладавшие боевым опытом, были в состоянии неплохо отражать сербские атаки. В некоторых областях, задачей малочисленной местной полиции являлось попытка замедлить убийственное сербское продвижение и выиграть бесценное время для эвакуации хорватского гражданского населения. И когда эту землю отбивали у противника, то тела полицейских обнаруживали в ужасающем состоянии и искалеченными такими мерзкими способами, которые могли бы составить конкуренцию изуверствам еврея Лаврентии Берии из НКВД. Менее подготовленные пали жертвами того, что называют «этническими чистками». Точно также в отношении Ирландии ольстерские лоялисты и прикормленные ими шавки из Combat 18 проводили этническую чистку белых католиков.

Когда раздался зов, белые националисты и интернациональные добровольцы начали стекаться в пекло борьбы; ими руководили различные побуждения, но все они приходили на помощь Хорватии, когда самому её существованию угрожала опасность. Они приезжали практически из всех европейских стран, Северной Америки, Австралии и Канады. Некоторые к тому моменту уже обладали боевым опытом; некоторые политические солдаты и солдаты свободы прибывали туда вообще не имея опыта, обязанные изучить их ремесло непосредственно в бою. Поскольку иностранные добровольцы не были укомплектованы в одну объединённую интернациональную бригаду, трудно сказать, сколько именно их боролось на той войне, и диапазон колеблется от 200 до 2000. Не имеется никаких официальных данных по иностранцам, погибшим в той войне; несколько дюжин с сотней раненых, пожалуй, является самой консервативной оценкой.

Подавляющее большинство иностранцев, в течение этой войны сражавшихся за Хорватию на всех фронтах вступили в ряды «хорватских вооружённых сил» («Hrvatske Oruzane Snage») более известных как ХОС.

ХОС были крайне правой националистической группой, ведущей свою родословную от усташей. Они проявляли активность перед обретением независимости, проходя обучение в учебных лагерях для хорватских эмигрантов заграницей. Они носили чёрную форму со знаками отличия ХОС, украшенными лозунгом «К защите своего отечества – готовы!» («Za Dom Spremni!»). С деньгами от хорватских эмигрантов, долгое время проживающих в Австралии и Канаде, они были в состоянии к концу 1981 вооружить и экипировать ХОС предполагаемой численностью около 3000 человек, разделённых на подразделения, в которых они действовали в качестве «пожарных команд» призванных штурмовать области, чтобы отразить сербское нашествие, а затем отходить и ждать очередного критического положения.

Потери ХОС были высоки. Они являлись фанатичными ненавистниками сербов, и при попадании в плен их могла ожидать лишь медленная, жестокая и мучительная смерть от рук коммунистических четников. По слухам, Израиль направлял туда агентов Моссада, чтобы те допрашивали пленных членов ХОС.

К весне 1992 года хорвато-сербская война выжгла саму себя, и большинство бойцов-интернационалистов отправилось в составе ХОС в Боснию и Герцеговину. На протяжении сотен лет мусульмане вырезали хорватов и католиков, и для католической Хорватии настало время вернуть эти земли и изгнать мусульман.

В течение борьбы, сквозь огонь битв, почва под ногами переходила то к одной, то к другой стороне после кровавых лобовых атак и рукопашных схваток за каждый квадратный метр. При сербском нападении на осаждённый город Вуковар в Восточной Славонии, 1500 хорватских милиционеров и добровольцев ХОС сдерживали натиск 10 000 сербов в течение 87 дней. Город был стёрт с лица земли артиллерией ЮНА, а отважных защитников города морили городом после того, как многочисленные лобовые атаки не смогли сломить их.

Многие из немцев, сражавшихся на той жестокой хорвато-мусульманской войне, длившейся год, женились на местных хорватских девушках и остались в этой стране, передавая хорватам своё мировоззрение и идеи расовой чистоты.

По традиции, восходящей на сотни лет назад к «диким гусям» («wild geese» – ирландские «солдаты удачи», в различные времена покидающие Ирландию, чтобы заграницей продолжить борьбу против английской тирании – прим. переводчика), много сотен тысяч ирландских мужей сложили головы на полях сражений вдалеке от дома «во имя свободы». Ирландцы расслышали и эту далёкую барабанную дробь сражения, тут же взявшись за оружие ради свободной Хорватии. Как и в случае с другими национальностями, имена ирландских добровольцев, принимавших участие в войне, не установлены, но о многих печальных происшествиях известно из появлявшейся в газетах информации. Один юноша, раненый в бою, сказал своим родителям, что он поехал работать в Евро-Дисней в Париж, и только лежа на больничной койке он позвонил им и сообщил, что находится в Хорватии.

Другой заголовок гласил: «Боец в Хорватии потерял ноги». Пол Ахерн (23 года) из графства Корк, потерял обе ноги при разрыве мины на боснийской войне. Его отец сказал: «Он сожалеет лишь о хорватских людях, проходивших тогда мимо».

Ирландские газеты обнародовали сообщение 22-летнего жителя Дублина Айвана Фарины. Он потерял глаз при взрыве мины во время операции ХОС в занятой хорватами Боснии. Несколько недель он провёл в госпитале, находясь в коме, прежде чем семья забрала его в Дублин.

Тони Каскарино – псевдоним молодого ирландца, который сражался на многих кровавых полях сражений в Хорватии. Его дед был командиром ИРА и принимал участие в Пасхальном восстании 1916-ого и Ирландской войне за независимость, что и стало темой рукописей Тони «День перемирия» и «Память тысячелетия», на чьих страницах были описаны его подвиги. Сам он являлся членом элитной 1-ой «Тигриной» бригады и его подразделение включало в себя пять англичан, трёх ирландцев (остальные два ирландца являлись бывшими бойцами-парашютистами французского иностранного легиона, Тони же прослужил несколько лет в британской армии), по одному датчанину, французу и американцу. Тони не поддерживал тактику ИРА, но заявил: «Я чувствовал себя сочувствующим, я всегда чувствовал себя сочувствующим и я всегда верил в объединённые 32 графства светской Ирландии.» Он отличался в бою и заработал себе неподдельное уважение со стороны добровольцев своего соединения и хорватов, с которыми он вошёл в тесную связь из-за проявленного сострадания к их беде и личной храбрости.

Шэйн Мак-Кормик из Атлона, что в графстве Уэстмист, был ветераном французского иностранного легиона, вовлечённым в войну через своего друга-хорвата, который служил в легионе вместе с ним. Шэйн сражался в ХОС и оказал жестокое сопротивление сербскому вторжению в Восточную Хорватию зимой 1991 и 1992. Он был полон энтузиазма, занимаясь своей работой и убивая четников. Однажды, сидя в загребском ресторане и вглядываясь в окно, за которым шёл дождь, он дал интервью. Вот его слова: «Отличная погода для войны, когда дождь льёт как сейчас и ты получаешь цель - кучку четников, засевших в бункере, ты тяжёло подступаешь к нему с гранатой и штыком, и в этот момент всё вокруг разлетается на части.»

Эти мужчины – не единственные ирландцы, которые были вовлечены в бойню на территории бывшей Югославии. Помните всех ирландских добровольцев, кто так или иначе боролся и умер ради свободы Хорватии!
«Я всегда знал об удивительных параллелях между ирландской войной за независимость (1918-1922), я знал причины, из-за которых я воевал, и ощущал, что они были нечто большее, что вообще привело меня туда. Хорватия была на 90% католической и никогда не желала находиться в составе Федерации, в которой доминировали сербы. Она подчинялась силой, которой угрожал ей инородный сосед с чужим языком, религией и культурой, который управлял террором и подавлял волю народа, объявившего независимость. В Хорватии были и этнические общины сербов, проживающих в анклавах и отказывающихся интегрироваться в местное население, признавать независимое правительство. Они обладали своими полувоенными формированиями – печально известными экстремистами-«четниками» и ещё целым рядом откровенно преступных банд типа «Тигров Аркана», который помимо прочего имел связи с определёнными лоялистскими кругами в Ольстере. Они располагали полной поддержкой регулярной федеральной армии и оторвали для себя треть страны – область Краину, которую многие называли «хорватским Ольстером».

Они стремились уничтожить исторические, культурные и духовные корни Хорватии, разрушить её древние города и религиозные святыни. Я просто наблюдал примеры истории, повторяющейся раз за разом, когда география и политические знамёна менялись, но движущие силы были поразительно схожими.»

Сербы о Гиркине-"Стрелкове"

Известны нелестные высказывания из воспоминаний Гиркина о сербских братушках времен его наемничества в Боснии.  Что же думают сербские братушки о самом Гиркине?  Далее цитаты наиболее известного сербского наемника-снайпера, воевавшего на стороне террористов ДНР плечом к плечу с Гиркиным.

Деян Берич — мужчина среднего роста и возраста. Он говорит по-русски с акцентом, но понятно. По внешнему виду Берича невозможно понять, что это один из самый известных снайперов ДНР, на счету которого немало убитых украинских военнослужащих. Деян не носит наград ДНР (хотя у него они есть), разговаривает спокойно и очень вежливо.

Берич рассказал о своем текущем положении. Он женился на российской гражданке и ныне проживает недалеко от Москвы. Живет по паспорту гражданина ДНР, который, по его словам, признается в России наравне со внутренними паспортами граждан РФ.

Был также задан вопрос об Игоре Стрелкове. Берич пообещал дней через 10 опубликовать о нем информацию. Однако на встрече сербский снайпер охарактеризовал Стрелкова весьма негативно. По словам Берича, Стрелков до конфликта — «самый большой человек территории Руссии», который помогал Сербии. Берич ему очень верил, пока не узнал, что Стрелков отдал приказ, его, Берича, убить. При этом покушение на Берича готовилось по решению властей Сербии и должно было быть осуществлено через сербов из штаба Стрелкова. В Москве во время личной встречи Стрелков сообщил Беричу, что получил приказ его убить.

По словам Берича, «Стрелкова задача была завести Руссию в войну 2014 года». Деятельность стрелковцев привела к тому, что сейчас казаков считают в ДНР очень плохими людьми. При этом у Стрелкова был также корыстный мотив. По словам Берича, «Стрелков очень хорошо заработал на сербских добровольцах» на Донбассе.

Человек явно не славянской внешности отвечает на вопросы совковых тёток в Ебурге

Сам он участвовал в путинской агрессии явно не за это яблочко.

Хроника геноцида в Косово

Краткое описание: Геноцид в Косово был частью косовского конфликта (1998 - 1999), когда этнические албанцы выступали против этнических сербов и правительства Югославии в Косово. Частью стратегии сербов была масштабная этническая чистка албанцев. Вмешательство Организации Североатлантического договора (НАТО) в конечном итоге разрешило конфликт.


Декабрь 1987    Слободан Милошевич становится партийным лидером в Сербии

Растущая популярность Милошевича помогает ему отстранить своего бывшего наставника Ивана Стамболича от руководства Лиги коммунистов Сербии (ЛКС) и самому стать лидером. Как лидер партии, Милошевич требует, чтобы федеральное правительство вернуло автономные провинции Воеводина и Косово под контроль Сербии.


 Март 1989   Милошевич переводит Косово под прямой сербский контроль

Как лидер Сербских коммунистов, Милошевич смещает правительства провинций Косово и Воеводины и создает полицейское государство. Этнические албанцы отстранены от работы чтобы освободить место для сербов, и тысячи албанцев мигрируют в Западную Европу и Северную Америку.


8 Мая 1989  Слободан Милошевич становится лидером Сербской республики


Благодаря его народной поддержке, сербское собрание смещает президента и назначает Милошевича президентом Сербской республики. Он поддерживает представителей сербского меньшинства Косово, которые возражают против того факта, что мусульманские албанцы составляют большинство в регионе, священном для сербов.


 1989  Академики формируют Демократическую лигу Косова

 В ответ на репрессии Милошевича в Косово группа ученых формируют Демократическую лигу Косова (ЛДК) с Ибрагимом Руговой в качестве лидера. Они начинают серию ненасильственных акций протеста против сербского правительства, но их неэффективность заставляет противников Руговы призывать к более насильственным средствам.


Мая 1992   Косовские пацифисты формируют свое теневое правительство 

Косовские албанцы проводят неофициальные выборы, на которых избирают Ругову своим президентом. Он начинает создавать теневое правительство.
 

21 Ноября 1995  Дайтонские соглашения убеждают косовских албанцев на путь насильственного сопротивления

 После того как несколько республик пытаются выйти из состава Югославии, начинается война. Все завершилось Дейтонскими соглашениями в 1995 году, но эти соглашения не проясняют статус Косово. В результате косовские албанцы начинают искать более жестокие способы противодействия сербской тирании.

 

22 Апреля 1996  Армия Освобождения Косова начинает скоординированные атаки

Убежденные в том, что пассивного сопротивления уже недостаточно для прекращения контроля со стороны Сербии, группа, называющая себя Армией освобождения Косово (ОАК), начинает серию нападений на сербские полицейские участки. Скорее всего, они получают финансовую поддержку от косовской албанской диаспоры.


Июль 1997  Милошевич становится Президентом Югославии

Когда подходит к концу второй срок полномочий Милошевича на посту президента Сербии, он меняет свой титул на президента югославской федерации. Эта федерация на тот момент состоит только из Сербии и Черногории.

28 Ноября 1997  Армия освобождения Косова  объявляет о своих целях

Во время похорон албанского учителя, убитого сербской полицией, ОАК делает свое первое публичное заявление. В нем изложены позиция и цели ОАК, которые включают отделение Косово от Сербии и возможное создание «Великой Албании», охватывающей Косово, Албанию и этническое албанское меньшинство соседней Македонии. Позднее ОАК объявляют  террористической организацией.

22 Января 1998  Сербские вооруженные силы начинают вооруженную зачистку "косовских террористов".

Во время вооруженной операции сербские силы разрушают дом в Преказе, ранив двух женщин, и они убивают мужчину в Клине. Хотя Сербское МВД отрицает причастность полиции, эта акция фактически начинает жестокое преследование со стороны Сербии албанского населения Косово.

23 Сентября 1998  Совет Безопасности ООН призывает к прекращению огня


После нескольких заседаний Контактной группы (неформальная коалиция США, Великобритании, Германии, Франции, Италии и России) Совет Безопасности ООН требует прекращения огня в Косово. Несмотря на согласие с этими требованиями, Милошевич не выполняет их, и силы ОАК, Югославии и Сербии возобновляют беспощадные атаки.


16 Января 1999   Резня в Рачаке заставляет Запад действовать.

 Сербские силы убивают 45 гражданских лиц, в основном мужчин, в Рачаке. Хотя после начала конфликта убийства продолжались, массовые убийства в Рачаке вынуждают Запад вмешаться.


 6 Февраля 1999  Провал дипломатических попыток остановить конфликт.

Соединенные Штаты возглавляют других членов международного сообщества на дипломатических переговорах в Рамбуйе (Франция), в попытке оказать давление на Милошевича с целью прекращения конфликта. Однако в марте переговоры прерываются.


24 Марта 1999   НАТО начинает воздушные атаки против сербских военных целей 


После провальных мирных переговоров НАТО наносит серию воздушных ударов по сербским военным объектам. В ответ югославские и сербские силы изгоняют всех этнических албанцев Косово, вытесняя тысячи людей в Албанию, Македонию и Черногорию. Кампания НАТО длится 11 недель и распространяется на Белград, где она наносит значительный ущерб сербской инфраструктуре.

10 Июня 1999  НАТО и  Югославия  соглашаются вывести  войска

После принятия мирного соглашения ООН НАТО и Югославия соглашаются вывести войска из Косово. ООН переезжает в Косово, чтобы управлять мирным урегулированием и контролировать репатриацию косовских беженцев, включая почти миллион этнических албанцев. Большинство сербов и цыган покидают регион.

Сербская наркоманка - убийца украинцев и русских на Донбассе

  Уроженска сербского Горни Милановац - самая известная снайперша в Украине

 Багира, самый известный снайпер на украинском фронте, на самом деле - Даниела Лазович, серб Горни Милановац.
 
Журнал «Блик» показывает её жизненный путь - от успешной спортсменки до осужденной торговки наркотиками и монахини, до «защитницы» сербов на украинском поле битвы.
 
Украинская разведка недавно опубликовала список всех сербских наемников в Интернете. По нашим сведениям, их число сокращается, но этот вопрос всегда угрожает негативно повлиять на дипломатические отношения двух стран. Среди сербских добровольцев, сражающихся на стороне пророссийских сил, особенно почитается наемница по кличке "Багира", женщина-снайпер, которая в свое время, возможно, была самым известным иностранным борцом на этом кровавом поле битвы.
 
Украинские СМИ неоднократно писали об этой женщине, но ее личность, детали из жизни и то, как она была завербована, до сих пор скрыты. В интервью в средствах массовой информации и в социальных сетях,  ее лицо всегда прятал шарф и она никогда не говорила о своей жизни. Из-за ореола снайперши-убийцы, Багира получила мифический статус в медиа. Тем не менее, хотя история жизни этой тридцатидвухлетней девушки (?) из Горни Милановаца похожа на фильм, она ни в коем случае не является в нем положительным героем.

«Мать Ксения»
«Даниэла Лазович, будучи молодой женщиной, тренировалась в гандболе и очень успешно занималась спортом, из-за своего обучения она переехала из Горни Милановаца в Голубац, рядом с монастырем Труманы. В какой-то момент она хотела изменить свою веру, стать мусульманинкой, однако она передумала и решила пойти в монастырь, и всем было непонятно, почему это произошло, потому что мы знали ее природу. Я даже не уверен, что в то время она была совершеннолетней», - говорит Блик, источник, близкий к семье снайпера.
 
В следующей сцене этого фильма, в жанре которого есть элементы войны, преступления или триллера, Даниэла - монахиня в монастыре Трумане. Ее новое имя - мать Ксения.
«Она часто ходила в Белград, хотя никто не знал, для чего. Предположительно она оставалась у друзей. Как только она покинула монастырь, она сняла мантию и действовала совершенно по-другому. Она посещала Косово все чаще и чаще, по неизвестной причине. Через некоторое время ею заинтересовалась полиция», - говорит наш источник.

Наркодиллер
 
"Вскоре было обнаружено, что «мать Ксения» фактически занимается торговлей наркотиками, которые она часто потребляет",  - продолжает наш источник. Затем она была арестована и даже приговорена к тюремному заключению. После выхода из тюрьмы Даниэла буквально исчезает. Разрывает контакты с семьей, друзьями и начинает новую жизнь. По словам Блика, она покидает Сербию в ноябре 2014 года.
 
«Она отправилась на территорию восточной Украины, в город Снежное, и присоединилась к банде «Оплот », в состав которого входило пророссийское военизированное подразделение под названием «Сербский гусарский пук». В этом подразделении Лазович была в положении новобранца, позже она специализировалась на посадке беспилотных летательных аппаратов. Она участвовала в нескольких вооруженных действиях в районе Донбасса, где она приобрела навыки снайпера», - говорит собеседник «Блика».

Под следствием
Против Даниэлы Лазович в июне 2015 года старший прокурор в Белграде начал расследование на основе  доказательств, подтверждающих, что она совершила уголовное преступление, участвуя вооруженном конфликте. Поскольку она не отвечала на звонки, было приказано привести ее на слушание, но полиция обнаружила, что она не прожила годами по адресу, где она была зарегистрирована, и члены этой семьи не знают, где она. В Украине с тех пор она стала настоящей «иконой» пророссийских боевиков и часто высказывала политические взгляды.

Даниэла (Багира) и сербский наемник Берик, позирующее на руинах

 
Против Сербии в ЕС
Во время интервью, которое она дала Донецкому информационному агентству, она свободно говорила на русском языке, выступая против членства Сербии в ЕС, заявив, что она приехала на украинскую войну только благодаря России и ее народу.
Независимо от того, был ли единственным мотив чести оценен при ее выезде на поле битвы, неизвестно: «заработная плата» за такие военные службы варьируется в зависимости от заслуг и звания воина, а иногда и составляет до 2000 долларов в месяц.
 
Она не сдохла, живет в России
В июне 2016 года появилась информация о гибели Багиры в конфликте с украинскими силами безопасности вокруг города Гороловка, но это оказалось дезинформацией. Согласно нашим источникам, она уже несколько лет живет в России со своим половым партнером.
 
  # To be continued
 

Сербская колонизация Косова

Колонизацией Косова была политика, осуществляемая Королевством Югославия в межвоенный период (1918–1941) с целью изменения  этнического баланса в  регионе, в котором Албанцы составляли  этническое большинство. За время колонизации от 60 000 до 65 000 колонистов, свыше 90% которых составляли сербы, поселились на территории бывшего Косовского вилаета, захваченного у Османской империи в 1912 году. Вместе с сербской колонизацией проводилась также политика изгнания Албанцев со своих земель, это осуществлялось при участии мусульманской Турции в том числе.

Некоторые волны сербской колонизации имели место быть еще при Балканских войнах (1912-1913). Спонсируемая правительством колонизация инициирована в 1920 году, когда Королевство Югославия приняло Декрет по колонизации южных югославских провинций, но основной  наплыв сербов начался с 1931 когда этот  декрет был официально принят.

В 1937 году сербский  интеллектуал-националист Васо Чубрилович, один из организаторов убийства  эрцгерцога Франца Фердинанда, провозгласил изгнание всх Албанцев:

«При рассмотрении колонизации на юге мы придерживаемся мнения, что единственным эффективным средством решения этой проблемы является массовое изгнание албанцев. Постепенная колонизация не имела успеха ни в нашей стране, ни в других странах. Государство желает вмешаться в борьбу за землю в пользу своего народа, оно может быть успешным только путем жестокого обращения ».
--Васо Чубрилович, Memorandum

http://en.wikipedia.org/wiki/Colonisation_of_Kosovo
Колонизация Косова

Сербы убили 402 хорватских ребенка в ходе агрессии 1990х

В Отечественной войне Хорватии погибло 402 ребенка! Что сделало Хорватское государство? Оно даже не посвятило им книгу. 

1 октября 2018 года maxportal

 

В Отечественной войне в Хорватии сербские агрессоры официально убили 402 ребенка,  в одном только городе Славонски Брод 28 мальчиков и девочек! Невинные люди, которых лишили жизни и детства, которые не имели возможность вырасти и стать зрелыми людьми. Их право на жизнь было уничтожено руками убийц, лишивших их жизни в столь раннем возрасте...

Разве не должны небеса  покарать за этот грех, безнаказанное преступление, от которого все больнее, потому что оно оставлено безнаказанным?
 
В одном только Сараево такой же преступный сброд (потому что они не должны и не могут называться людьми), уничтожая этот осажденный город на протяжении 44 месяцев с окружающих холмов, убил 1600 детей! Список жертв детей в БиГ не существует, и вопрос в том, будет ли он составлен и когда это будет - еще один позор для всех нас [хорватов и боснийцев - прим. перевод.], особенно тех, кто сидит в Сараево и изображает великих государственных деятелей и политиков.
 
Имеются только чёткие данные (например, в Сребренице с 11 по 19 июля были убиты 1042 ребенка) и в общей сложности 3 772 детей во время войны (1992-1995 годы), которые были убиты на территории БиГ - согласно Информационному центру документации Сараево, что не является окончательным и полным, поскольку этот вопрос никогда не систематически и серьезно не рассматривался государством.
(См. Https://www.slobodnaevropa.org/a/broj_stradale_djece_bih/2051022.html ) .
Все оставлено энтузиастам и людям, чья совесть заставляет бороться за решение проблем, которые должно решать государство.
 
В общей сложности около 4000 мальчиков и девочек были убиты в результате терактов, массовых убийств, воздушных ударов, систематических расстрелов сербским агрессором после завоевания территории для этнических чисток.
Все это угнетает.

Aljmaš 1991./Foto: Гойко Митич

 

В книге   10 000 детей без родителей в Отечественной войне   (Славонски Брод, 2001), Вячеслав Шараванджа сообщает данные об общем числе детей без родителей в Хорватии и Боснии и Герцеговине во время войны (1991-1995 годы), а также тексты, описывающие судьбу многих из них, дополненных более чем 5000 фотографиями.
Сколько людей в Хорватии и БиГ знают о существовании этой книги по результатам упомянутого IDC в ​​Сараево за книгу д-ра Эндрю Хебрана Преступления против гражданских лиц в сербско-черногорской агрессии в Республике Хорватии (Загреб, 2014 год) об общем числе жертв во время Отечественной войны, а также о самих убитых детях?
 
Данные, представленные военными начальниками санитарных дел Республики Хорватии в этой книге сегодня не существовали бы, если бы не работа, с огромными усилиями  проведенная  Волонтерской ассоциацией Отечественной войны 1990-1991 годов.
Ни одно правительство в это время, ни один президент, ни одно министерство с тех пор не делали все, что было необходимо, сколько государство уже должно было бы делать, чтобы справиться с военными ранами, обеспечить покой выжившим семьям жертв, с целью рассказать правду о страданиях гражданских лиц и детей, прежде всего!
 
Мы, солдаты, знали, что нас ждет с той стороны, сознательно принимая риск возможной смерти, у нас есть оружие в руках и возможность сражаться - мирные жители не имеют защиты и выбора, у них не было выхода на резервные позиции,  у них не было шанса в этой войне!
 
Сегодня я оглядываюсь и вижу, люди заняты тривиальными вещами и событиями, они позволяют СМИ оболванивать их и, что самое интересное,  даже если они задаются вопросом, почему ничего не было сделано и военные преступления остались безнаказанными, они относятся к этому  так, что кто-то другой должен решать эту проблему, а не мы сами!
 
Редко кто спрашивается: ЧТО Я СДЕЛАЛ для этого? Насколько я могу способствовать распространению правды о тех событиях и пресечь несправедливость, из-за которой жертвы в конечном итоге становятся виновными, а исполнителей амнистируют!
 
Начните с себя. И действительно, я не могу задаться вопросом, что это происходит с нами, хорватами!
 
Умеем ли мы отличать важные проблемы от несущественных, и должны ли мы позволить этим посредственностям в политике, подпольной разведке, средствам массовой информации, завести нас в пещеру подобно мулам?

Для меня, дорогие соотечественники, одна капля крови невинного человека, особенно гражданского и особенно ребенка, независимо от того, какой нации и веры он принадлежит, стоит и на миллион раз больше, чем вся эта PR-работа, пустые и безмозглые дискуссии, и организованные судебные решения нарушающие закон.

Чудовищная пропаганда «20 000 умерших детей в НГХ» является плодом подделки, которая была сфабрикована в Белграде (так называемом Музее жертв геноцида) в течение последних 50 лет и более. Это детище одного из самых темных персонажей Министерства Историографии бывшей СФРЮ, известных «докторов наук» Милана Булаича и его подельников. В той же пропагандистской конторе были состряпаны списки «жертв усташей в Ясеноваце».
 
Им потребовалось 55 лет для сбора такого списка «жертв усташей в Ясеноваце», опубликованного в Интернете в 2009 году.
 
Список этих поддельных «20 ​​000 детей-жертв» еще не завершен. Пятнадцать лет назад я читал, что над ним работают последователи фальсификатора Булаича, и один из них утверждал, что «список жертв покойного, убитого в НДЦ, будет опубликован в этом году». Но его еще нет! Они также не знают, где предполагаемые могилы предполагаемых жертв. У этих заявлений нет никаких доказательств! Ничего похожего на материальное доказательство! Ничего, кроме пустой болтовни!
 
Вот почему они истерят как бешеная собака и плюют на всех, кто говорит правду!
Они ждут сто лет после войны (и уже прошли 73 года), чтобы помочь всем свидетелям адаптировать свои источники к своим потребностям, распространяя ложь в обществе. Затем он объявит о своем «списке убитых детей в НДХ и Ясеноваце» - подделке, подобной этой, которая сейчас находится на интернет-сайте ЮСПП Ясеновац!
 
Итак, когда вы услышите в следующий раз, что какой-нибудь мутный Милорад Пуповац, четник Вучич, или фашист Вулин или подобные им сербские мракобесы (чья единственная задача за последние 100 лет - разжигание и распространения ненависти), снова рассказывают мифы о "20 и более тысяч детей, убитых усташами в Независимом  Государстве Хорватия", понимайте, что эта чудовищная, грязная и тщетная ложь повторяется по двум причинам:
 
Во-первых , они хотят умолчать о преступлениях  своих сограждан в 1990х годы в  кровавой, агрессивной и геноцидной войне против хорватов. В той войне, в которой они пытались стереть нас с лица земли и зачистить все следы.
 
Во-вторых,  они хотят все еще держать хорватов под коллективным обвинением в «геноциде» и «холокосте», и таким образом сохранять свою старую ложную ложь о нас как о «геноцидном» и «преступном» народе.
 
И если хотите  - молчите дальше. Но я не буду!
 
Автор  оригинальной статьи  на Хорватском: Златко Пинтер / Фото: maxportal

Хорватская мученица Грозда Будак

Грозда Будак была дочерью Ивки Будак и Миле Будака, известного хорватского писателя и политика. Она родилась в Загребе 27 марта 1924 года. Была младшим ребенком в семье Будаков.
У нее были брат Звонко и сестра Неда, а также брат Бранимир, который умер в раннем детстве.

Судьба молодой гимназистки Грозды Будак, дочери хорватского политического деятеля и писателя Миле Будака оказалась трагической и ужасной. Грозда Будак родилась в Загребе в 1924 году и была третьим ребенком в семье писателя Миле Будака и его жены Ивки.
В раннем детстве Грозда пережила арест и тюремное заключение своего отца, а также покушение на него. На ее долю выпала тяжелая жизнь в эмиграции, во время которой дети из семьи Будак находились в разных местах. В 1940 году внезапно и необъяснимо умерла мать Грозды Будак. Грозда была отличницей учебы в гимназии сестер милосердия в Загребе, где она получила образование. После отступления в 1945 году Грозда Будак в числе других девочек и молодых женщин была выдана партизанам Тито, изнасилована, подверглась пыткам и была убита.

Свою молодую жизнь Грозда Будак окончила худшим из всех возможных способов. После того, как партизаны-коммунисты многократно изнасиловали Грозду и жестоко пытали ее в присутствии своих «боевых подруг»- красных партизанок, которые всячески поощряли и помогали своим «товарищам», эти же «молодые партизанки» с помощью двуручной пилы распилили тело Грозды Будак по частям.
И в качестве кульминации проявления своего «антифашизма» извлекли из груди мертвой Грозды ее сердце, которое зажарили на вертеле. Об этих немыслимых злодеяниях дал показания тогдашний начальник военного трибунала II. армии Габриэль Дивянович, который похвастался тем, что фотографировал это страшное убийство и имеет фотографии. И еще он сказал, что показал фотографии экзекуции Грозды ее отцу, Миле Будаку, который вскоре также принял мученическую смерть. И это в то время был лишь один частный случай в веренице сплошных преступлений и убийств. Все подвалы Загреба были тогда заполнены людьми, которых подвергали пыткам, а дворы и площади столицы Хорватии превратились в кладбище, на котором лежали трупы убитых и изувеченных перед смертью людей. За те преступления никто, никогда так и не ответил.

Подобная судьба ждала родственницу Грозды Ану, дочь министра Независимого Государства Хорватии Фрковича, как и огромное количество других невинных хорватских женщин, девушек и девочек, единственный «грех» которых состоял в том, что они были горды тем, что являются хорватками и были до конца преданы идее независимой, суверенной и свободной хорватской державы. «О преступлениях партизанских частей после входа в Загреб: «По приказу и в присутствии оперативников ОЗНА врывались в богатые семейные виллы и в частые квартиры в хороших районах города, насиловали женщин всех возрастов, отводили на «ликвидацию» состоятельные семью целиком, включая детей и сразу же после этого «обеспечивали» переезд на освободившуюся жилищную площадь представителей новой власти.
Кроме того, заходили в квартиры т. н. «врагов народа», ритуально, на глазах всей семьи, насиловали женщин всех возрастов, потом грабили квартиры, унося золото и предметы искусства и забирали с собой «врагов», которых конвоировали во временные тюрьмы, имевшиеся у VI дивизии из Лики в пригороде Грачани на севере Загреба.
Когда хорошие знатоки лесов и полян на склонах горы Медведницы находили подходящие места для убийств, активно участвовали в массовых казнях а после совершения преступлений насильно приводили местное сельское население, чтобы оно собирало и прятало тела жертв. Всеми казнями в северной части Загреба, согласно показаниям большого числа очевидцев и самих палачей, руководил штаб отряда экзекуторов VI. дивизии из Лики. Штаб находился в селе Грачани в двух реквизированных домах, семей Радич и Бешич. Большой подвал в доме семьи Бешичей служил в качестве комнаты пыток для арестованных и полигоном для серийного изнасилования девочек-подростков и взрослых женщин. Сараи и амбары в окрестностях служили временными тюрьмами.
«Лайбек милиционеры» и солдаты VI. дивизии время от времени выносили из подвала ведра с человеческими органами и обливая их содержимое бензином, сжигали во дворе. Очевидцы утверждают, что в этом подвале после всех сексуальных оргий и убийств крови было по лодыжку. Преступники, после «ликвидации» очередной партии арестованных, «расслаблялись» пением и танцами партизанского коло на «штабном дворе». В пытках и убийствах жертв участвовало и значительное число партизанок.

Некоторых взрослых девочек и молодых женщин оставляли на некоторое время в живых, чтобы использовать в импровизированном «грачанском борделе VI дивизии» для оказания сексуальных услуг партизанским офицерам, которые для этой цели приезжали из Загреба на своих джипах. Некоторые из этих несчастных девочек и женщин сумели через грачанских крестьян передать на волю записки с посланием своим семьям или друзьям. В вышеупомянутом «борделе» после многократного изнасилования и неописуемых пыток, свою жизнь окончила красивая и гордая Грозда Будак.»

Справка: «Лайбек милиция» - специальное подразделение палачей, на совести которых 1/5 часть всех жертв, которые были убиты в Загребе коммунистами с мая до августа 1945 года. Эти преступники, известные под названием лайбек-милиционеры, носили коричневые штаны, белые гимнастерки, красочные жилеты, взятые как элемент национальной одежды, ковбойские шарфы а на голове шайкачи с красной звездой. Были вооружены автоматами, пистолетами, остро заточенными ножами и гранатами. Единица служила для террора и убийства местного населения, ее численный состав точно не установлен, но предположительно она насчитывала 300 человек. Подразделение было составлено из добровольцев, чья роль заключалась в расправе над «врагами» и им «сочувствующими». Подразделение основал т. н. «народный герой» и министр полиции, известный Иван Краячич по прозвищу Стево. Дизайнером формы был начальник ОЗНЫ города Загреба и «народный герой» и убийца Марьян Цветкович, а оперативно упомянутая единица подчинялась специальному отряду палачей, составленному из добровольцев VI дивизии (Лика).

Убийцы хорватов из подразделения "Лайбек милиции". Милиционеры были размещены как в общественных, так и во временно конфискованных частных зданиях в районах Загреба Шестине, Грачани, Микуличи и на улице Маркушевечка Трнава. "Трудились" палачи строго по графику - 24 часа на убийства, 24 часа на отдых. В августе 1945 года подразделение лайбек-милиционеров после убийства коммунистами свыше 10 тысяч людей в Загребе и его окрестностях было расформировано.

 
Источник: Стальной Пакт

Сербский братушка внезапно прозрел

Один сербский политик похоже прозрел. Но все-таки не до конца, если до сих пор называет миротворческую операцию "Буря" преступлением. Достоверности его словам добавляет тот факт, что он сам был  организатором и соучастником ряда военных преступлений на территории Хорватии в т.н. Сербской Краине (аналоге будущих ДНР и ЛНР). 

Вук Драскович подтвердил, что наибольшее количество преступлений в Хорватии, Боснии и Косово было совершено сербской стороной. В его заявлении также говорится, что Сербия должна наконец признать поражение.

Пришло время, наконец, сказать правду Сербии и сербам, сказал Вук Драшкович, лидер Движения за возрождение Сербии, в интервью Телеграфу.

- В наше время история показала, что преступления сербов были чрезмерными, их нельзя оправдать самозащитой. В Гааге нет ни одного невинно осужденного серба, который бы в глазах подавляющего большинства сербов они не являлся бы героеми. Слободан Милошевич больше всего ответственен за ужасную политику поражений и преступлений, и теперь сербы пишут ему оды и книги, даже те люди, которые были против него в 1990-х годах. Министры поклоняются емо могиле и говорят, что он был избран самим Богом как лидер Сербии, - сказал Драскович.

Драскович утверждает, что он говорит правду и что сербы совершили наибольшее количество преступлений в Хорватии, как в Боснии, так и в Косово.

«Буря - огромное преступление, но она бы никогда не случилась, не будь вмешательства со стороны сербов», - сказал Драскович. Он подчеркивает, что Сербия должна признать поражение и что ничто не должно быть оправдано.

- Новая политика должна быть очищена от главенства прежней политики поражений и преступлений, и все вражда должна превратиться в дружбу. Немцы сделали это после Второй мировой войны и посмотрите, где они сегодня. Сербия должна это сделать. Сербия должна превратить вражду с албанцами, боснийцами и хорватами в дружеские отношения. Конечно, был нанесен ущерб бомбардировками НАТО, но их жертв во много раз меньше, чем, скажем, гражданских лиц, убитых [сербами] только в Сараево. За три года было убито около 12 тысяч мирных жителей, из которых более 2000 детей, - говорит Драшкович.

Источник: https://croative.net/vuk-draskovic-objavio-istinu-od-koje-se-trese-srbija-ubili-smo-u-sarajevu-12-000-civila-2-000-njih-bila-su-djeca/

 Чисто для иллюстрации, для тех кто до сих пор не понял, о чем идет речь,  на фото ниже:  тела хорватов, убитых в своей деревне сербскими террористами-четниками.

Полное видео:

Примерно то же самое, что четники делают в Украине.  Источник видео, с описанием трагических событий в этой деревне: https://www.braniteljski-portal.com/stravican-video-zapovjednici-i-pripadnici-srpskih-paravojnih-postrojbi-optuzeni-za-ratni-zlocin-protiv-hrvatskih-civila-klali-su-civile-likvidirali-ih-vadili-im-nozevima-organe