Послевоенные массовые убийства хорватов коммунистами в Мацельском лесу

В районе лесов Мацеля (недалеко от города Крапина в северо-западной Хорватии на границе со Словенией) и в прилегающих местах в мае и июне 1945 года коммунисты убили 15.000 людей. Это были те пленники, которых гнали в колоннах смерти с Блайбурга и ликвидировали на их Крестном пути. Согласно показаниям очевидцев число жертв "хорватской Хиросимы", как иногда называют резню в Мацельских лесах составляет от 12.000 до 15.000 людей. Среди убитых без суда и следствия людей были как солдаты NDH так и гражданские лица. В том числе группа из 21 священника и монаха.

Впервые публично заявил о резне в Мацеле хорватский кардинал Франьо Кухарич в 1991 году. В 1992 году начались работы по эксгумации жертв партизанской резни. Из 23 ям были извлечены останки 1.163 жертв. Затем работы приостановились и еще 130 мест массовых захоронений до сегодняшнего дня остались обозначенными, но не обследованными.

После Блайбурга начался Крестный путь хорватского народа. По разным направлениям хорватов вели через Словению, Хорватию и вплоть до Македонии и на этом пути свою смерть от рук коммунистическо-партизанского конвоя и специально отобранных команд убийц нашли сотни тысяч людей, в основном хорватов.

Крестный путь от словенских городов Дравограда и Марибора пролегал через Тежно в Хорватию, к Мацелю. Жертв, которые смогли избежать смерти в Тежно (месте еще одного массового убийства людей) пешком погнали до места казни в Мацеле. В свой последний марш смерти обреченные мирные жители, священники и военнопленные хорватской армии шли в сторону села Доньи Мацель и далее на мацельскую гору, где в местностях под названиями Лепа Буква и Иловец бандиты Тито убивали невиновных людей, попутно стараясь замести следы своих злодеяний.

Согласно показаниям свидетелей, сотрудника OZNA (югославский аналог НКВД) Младена Шафранко и выжившего участника марша смерти Франа Живичняка в Мацеле было убито около 13.000 человек. Однако по мнению экспертов реальное число жертв выше. Люди, убитые в Мацеле, были родом из самых разных мест: из Герцеговины, средней Боснии, Срема, Славонии, с Адриатического побережья и из внутренних районов Хорватии. На сегодняшней день Мацель является самым большим (но естественно, что далеко не единственным) местом массового убийства людей на территории Республики Хорватии.

Источник - Типичный Усташ

Преступления Красной Армии в Сербии

Не только сербские шовинисты совершали зверства по всей Югославии и соседних странах, но и сами сербы (и другие народы Югославии) становились жертвами со стороны советских братушек. Текст ниже - перевод на русский язык отрывка из статьи в англоязычной Википедии Soviet war crimes, конкретно ее раздела про похождения Красной Армии в  Югославии. В русскоязычной Вики такой статьи предсказуемо нет :)


По словам югославского политика Милована Джиласа, было зарегистрировано не менее 121 случая изнасилования, 111 из которых также были связаны с убийством. Всего было зафиксировано 1 204 случая грабежа с нападением. Джилас назвал эти цифры «едва ли незначительными, если иметь в виду, что Красная Армия пересекла только северо-восточный угол Югославии».  Это вызвало беспокойство у югославских партизан-коммунистов, которые опасались, что истории о преступлениях, совершенных их советскими союзниками, ослабят их положение среди населения.

Джилас пишет, что в ответ югославский партизанский лидер Иосиф Броз Тито вызвал главу советской военной миссии генерала Корнеева и выразил официальный протест. Несмотря на то, что Корнеев был приглашен «в качестве товарища», он разразился на них гневом за то, что ему высказали «такие инсинуации» против Красной Армии. Джилас, присутствовавший на встрече, высказался и объяснил, что британская армия никогда не участвовала в «таких эксцессах», освобождая другие районы Югославии. Генерал Корнеев ответил криком: «Я самым решительным образом протестую против этого оскорбления Красной Армии, сравнивая его с армиями капиталистических стран».

Встреча с Корнеевым не только «закончилась безрезультатно», но и спровоцировала Сталина на личные нападки на Джиласа во время его следующего визита в Кремль. В слезах Сталин осудил «югославскую армию и то, как она управлялась». Затем он «с волнением говорил о страданиях Красной Армии и об ужасах, которые она была вынуждена вынести, когда она боролась за тысячи километров опустошенной страны». Сталин достиг кульминации со словами: «И такую армию оскорбил никто, кроме Джилас! Джилас, от которого я меньше всего мог ожидать такого, человек, которого я так хорошо принял! И Армия, которая не жалела своей крови для вас! Разве Джилас, который сам является писателем, не знает, что такое человеческие страдания и человеческое сердце? Разве он не может понять это, если солдат, который прошел через тысячи километров через кровь, огонь и смерть, развлекается с женщиной или собирает безделушки? "

По словам Джиласа, отказ СССР от участия в акциях протеста против военных преступлений Красной Армии в Югославии привел в ярость правительство Тито, и это способствовало последующему выходу Югославии из советского блока. 

 

Этнические чистки болгар в сербской Югославии

Перевод статьи англоязычной Википедии   Кровавое Рождество 1945 о том как белградские власти в составе Югославии уничтожали Православных болгар. Вспомните об этом, когда сербские  братушки начнут скулить о том, что коварные враги, окружающие Сербию якобы  с помощью Тито понасоздавали искуственных наций с целью ослабить "майку србиjу", и воообще все не любят сербов на Балканах якобы только из-за их Православия.

Кровавое Рождество (болгарский: Кървава Коледа, Карвава Коледа Македонский: Крвава Коледа Крвава Коледа) или Кровавый Божик (Кървав Божик, Крвав Божиќ, Карвав Божик) - это кампания, в которой несколько сотен человек македонского болгарского происхождения были убиты Югославские коммунистические власти в югославской Республике Македонии как "коллаборационисты" в период с 7 по 9 января 1945 года.  Тысячи других, которые сохранили свои пробулгарские симпатии, пострадали в результате жестоких репрессий.

После окончания Второй мировой войны, лица болгарской национальности в так называемых «новых землях» в Вардарской Македонии (вошла в состав Югославии как республика - прим. перев.), которые были ненадолго присоединены к Болгарии во время Второй Мировой, подвергались преследованиям по тяжким обвинениям в «велико-болгарском шовинизме». Эта глава истории Македонии была запретной темой для разговоров до конца 1980-х годов, и, как результат, десятилетия официального молчания создали реакцию в виде многочисленных манипуляций с данными в целях националистической, коммунистической пропаганды. Чтобы стереть с лица земли булгарские настроения, югославские коммунисты запустили огромный процесс создания искуственной нации [македонцев].

С самого начала новой социалистической "Македонии" появились обвинения в том, что новые власти устроили репрессии против людей, которые не поддержали формирование новой этнической македонской идентичности. Число погибших "предателей" и "соучастников" из-за организованных убийств болгар во время Кровавого Рождества и после него, однако, неясно, но в некоторых источниках число жертв достигает 1200.

Идея властей заключалась в том, чтобы ослабить болгарскую интеллигенцию в Македонии, искоренить болгарское самосознание некоторых слоев населения и ускорить процесс македонизации.

Во время террора в январе 1945 года на дороге между озером Охрид и озером Преспа, на холмах Галицкой горы, недалеко от деревни Тешево и других деревень, было казнено еще больше болгар. Большинство тел было захоронено в озере Преспа. Почти все населенные пункты в Вардарской Македонии были жертвами кампании. В нескольких городах Вардарской Македонии были созданы народные суды, выносящие смертные приговоры гражданам, обвиненным в «велико-болгарском шовинизме». Только в Скопье в 1945 году было проведено 18 судебных процессов с 226 обвиняемыми, 22 из которых были приговорены к смертной казни. В Стипе за тот же период семь болгар были приговорены к смертной казни, в Прилеп - десять, в Велес - десять, в Битоле - девять.

Согласно болгарским источникам, между 1945-47 гг. Более 4700 болгар были убиты или пропали без вести. В результате чистки до 100 000 человек были депортированы, перемещены, заключены в тюрьму, подвергнуты преследованиям или отправлены в концентрационные лагеря бывшей Югославии.
 


 

Ирландские добровольцы в Хорватии.

Посвящается всем клиническим идиотам среди ультраправых в России, поддерживающим коммунистический югославский режим и их израильских комрадов. Оригинальный текст написан 
ugunskrusts83

Дикие гуси" из Ирландии, движимые идеей католической солидарности, в 90-е годы 20 века воевали добровольцами в Хорватии против югославских войск и сербских парамилитарес. Подобно тому как их соотечественник помогали братьям по вере в Мексике и в Испании. Ниже статья об ирландцах в рядах хорватской армии и националистических формирований, таких как ХОС.

Отмечу только, среди ирландцев, воевавших в Хорватии были люди самых различных политических убеждений. Представленная вашему вниманию статья написана неонацистом и расистом, поэтому там содержатся характерные для той публики речевые обороты. Но на помощь Хорватии отправились помимо неонацистов также представители Ирландской Республиканской Армии, с левацкой в основном идеологией. Помнится, где-то в инете видел фото граффити ИРА в Вуковаре.

 И самый известный ирландский доброволец на Балканах Томас Кроули, дослужившийся до звания майора в хорватских вооружённых силах и погибший в 1995 году на минном поле, был в своё время членом ИРА.

 Могила Кроули в Сплите.

А теперь сама статья:

От редакции: представляем вашему вниманию перевод статьи, о таком малоизученном явлении в истории послевоенного нео-национал-социалистического движения как участие национал-социалистов со всего мира в войне на территориях бывшей Югославии в 1991-1995 г.г., написанной непосредственным участником тех событий родом из Ирландии.

В 1990 году бывшие югославские республики начали требовать свободу от коммунистического режима Белграда.
Югославия ввязывалась в ряд жестоких и кровавых гражданских войн, в конце которых на свет появились молодые европейский страны Хорватия, Словения, Босния-Герцеговина, Македония, «Республика Српска Краина» и республика Югославия (в которую входила Сербия и Черногория).



Новое правительство в Загребе претендовало на статус продолжателей дела героев из усташской милиции, которые во время второй мировой войны вступили в союз с немцами и стали членами союза держав оси. Множество хорватов и усташей присоединились к регулярной германской армии и хорватским дивизиям Ваффен-СС. И многие из них полегли на полях сражений возле Сталинграда или в ходе анти-партизанских операций в своей собственной стране.

К осени Хорватия уже находилась в состоянии войны с сербской армией, за спиной которой стояли советы; при этом эмбарго на оружие связывало Хорватиию по рукам и ногам. Однако Хорватия и её сыны поднялись за расу и нацию. Сербия же зависела от поставок оружия и людей из России и Румынии.

Хорватские националисты подготовились к приближающейся войне наилучшим образом, которым они только могли подготовиться в то время. Хорватская армия, «Hrvasti Vojska» или просто «HV» не были хорошо снабжены, организованы и впервые проходили военную подготовку. Оборона пала на плечи старых территориальных милицейских сил самообороны, некоторые из которых были экипированы оставшимся от югославской федеральной армии (ЮНА) оборудованием, в то время как остальные были вооружены только дробовиками или музейными раритетами 50-летней давности. Во многих случаях каждый человек, деревня, город и область были предоставлены только самим себе. Местные лидеры, обладавшие боевым опытом, были в состоянии неплохо отражать сербские атаки. В некоторых областях, задачей малочисленной местной полиции являлось попытка замедлить убийственное сербское продвижение и выиграть бесценное время для эвакуации хорватского гражданского населения. И когда эту землю отбивали у противника, то тела полицейских обнаруживали в ужасающем состоянии и искалеченными такими мерзкими способами, которые могли бы составить конкуренцию изуверствам еврея Лаврентии Берии из НКВД. Менее подготовленные пали жертвами того, что называют «этническими чистками». Точно также в отношении Ирландии ольстерские лоялисты и прикормленные ими шавки из Combat 18 проводили этническую чистку белых католиков.

Когда раздался зов, белые националисты и интернациональные добровольцы начали стекаться в пекло борьбы; ими руководили различные побуждения, но все они приходили на помощь Хорватии, когда самому её существованию угрожала опасность. Они приезжали практически из всех европейских стран, Северной Америки, Австралии и Канады. Некоторые к тому моменту уже обладали боевым опытом; некоторые политические солдаты и солдаты свободы прибывали туда вообще не имея опыта, обязанные изучить их ремесло непосредственно в бою. Поскольку иностранные добровольцы не были укомплектованы в одну объединённую интернациональную бригаду, трудно сказать, сколько именно их боролось на той войне, и диапазон колеблется от 200 до 2000. Не имеется никаких официальных данных по иностранцам, погибшим в той войне; несколько дюжин с сотней раненых, пожалуй, является самой консервативной оценкой.

Подавляющее большинство иностранцев, в течение этой войны сражавшихся за Хорватию на всех фронтах вступили в ряды «хорватских вооружённых сил» («Hrvatske Oruzane Snage») более известных как ХОС.

ХОС были крайне правой националистической группой, ведущей свою родословную от усташей. Они проявляли активность перед обретением независимости, проходя обучение в учебных лагерях для хорватских эмигрантов заграницей. Они носили чёрную форму со знаками отличия ХОС, украшенными лозунгом «К защите своего отечества – готовы!» («Za Dom Spremni!»). С деньгами от хорватских эмигрантов, долгое время проживающих в Австралии и Канаде, они были в состоянии к концу 1981 вооружить и экипировать ХОС предполагаемой численностью около 3000 человек, разделённых на подразделения, в которых они действовали в качестве «пожарных команд» призванных штурмовать области, чтобы отразить сербское нашествие, а затем отходить и ждать очередного критического положения.

Потери ХОС были высоки. Они являлись фанатичными ненавистниками сербов, и при попадании в плен их могла ожидать лишь медленная, жестокая и мучительная смерть от рук коммунистических четников. По слухам, Израиль направлял туда агентов Моссада, чтобы те допрашивали пленных членов ХОС.

К весне 1992 года хорвато-сербская война выжгла саму себя, и большинство бойцов-интернационалистов отправилось в составе ХОС в Боснию и Герцеговину. На протяжении сотен лет мусульмане вырезали хорватов и католиков, и для католической Хорватии настало время вернуть эти земли и изгнать мусульман.

В течение борьбы, сквозь огонь битв, почва под ногами переходила то к одной, то к другой стороне после кровавых лобовых атак и рукопашных схваток за каждый квадратный метр. При сербском нападении на осаждённый город Вуковар в Восточной Славонии, 1500 хорватских милиционеров и добровольцев ХОС сдерживали натиск 10 000 сербов в течение 87 дней. Город был стёрт с лица земли артиллерией ЮНА, а отважных защитников города морили городом после того, как многочисленные лобовые атаки не смогли сломить их.

Многие из немцев, сражавшихся на той жестокой хорвато-мусульманской войне, длившейся год, женились на местных хорватских девушках и остались в этой стране, передавая хорватам своё мировоззрение и идеи расовой чистоты.

По традиции, восходящей на сотни лет назад к «диким гусям» («wild geese» – ирландские «солдаты удачи», в различные времена покидающие Ирландию, чтобы заграницей продолжить борьбу против английской тирании – прим. переводчика), много сотен тысяч ирландских мужей сложили головы на полях сражений вдалеке от дома «во имя свободы». Ирландцы расслышали и эту далёкую барабанную дробь сражения, тут же взявшись за оружие ради свободной Хорватии. Как и в случае с другими национальностями, имена ирландских добровольцев, принимавших участие в войне, не установлены, но о многих печальных происшествиях известно из появлявшейся в газетах информации. Один юноша, раненый в бою, сказал своим родителям, что он поехал работать в Евро-Дисней в Париж, и только лежа на больничной койке он позвонил им и сообщил, что находится в Хорватии.

Другой заголовок гласил: «Боец в Хорватии потерял ноги». Пол Ахерн (23 года) из графства Корк, потерял обе ноги при разрыве мины на боснийской войне. Его отец сказал: «Он сожалеет лишь о хорватских людях, проходивших тогда мимо».

Ирландские газеты обнародовали сообщение 22-летнего жителя Дублина Айвана Фарины. Он потерял глаз при взрыве мины во время операции ХОС в занятой хорватами Боснии. Несколько недель он провёл в госпитале, находясь в коме, прежде чем семья забрала его в Дублин.

Тони Каскарино – псевдоним молодого ирландца, который сражался на многих кровавых полях сражений в Хорватии. Его дед был командиром ИРА и принимал участие в Пасхальном восстании 1916-ого и Ирландской войне за независимость, что и стало темой рукописей Тони «День перемирия» и «Память тысячелетия», на чьих страницах были описаны его подвиги. Сам он являлся членом элитной 1-ой «Тигриной» бригады и его подразделение включало в себя пять англичан, трёх ирландцев (остальные два ирландца являлись бывшими бойцами-парашютистами французского иностранного легиона, Тони же прослужил несколько лет в британской армии), по одному датчанину, французу и американцу. Тони не поддерживал тактику ИРА, но заявил: «Я чувствовал себя сочувствующим, я всегда чувствовал себя сочувствующим и я всегда верил в объединённые 32 графства светской Ирландии.» Он отличался в бою и заработал себе неподдельное уважение со стороны добровольцев своего соединения и хорватов, с которыми он вошёл в тесную связь из-за проявленного сострадания к их беде и личной храбрости.

Шэйн Мак-Кормик из Атлона, что в графстве Уэстмист, был ветераном французского иностранного легиона, вовлечённым в войну через своего друга-хорвата, который служил в легионе вместе с ним. Шэйн сражался в ХОС и оказал жестокое сопротивление сербскому вторжению в Восточную Хорватию зимой 1991 и 1992. Он был полон энтузиазма, занимаясь своей работой и убивая четников. Однажды, сидя в загребском ресторане и вглядываясь в окно, за которым шёл дождь, он дал интервью. Вот его слова: «Отличная погода для войны, когда дождь льёт как сейчас и ты получаешь цель - кучку четников, засевших в бункере, ты тяжёло подступаешь к нему с гранатой и штыком, и в этот момент всё вокруг разлетается на части.»

Эти мужчины – не единственные ирландцы, которые были вовлечены в бойню на территории бывшей Югославии. Помните всех ирландских добровольцев, кто так или иначе боролся и умер ради свободы Хорватии!
«Я всегда знал об удивительных параллелях между ирландской войной за независимость (1918-1922), я знал причины, из-за которых я воевал, и ощущал, что они были нечто большее, что вообще привело меня туда. Хорватия была на 90% католической и никогда не желала находиться в составе Федерации, в которой доминировали сербы. Она подчинялась силой, которой угрожал ей инородный сосед с чужим языком, религией и культурой, который управлял террором и подавлял волю народа, объявившего независимость. В Хорватии были и этнические общины сербов, проживающих в анклавах и отказывающихся интегрироваться в местное население, признавать независимое правительство. Они обладали своими полувоенными формированиями – печально известными экстремистами-«четниками» и ещё целым рядом откровенно преступных банд типа «Тигров Аркана», который помимо прочего имел связи с определёнными лоялистскими кругами в Ольстере. Они располагали полной поддержкой регулярной федеральной армии и оторвали для себя треть страны – область Краину, которую многие называли «хорватским Ольстером».

Они стремились уничтожить исторические, культурные и духовные корни Хорватии, разрушить её древние города и религиозные святыни. Я просто наблюдал примеры истории, повторяющейся раз за разом, когда география и политические знамёна менялись, но движущие силы были поразительно схожими.»

Мифы российской пропаганды: Суд над Слободаном Милошевичем

В мае 1999 года Гаагский трибунал для бывшей Югославии выдвинул обвинения против бывшего президента Югославии Слободана Милошевича в совершении военных преступлений в Косово в 1999 году.

Суть мифа: Международный трибунал по бывшей Югославии полностью оправдал Слободана Милошевича

На самом деле: В мае 1999 года Гаагский трибунал для бывшей Югославии выдвинул обвинения против бывшего президента Югославии Слободана Милошевича в совершении военных преступлений в Косово в 1999 году. Милошевич и четыре высших югославских руководителя обвинялись по пяти пунктам, квалифицированным как преступления против человечности ‑ убийства, преследования по политическим, расовым и религиозным мотивам, депортации ‑ и по одному пункту, квалифицированному как нарушение законов и обычаев войны.

Преступления, в которых обвинялся С. Милошевич на основе его личной ответственности:

• Босния и Герцеговина, 29 преступлений с 1 августа 1991 года по 31 декабря 1995 года. Геноцид: массовые убийства боснийских мусульман и хорватов (казнь нескольких тысяч мусульман в Сребренице в июле 1995 года), создание концлагерей (около 50 на территории Боснии), насильственное переселение более 250 тыс. человек;
• 10 преступлений против человечности: преследования на политической, национальной и религиозной почве, убийства, пытки, антигуманные действия, незаконное заточение;
• 8 нарушений Женевских конвенций 1949 года: убийства, причинение страданий, неоправданные разрушения, порча имущества;
• 9 нарушений законов и обычаев ведения войны: варварское разрушение населенных пунктов (обстрел Сараево), разрушение и нанесение ущерба историческим памятникам, присвоение имущества, нападение на мирных жителей.

Так называемое оправдание Милошевича заключено в параграфе 1460 на странице 1303 более чем 2500-страничного приговора по делу тогдашнего лидера боснийских сербов Радована Караджича. Трибунал признал, что в ходе следствия не было найдено доказательств того, что Милошевич «был согласен» с общим планом на осуществление геноцида боснийских мусульман посредством этнических чисток.
Фактически с Милошевича было снято только обвинение за геноцид в Сребренице. И снято в очень обтекаемой формулировке:

«Трибунал констатировал то, что Милошевич в целом одобрял политические цели руководства боснийских сербов и оказывал им активную помощь персоналом и вооружением, но, указывая на факты расхождений и конфликтов между Милошевичем и боснийско-сербским руководством по частным вопросам, не нашел достаточными доказательства, что Милошевич одобрил общий план, который вменялся обвиняемым».

Остальных обвинений с Милошевича никто не снимал. Никакого полного оправдания не было. Дело было закрыто в связи с его смертью. Байку о полном оправдании Милошевича запустил итальянский журналист Джульетто Кьеза. Бывший руководитель Федерации молодых коммунистов Италии и московский корреспондент газет «Унита» и «Ла Стампа».

Хорватская мученица Грозда Будак

Грозда Будак была дочерью Ивки Будак и Миле Будака, известного хорватского писателя и политика. Она родилась в Загребе 27 марта 1924 года. Была младшим ребенком в семье Будаков.
У нее были брат Звонко и сестра Неда, а также брат Бранимир, который умер в раннем детстве.

Судьба молодой гимназистки Грозды Будак, дочери хорватского политического деятеля и писателя Миле Будака оказалась трагической и ужасной. Грозда Будак родилась в Загребе в 1924 году и была третьим ребенком в семье писателя Миле Будака и его жены Ивки.
В раннем детстве Грозда пережила арест и тюремное заключение своего отца, а также покушение на него. На ее долю выпала тяжелая жизнь в эмиграции, во время которой дети из семьи Будак находились в разных местах. В 1940 году внезапно и необъяснимо умерла мать Грозды Будак. Грозда была отличницей учебы в гимназии сестер милосердия в Загребе, где она получила образование. После отступления в 1945 году Грозда Будак в числе других девочек и молодых женщин была выдана партизанам Тито, изнасилована, подверглась пыткам и была убита.

Свою молодую жизнь Грозда Будак окончила худшим из всех возможных способов. После того, как партизаны-коммунисты многократно изнасиловали Грозду и жестоко пытали ее в присутствии своих «боевых подруг»- красных партизанок, которые всячески поощряли и помогали своим «товарищам», эти же «молодые партизанки» с помощью двуручной пилы распилили тело Грозды Будак по частям.
И в качестве кульминации проявления своего «антифашизма» извлекли из груди мертвой Грозды ее сердце, которое зажарили на вертеле. Об этих немыслимых злодеяниях дал показания тогдашний начальник военного трибунала II. армии Габриэль Дивянович, который похвастался тем, что фотографировал это страшное убийство и имеет фотографии. И еще он сказал, что показал фотографии экзекуции Грозды ее отцу, Миле Будаку, который вскоре также принял мученическую смерть. И это в то время был лишь один частный случай в веренице сплошных преступлений и убийств. Все подвалы Загреба были тогда заполнены людьми, которых подвергали пыткам, а дворы и площади столицы Хорватии превратились в кладбище, на котором лежали трупы убитых и изувеченных перед смертью людей. За те преступления никто, никогда так и не ответил.

Подобная судьба ждала родственницу Грозды Ану, дочь министра Независимого Государства Хорватии Фрковича, как и огромное количество других невинных хорватских женщин, девушек и девочек, единственный «грех» которых состоял в том, что они были горды тем, что являются хорватками и были до конца преданы идее независимой, суверенной и свободной хорватской державы. «О преступлениях партизанских частей после входа в Загреб: «По приказу и в присутствии оперативников ОЗНА врывались в богатые семейные виллы и в частые квартиры в хороших районах города, насиловали женщин всех возрастов, отводили на «ликвидацию» состоятельные семью целиком, включая детей и сразу же после этого «обеспечивали» переезд на освободившуюся жилищную площадь представителей новой власти.
Кроме того, заходили в квартиры т. н. «врагов народа», ритуально, на глазах всей семьи, насиловали женщин всех возрастов, потом грабили квартиры, унося золото и предметы искусства и забирали с собой «врагов», которых конвоировали во временные тюрьмы, имевшиеся у VI дивизии из Лики в пригороде Грачани на севере Загреба.
Когда хорошие знатоки лесов и полян на склонах горы Медведницы находили подходящие места для убийств, активно участвовали в массовых казнях а после совершения преступлений насильно приводили местное сельское население, чтобы оно собирало и прятало тела жертв. Всеми казнями в северной части Загреба, согласно показаниям большого числа очевидцев и самих палачей, руководил штаб отряда экзекуторов VI. дивизии из Лики. Штаб находился в селе Грачани в двух реквизированных домах, семей Радич и Бешич. Большой подвал в доме семьи Бешичей служил в качестве комнаты пыток для арестованных и полигоном для серийного изнасилования девочек-подростков и взрослых женщин. Сараи и амбары в окрестностях служили временными тюрьмами.
«Лайбек милиционеры» и солдаты VI. дивизии время от времени выносили из подвала ведра с человеческими органами и обливая их содержимое бензином, сжигали во дворе. Очевидцы утверждают, что в этом подвале после всех сексуальных оргий и убийств крови было по лодыжку. Преступники, после «ликвидации» очередной партии арестованных, «расслаблялись» пением и танцами партизанского коло на «штабном дворе». В пытках и убийствах жертв участвовало и значительное число партизанок.

Некоторых взрослых девочек и молодых женщин оставляли на некоторое время в живых, чтобы использовать в импровизированном «грачанском борделе VI дивизии» для оказания сексуальных услуг партизанским офицерам, которые для этой цели приезжали из Загреба на своих джипах. Некоторые из этих несчастных девочек и женщин сумели через грачанских крестьян передать на волю записки с посланием своим семьям или друзьям. В вышеупомянутом «борделе» после многократного изнасилования и неописуемых пыток, свою жизнь окончила красивая и гордая Грозда Будак.»

Справка: «Лайбек милиция» - специальное подразделение палачей, на совести которых 1/5 часть всех жертв, которые были убиты в Загребе коммунистами с мая до августа 1945 года. Эти преступники, известные под названием лайбек-милиционеры, носили коричневые штаны, белые гимнастерки, красочные жилеты, взятые как элемент национальной одежды, ковбойские шарфы а на голове шайкачи с красной звездой. Были вооружены автоматами, пистолетами, остро заточенными ножами и гранатами. Единица служила для террора и убийства местного населения, ее численный состав точно не установлен, но предположительно она насчитывала 300 человек. Подразделение было составлено из добровольцев, чья роль заключалась в расправе над «врагами» и им «сочувствующими». Подразделение основал т. н. «народный герой» и министр полиции, известный Иван Краячич по прозвищу Стево. Дизайнером формы был начальник ОЗНЫ города Загреба и «народный герой» и убийца Марьян Цветкович, а оперативно упомянутая единица подчинялась специальному отряду палачей, составленному из добровольцев VI дивизии (Лика).

Убийцы хорватов из подразделения "Лайбек милиции". Милиционеры были размещены как в общественных, так и во временно конфискованных частных зданиях в районах Загреба Шестине, Грачани, Микуличи и на улице Маркушевечка Трнава. "Трудились" палачи строго по графику - 24 часа на убийства, 24 часа на отдых. В августе 1945 года подразделение лайбек-милиционеров после убийства коммунистами свыше 10 тысяч людей в Загребе и его окрестностях было расформировано.

 
Источник: Стальной Пакт

Аркан о России

Отрывки из интервью 1999 года почитаемого сербофилами Желько Ражнатовича "Аркана" европейским журналистам. Русский перевод был размещен на просербском ресурсе Nationalism. org - сейчас сайт не существует, поэтому выкладываем принт-скрины страницы, чтобы не было подозрений в фэйке. Самое интересное подчеркнуто красным. Для тех, кто не желает утруждать себя чтением ритуальной антизападной риторики, вот те самые слова Аркана:
— Что вы думаете о миссии Примакова?
— Нет никакой миссии. Это не русская страна. Я против России, потому что я не люблю коммунистов. "Когда никто не помогает тебе, заключаешь дело с дьяволом." Лично я не желаю заключать дела с дьяволом, даже с русским дьяволом. Я считаю, что Примаков собирается продать нас за западные деньги. Я не верю ему и считаю, что бессмысленно ждать от него помощи. В истории Югославии русские никогда не помогали нам, даже во Вторую мировую.

Источник - Вконтакте

Почему множество сербов в 1918-1919 поддержали большевиков, а не белых, хотя те якобы "защищали православную Сербию"?

Братушка  Олеко Дундич - герой красных

1-й Сербский советский революционный отряд во главе с Д. Сердичем, объединился с другими сербскими отрядами. Кроме того, Д. Сердич получил еще пополнение — 100 добровольцев, прибывших из Саратова. Объединенный отряд —'1-й Сербский советский революционный батальон — участвовал совместно с другими частями Красной Армии во многих боях. Здесь нее, на Царицынском участке, 1 марта командир батальона Д. Сердич был принят в члены Югославянской группы РКП (б) 91. 23 мая батальон Д. Сердича был направлен на один из ответственных участков царицынской обороны. Проводы батальона на фронт происходили в торжественной обстановке. С речами выступили председатель Царицынского Совета Я. Ерман, от имени Югославянской коммунистической группы РКП (б)— Л. Вукичевич. Уже 24 мая батальон вступил в бой с белыми между станциями Иловля и Лог.

Среди сербов-красноармейцев было немало героев. В царицынской газете «Солдат революции» была напечатана корреспонденция «Смерть революционеров иа посту» . В ней говорилось, что 8 августа при отступлении от станции Лог красноармеец il-го Сербского советского революционного батальона Жорж Гуцич, будучи ранен в ноги осколками снаряда и не желая сдаваться в плен врагу, взорвал под собой гранату и героически погиб 

Успешное участие югославянских отрядов в борьбе с белогвардейцами побудило ЦК Югославянской коммунистической группы РКП (б) сформировать специальную югославянскую часть, которая должна была стать костяком всех югославянских

1-й Югославянский коммунистический полк, однако, как самостоятельная войсковая единица действовал довольно непродолжительное время. В ноябре 1918 г. командование армии решило все кавалерийские отряды влить в 3-й Крымский кавалерийский полк.

Когда над первым в мире социалистическим государством нависла смертельная опасность, югославянские коммунисты обратились к своим землякам с призывом вступать в Красную Армию. В воззвании окружной секции по формированию югославянских войск в Самаре, возглавлявшейся Э. Чоппом и С. Ратковым, говорилось: «Не простит нам история, если мы, югославянские рабочие, крестьяне и солдаты, в этот критический момент оставим наших русских товарищей одинокими в этой тяжелой борьбе с чужими и своими угнетателями» . Воззвание указывало единственно правильный, понятный каждому честному человеку путь: «Долг наш идти вместе с российским пролетариатом на борьбу с кликой капиталистов и помещиков. Все мы должны, как один человек, вступить в ряды красных борцов против капиталистических и буржуазных банд»

В Красной Армии сражались и женщяны-югославянки. Нельзя не назвать медицинскую сестру Елизавету Беркович (Перкович) . Хоразатка из Боснии, она героически сражалась за дело революции на фронтах гражданской войны.

В легендарной 1-й Конной армии, помимо Б. Агатоновича, бились с врагами Советской власти и многие другие югославяне. Навеки вписано в историю славное имя одного из героев гражданской войны — серба Олеко Дундича. Подвиги Олеко Дундича были отмечены боевой наградой Советской республики. В приказе Реввоенсовета от 28 февраля 1920 г. о награждении О. Дундича орденом Красного Знамени отмечалось, что он непрерывно участвовал в боях и, несмотря на неоднократные ранения, «... своим примером постоянно воодушевлял красноармейцев, являя собою образец идейного борца за интересы Революции. ..»

Ратко Младич: "Я в***у твою мать!" (Цитаты великих сербов)

[Потомственный коммунист] Ратко Младич признан виновным в военных преступлениях и геноциде на трибунале ООН. Этот бывший  главнокомандующий боснийских сербов приговорен к пожизненному через 20 лет после резни в Сребренице.


Бывший командир боснийских сербов Ратко Младич, получивший прозвище «мясник Боснии», был приговорен к пожизненному заключению после того, как был осужден за геноцид, военные преступления и преступления против человечности.

Более 20 лет после резни в Сребренице Младич был признан виновным на международном уголовном трибунале Организации Объединенных Наций по бывшей Югославии (МТБЮ) в Гааге за 10 преступлений, связанных с истреблением, убийством и преследованием гражданского населения.

Когда он вошел в зал суда, Младич широко улыбнулся и поднял пальцы на камеры - жест, который разгневал родственников жертв. Его воодушевление быстро сменилось на отрешенность, когда началось оглашение вердикта: Младич играл пальцами и иногда кивал, глядя изначально расслабленным.

Оглашение приговора было прервано более чем на полчаса, когда он попросил судей о перерыве на принятие душа. После того, как он вернулся, адвокаты попросили прекратить или сократить производство из-за его высокого кровяного давления. Судьи отказали в просьбе. Тогда Младич встал, крича «все это ложь» и «Я оттрахаю твою мать». Его принудительно вывели из зала суда. Приговоры были прочитаны в его отсутствие.

Читайте полный текст в TheGuardian... 

Знаете ли Вы, что у четников и партизан-коммунистов была общая штабквартира в 1941 году?

Партизаны и коммунисты, начиная с начала войны в 1941 году, тесно сотрудничали с четниками, это факт тщательно замалчивался в послевоенной Югославии, он представлял секрет с идеологической и исторической точек зрения. За этим сотрудничеством последовала гибель тысяч невинных людей, убитых сербами в Лике, через Дрвар, и до берегов реки Дрины, где была граница между Независимым Государством Хорватия  (НГХ) и Сербией, и где было наиболее тсное сотрудничество сербских четников и партизан.Позже Тито и Дража Михайлович лично встретились и договорились о более интенсивном сотрудничестве между партизанами и четниками. Это было в деревне Браджичи, Сербия, в конце октября, о которой мы вскоре напишем. На протяжении Второй Мировой было очень тесное сотрудничество между ЮНА Тито, созданным им партизанским движением, и четническими последователями Дражи Михайловича. Так же, в качестве  другого факта, просто вспомните ужасные фотографии солдат ЮНА и четников в 1990е, где они совместно идут к уничтоженному Вуковару с песней «у нас будет мясо, мы захватим хорватов», начав ужасную резню хорватов в бедственном городе.

1 октября 1941 года четникеский князь Джездимир Дангич, военный преступник, виновный в гибели тысяч хорватов и мусульман, вместе с Сергием Михайловичем и Пером Джукановичем со стороны четников подписали соглашение о сотрудничестве с партизанскими отрядами и создание совместного четника-партизанскогоштаба  с целью " защиты сербского населения Восточной Боснии". Реальной целью была общая борьба с недавно созданным НГХ. Со стороны партизан соглашение подписали Родолюб Чолакович, Слободанский Принцип и Светозар Вукманович, все известные партизанские и коммунистические лидеры и народные герои.

В то время отряды Дандгича занимали район на реке Дрина и окрестностях: Братунаце, Сребренице, Власенице, Рогатице, Олово, Фоке, Горажде и Чайнице, где позиции НГХ были уязвимы. В этот раз четники совершили беспрецедентную резню над боснийским населением, тысячи людей были убиты, а оставшихся в живых выгнали из своих домов. 1 декабря 1941 года итальянцы заставили Усташей в Фоку покинуть город, а с 5 декабря после того, как те вышли из города, четники Дангича убили 8 000 мирных жителей до 21 декабря, в том числе знаменитых монахинь, известных как Дринские мученицы.

Современники писали, что «река Дрина текла кровью».

В апреле 1942 года Дангич отправился в Белград для переговоров с Миланом Недичем. Он искал материальную помощь своим четникам в НГХ и в свою очередь предложил присоединить 17 районам НГХ, находящихся под его контролем, к государству Сербия. По возвращении в Боснию, он остановился в Вальево, где призвал к всеобщему восстанию против Хорватии и ее властей. Когда он вернулся, там проводилась большая усташско-германская военная операцией, и его подразделения сильно пострадали от Черного легиона. Усташские подразделения вышли на реку Дрина и обеспечили охрану границы НГХ с Сербией.

Сотрудничество между четырьмя партизанами и четниками более или менее  интенсивно продолжалось на протяжении всей войны на территории Хорватии и особенно усилилось в 1944 году, когда четникам открыто предложили перейти на партизанскую сторону.

Источник 

Титовские лагеря для пыток и похищения детей

Кем были дети с Петричкова  холма, небольшой возвышенности редом с Целье? Они были детьми жестоко убитых титовскими партизанами и сброшенных в яму как "оккупантов и домашних предателей", а их самих забрали на Петричков  холм, где они подвергались коммунистическим издевательсвам, пыткам, побоям и насилию. Множество детей было заперто в трудовых лагерях.

Тито основал этот лагерь по образцу коммунистического Советского Союза, где детей уводили из школ на стажировки, которые на самом деле были настоящими лагерями, где детей избивали, пытали и иногда убивали. Они подвергались «промыванию мозгов», отказу от прошлого, систематическим пыткам и притеснениям, чтобы стать «сербской» молодежью. Нечто подобное происходило и в других коммунистических государствах, где промывание мозгов детям рассматривалась как неотъемлемая стадия коммунизма.


Детей воспитывали в духе коммунистической идеологии и насильственной классовой борьбы, затем они получали приемных родителей, новые имена, новые семьи и новую личность, говорится в списке Ютарнджи.

У них забрали имя, историю, и воспоминания... Это дети, которым коммунисты не разрешили даже быть скамими собой, им пришлось отказаться от своей идентичности.

 
===============

Не так давно, в Словении вышел документальный фильм "Сироты в Петричке", снятый в Загребе, шокировавший словенскую публику.
 
 


 В  отличие  от детей, которых убили вместе с матерями  и сбросили в ямы по всей Словении (к примеру огромное захоронение Crnogrob около Любляны), эти дети выжили  и были  обязаны идти в  "школу  революции" на Петричковом холме. В начале там содержалось около 70 детей, чьих родителей убили как "оккупантов и внутренних предателей".

Документальный фильм выполнен в виде интервью с дюжиной "детей Петрички" и основан на книге автора Ивана Отто, одного из двух несчастных хорватских детей, жертв партизанского террора. Фильм получил главный приз в жанре документалистики на фестивале Portorož Festival.
 
Большинство из детей были рождены  от родителей, сражавшихся на стороне  Словенских домобранов и Белогвардейцев, но попавших в лапы  титовских кровопийц  и окончивших свои дни в ямах, заклейменные "предателями и оккупантами".  Некоторые из детей были немцами из Хорватии, Срема, Бачки и Баната. Их родители  были убиты, и сброшены в ямы, поверх которых устраивали мусорные свалки.

 Дети были подвергнуты глубокой коммунистической обработке и идеологическому промыванию мозгов,  затем получили приемные семьи, новые имена, новые личности и новые семьи. Старшей девушке в лагере было 18 лет, самому старшему мальчику Гюнтеру Шлемеру было 14 лет, а младшему ребенку в этой тюрьме всего полтора года. В течение 45 лет этим детям под страхом смерти приходилось молчать о югославском «коммунистическом рае», и в первый раз они вышли к публике в 1993 году, когда группа бывших бывших детей, попавших в лагерь, объявила в Мариборе объявление в газете и призывает детей поговорить с Петричем. Один из «выживших», живущий в Загребе  хорват с немецкой фамилией Ивана Отто, затем опубликует книгу, в которой режиссеру Зупаничу был назначен фильм. Семья Отто переехала из Загреба в Любляну в 1939 году, а его самые близкие люди были убиты партизанами

Во вступлении к фильму Отт рассказывает об обстоятельствах жизни в лагере Техарьево. Там он рассказывает о гнусном обращении с интернированным, чьи охранники иногда переламывали пальцы ради кольцам, выкалывали золотые зубы, заставляли падать перед ними, так как они были «предателями». Настоящая тема фильма Зупанича - это период, когда детей забирают у родителей и интернируют в Петрике. В Петриче главным педагогом была молодая девушка, которая не называлась в фильме, но ее дети назывались «Черная вдова».

Одетая  в черное, молодая и жестокая мучительница детей, «черная вдова» била детей с кнутом и веревкой, угнетала их, отбирала  у них фотографии и воспоминания о прошлом. Задержанные были уязвимы перед ненавистью со стороны окружающего населения, ненавидящего «оккупантов и предателей», и особенно их дети. 
На месте  этого лагеря на холме Петрички в течение последующих десятилетий будет сделан сад, в котором коммунистические правители будут устраивать пышные банкеты и веселые сборы. Особенно впечатляют фотографии коммунистов в кафе и туристов, которые спокойно обедают и пьют пиво на месте бывшего лагеря. Сегодня здание опустошено, а на месте соседнего лагеря Техарье - построили монументальный комплекс. 

Источник:

http://croative.net/dokumentarni-film-strasno-titovi-logori-za-mucenje-preodgoj-djece/

Кочевски Рог: как убивали хорватов

Материалы взяты из блога nibelungen74.livejournal.com,  читайте там полную версию, а так же многие другие статьи.

Кочевски Рог это местность расположенная в скалистых горах недалеко от города Кочевье в южной Словении. Многие века населением этих мест были немцы, которых после Второй мировой войны изгнали или частично убили коммунисты. С тех пор Рог практически необитаем. С 1942 года в Кочевском Роге был расположен штаб словенских партизан-коммунистов известный по названием База 20, сегодня это памятник истории и туристическая достопримечательность Словении.

Блейбург
После Майской катастрофы 1945 года и краха Независимой Державы Хорватии (Н.Д.Х.) сотни тысяч военнослужащих хорватской армии и гражданских беженцев-хорватов устремились к австрийской границе навстречу британской армии, чтобы избежать коммунистического плена и найти у англичан защиту от юго-коммунистических партизан Тито и амнистированных им к тому времени сербских четников. Конечной точкой на этом маршруте для хорватов стал австрийский городок Блейбург в Каринтии. По пятам за хорватами следовали красные партизаны Тито.

Тито при поддержке Сталина стал шантажировать западных союзников [...]  Так начался Крестный путь хорватского народа.

Хорватия будет освобождена [только] в 1991 году, когда хорватские патриоты-добровольцы начнут изгонять солдат т.н. Югославской народной армии с территории Республики Хорватии.

Точное число отступивших в Австрию из Хорватии людей доподлинно неизвестно, но крайне максимальные оценки хорватских историков говорят о 360.000 военных и о 500.000 гражданских лиц. У хорватов теплилась надежда на то, что западные союзники не выдадут их на верную смерть коммунистам а с военнопленными поступят так, как это предписывалось международными нормами Женевской Конвенции. Однако эти надежды оказались тщетны. Англичане хитростью разоружили хорватскую армию, обещая справедливое отношение к военнопленным и то, что женщины и дети будут немедленно отпущены по домам. После этого в нарушение всех норм международного права началась передача военнопленных хорватов и хорватских гражданских беженцев силам коммунистического вождя Иосипа Броза Тито. Через несколько дней также вероломно англичане поступят и с 80.000 казаков и членов их семей в австрийских Лиенце и Юденбурге выдав их на расправу Сталину, но в Блейбурге масштаб трагедии в несколько раз превосходил то, что произошло с нашими казаками.

Блейбург стал для хорватов символом и метафорой всех хорватских страданий от коммунистических победителей в 1945 году, несмотря на то, что лишь небольшое число солдат и гражданских было убито на самом Блейбургском поле или в его окрестностях. Основная резня хорватов после их выдачи англичанами в Блейбурге 15 мая 1945 года началась на Крестном пути, когда их повели "маршами смерти" по территории Югославии, осуществляя массовые убийства в сотнях различных мест, крупнейшими из которых стали хорватские могилы под Марибором и Целе в Словении,в окрестностях Крапины, Самобора, Карловаца, Сисака и Бьеловара в Хорватии. Эти массовые убийства коммунистами хорватов продолжались вплоть до конца 1945 года.

 Одним из самых масштабных преступлений коммунистов Тито стало массовое убийство на Кочевском Роге. Здесь окончили свою жизнь около 40.000 хорватов, 5.000 словенцев и людей других национальностей, среди которых согласно историку, американскому сербу Боривойе Карапанджичу была и 1.000 русских белогвардейцев. Этих людей первоначально доставили из Блейбурга через словенский Есенице в лагерь Шентвид у Любляны. Там их отсортировали по национальностям в специальные категории, попадание в категории B и C означало для несчастных смерть. После сортировки людей поездами перевозили в Кочевье а оттуда доставляли в глухое лесное урочище под названием Кочевски Рог.
Геноцид без наказания

То, что происходило с 28 мая до 9 июня 1945 года в глуши Кочевского Рога тяжело сравнить с чем либо еще подобным в истории, включая худшие эпизоды в советских и северокорейских лагерях. Оргия сатанинских убийств, доходящих до каннибализма длилась 12 дней пока все несчастные жертвы не были перебиты. В те дни абсолютное, вселенское зло поселилось на красивых и до того мирных и не видевших ничего подобного в своей истории склонах Словении. Это зло стало результатом "разведения ненависти", которым несколько лет в течение войны занимались коммунистические комиссары в ротах и батальонах "народной армии" Тито, что и дало такие чудовищные плоды, которые без сомнения войдут в антологию полного коллективного затмения человеческого разума.

Тито принял решение убить 200.000 "бандитов"
Все началось 28 мая в Любляне, когда Тито в своей пьяной речи упомянул о 200.000 ликвидированных бандитов, которые на тот момент были еще только взяты в плен и пока живы. Однако именно в тот день и было принято решение ликвидировать хорватов и спрятать их трупы так, чтобы никто их не обнаружил. Планирование осуществлялось на самом высоком государственном уровне и в этом Тито помогали Франц Лескошек Лука, командующий т.н. главным штабом Словении Борис Кидрич и начальник ОЗНЫ (аналог сталинского НКВД) по Словении Иван Мачек Матия. Эта троица отлично знала все пропасти и пещеры Кочевского Рога, так как в войну они в основном в них и скрывались и оставались не обнаруженными все время до окончания войны. После определения места бойни нужно было подобрать исполнителей.

Тито прекрасно знал, кто больше всего ненавидит хорватов и кому можно доверить командование этим позорным и трусливым актом. Этим человеком был майор Симо Дубайич, родом из Кистанья в Буковице, местечка в 25 километрах от Книна и в 40 километрах от Шибеника. Будущие убийцы, наихудший партизанский сброд, который в те дни находился в северной Словении после возвращения из австрийского Клагенфурта были военнослужащими 11-й далматинской бригады 26-й далматинской дивизии.

Военный преступник Симо Дубайич. Один из главных командиров команды палачей в Кочевском Роге. В мае 1945-го ему было 22 года. Сам он всегда отрицал, что лично убивал людей, называя главными экзекуторами Динко Перишу и Перо Божиновича, офицеров 11-далматинской бригады. Однако в коротком интервью для словенского телевидения в 2005 году Симо Дубайич сделал неожиданное признание, сказав что во время казней постоянно пребывал в состоянии алкогольного опьянения, что его и спасло в конечном итоге от помешательства. По словам Дубайича по меньшей мере 10 человек из числа палачей сошли с ума именно из-за того, что во время казней оставались трезвыми. Умер Дубайич в Белграде в 2009 году.

Сколько их было не известно, но судя по их "трудовому вкладу" их должно было быть свыше 100. Вначале эта банда "потренировалась" в окрестностях Любляны убив около 1.000 несчастных пленников, в основном словенцев по-национальности. По ходу дела убийцы хорошо "вооружились" в нескольких местных кузницах молотками, топорами, ножами, клещами для вырывания зубов и ложками для вынимания у своих жертв глаз. С этим снаряжением они прибыли на Кочевски Рог чтобы произвести там главную часть своей патологической оргии пыток и смерти.

На смерть посылали голодных избитых и ограбленных до нитки людей
На Кочевском Роге коммунистами была организована очень четкая "программа смерти". Каждый день два поезда по несколько раз привозили из Любляны в Кочевье до 8.000 человек, которых там встречали голодные до человеческих страданий дикари. Люди к тому моменту уже были полумертвы от голода и жажды. В Кочевье их раздевали до гола и грабили до конца, вырывая у жертв золотые зубы или коронки, снимая с них украшения и отбирая все, что имело хоть какую-то ценность.

Если перстень не могли снять с пальца, отрезали весь палец, а если жертва оказывала сопротивление вырыванию зубов, ей выбивали всю челюсть прикладом, топором или молотком. Одежду жертв поездами отправляли назад в Любляну а драгоценности "товарищи" забирали себе, часто вступая из-за них в конфликты между собой. "Сильнейшим" в этом деле оказался комиссар Любо Барбарич с Хвара, который сумел награбить 5-6 килограмм золотых украшений.

После ограбления жертв связывали проволокой по двое или по трое и доставляли к месту убийства. Целью Тито было убить как можно больше хорватов за короткое время и замести следы своего преступления. Он отдал только лишь "распоряжение" о том, чтобы убийства были быстрыми. Методы и способы, которыми это будет произведено его не интересовали. Это уже было в компетенции палачей. И они, несмотря на то, что знали о том, что акцент следует делать на быстроте убийств, не удержались от того, чтобы удовлетворить все самые больные инстинкты из тех, которые только знает бездна человеческого безумия. Методы пыток были таковы, что способны вызвать тошноту и недоверие у нормального человека. Однако о них рассказывали в конце жизни сами палачи, почувствовавшие необходимость перед смертью излить то, что много лет лежало у них на совести.

Убивали с рассвета до темноты
Один из покаявшихся палачей, Юре, утверждает, что резня длилась 12 дней со вторника 29 мая до субботы 9 июня 1945 года. "Ликвидации" проводились сменами по 24 часа, затем палачи 24 часа отдыхали, отсыпаясь в палатах партизанской больницы, при этом им строжайше были запрещены любые контакты с местным населением. Убийства продолжались с рассвета до полной темноты, с 4 до 22 часов. Во время одной из таких 24-часовых смен группа Юре успела перебить и сбросить в ямы около 1.500 человек.

Жертвы на место казни были доставлены и убиты без выяснения личности, без переклички и без каких-либо письменных следов. Не записывались ни общее число убитых, ни их возраст и пол. Ни один человек из казненных на Кочевском Роге не был перед смертью выслушан, не был осужден на смерть хоть каким-то судом, пусть даже таким скорым как партизанский. Юре оценил число людей перебитых его группой в примерно 11.000. Из них кроме 800 словенцев все остальные были хорватами.

В своей книге "От Кистанья до Кочевского Рога, жизнь, грех и покаяние" Симо Дубайич утверждал, что в Кочевском Роге был "ликвидирован Павеличев здруг" (то есть личные телохранители Поглавника Хорватии Анте Павелича) из примерно 30.000 человек. Это была откровенная глупость, так как здруг мог насчитывать самое большое несколько сот человек а чаще всего в нем их было менее 100. В этом "здруге" оказались и несовершеннолетние, а также многочисленные женщины, дети и даже целые семьи, хотя Дубайич утверждает, что гражданских якобы не было уже в поездах от Блейбурга в Словению. Самой резней командовал именно Симо Дубайич, хотя он утверждал, что непосредственным командиром был хорват из Шибеника Любо Периша, своими руками убивший около 3.000 несчастных и занявший в итоге второе место по числу убитых им собственноручно "бандитов". Позднее в Новом Саде (Сербия) Любо Периша убьет своего сына, жену, ранит второго сына и в конце сведет счеты с жизнью сам.

Дубайич также будет утверждать, что сам лично не убивал а пребывал во все время убийств на своем командном пункте в Кочевье, где принимал доклады от своих мясников. Это такая же очевидная ложь с его стороны, как и его заявление от том, что среди жертв не было гражданских лиц. Кочевье находилось от места казни на расстоянии 20 километров и было нереальным, чтобы убийцы ходили к Симе для доклада туда и обратно по ночам и по труднодоступной местности. Дубайич очевидно врал с целью скрыть то, что он сам трудился в поте лица на месте убийств. Хотя он же в своей книге и утверждает, что в том, чтобы "перебить "усташей" нет ничего плохого и что за это не нужно каяться". Зато свидетель и участник резни Юре оказался более словоохотлив и откровенен и рассказал, что лично видел как хорватских пленников резали обоюдоострым кинжалом под названием кама. При этом убийцы облизывали кровь своих жертв с ножей и в этом не было ничего особенного, так делали все "товарищи" а также и их "боевые подруги". Правда заключается в том, что Симо убил людей не намного меньше чем другие главные палачи, хотя его "вклад" и не перевалил цифру в 2.000 убитых. Из-за спешки, которую инициировал Тито, большинство жертв было убито очередями из пулемета, добито контрольным выстрелом в голову, после чего люди либо сами падали, либо их сталкивали в яму. Часть людей казнили на самом краю пропасти одиночными выстрелами в голову с близкого расстояния, что вызывало попадание брызгов мозга, крови и фрагментов костей черепа на одежду убийц.

Множество людей в ямах были еще живы и тогда убийцы бросали вслед им ручные гранаты. Некоторые гранаты попавшие прямо в людей вызывали то, что через отверстие из ямы наружу вылетали фрагменты человеческих тел и попадали прямо на людей. Вопреки всему этому многие люди в ямах оставались живы и из бездны доносились раздирающие душу крики о помощи и просьбы их прикончить. Легко раненые пытались самостоятельно выбраться из ямы и их приходилось, как утверждал Юре, "убивать по нескольку раз". Но все это являлось еще относительно "мягкой" частью всего ужаса. Палачи не могли удержаться от больного наслаждения пыток и мучений своих жертв.

Почти все девочки и женщины перед убийством были изнасилованы. Изнасилования были открытыми, групповыми и очень жестокими. Женщин принуждали к оральному сексу и мочились им в рот. Юре свидетельствует, что видел на Кочевском Роге и изнасилования мальчиков и взрослых мужчин, которых так же принуждали к оральному сексу. Это совершала группа мясников во главе с командиром Симо, которого позднее сменила комиссарша Миля. Некоторые кровопийцы после изнасилований резали горло свои жертвам и пили теплую кровь или облизывали окровавленные ножи. Но верхом каннибализма стало поедание свежего подсоленного человеческого мозга с кончика ножа.

Тито

Комиссарша Миля и ее "специализация" - кастрации, извлечение сердца

Из многих источников известна особая жестокость партизанских "боевых подруг". Но ни одна из них никогда не смогла превзойти в жестокости комиссаршу, которую звали "Миля". Эта комиссарша в тогдашней партизанской иерархии стояла выше и являлась командиром даже и для Симы Дубайича. "Миля" была настоящим инструктором профессионального убийства для своих менее искушенных "товарищей". Она учила их "правильно" кастрировать свою жертву, чтобы та умерла от кровоизлияния в страшных мучениях.

партизанки:





С помощью кастрирования Миля убила больше сотни хорватских юношей школьного возраста из каких-то интернатов и подобных учреждений и при этом ритуально слизывала их кровь с ножа. Она посыпала солью их ампутационные раны и наслаждалась их мучениями. После множества садистских убийств она полностью потеряла человеческий облик и напоминала Сатану. Вся ее одежда была пропитана кровью, а в ее волосах застряли кусочки костей черепа ее жертв. Она обучала "товарищей" "правильно" перерезать горло несчастным, так, чтобы нож проходил исключительно через мягкие ткани жертвы и не тупился от затрагивания позвоночника. Она обучала одним движением перерезать сонную артерию с обеих сторон шеи, одновременно при этом перерезая и горло, что лично продемонстрировала нескольким своим добровольным мясникам. Ее собственным изобретением было т.н. "соленое усташское сердце", это когда еще живому человеку вскрывали грудную клетку и извлекали его сердце. Несчастные жертвы при этом, по свидетельствам очевидцев, ревели так, что ни одна свинья не сможет реветь громче. Другой "специализацией" Мили было забивать гвозди в голову живым людям. При этом она неизменно спрашивала у уже полумертвых от болевого шока жертв: "сумела ли я выбить из твоей головы Независимое Государство Хорватию?" По приказам комиссарши партизанские мясники целыми группами рубили, рвали и резали молодых мужчин, которых она отбирала лично.

Партизанские "боевые подруги" не отставали в изуверстве от мужчин
Партизанки под руководством комиссарши "Мили" садистски пытали мужчин, но еще более свирепствовали по отношению к женщинам. Они ножами убивали беременных с еще не родившимися детьми, монахинь и верующих женщин, подвергшихся многократному изнасилованию, они перед казнью связанными и голыми заставляли под звуки гармошки танцевать козарское коло и петь: "мы шлюхи, мы бляди и хорватский мусор, мы монахини, самое большое дерьмо на свете".

Юре свидетельствовал, что партизанок не требовалось уговаривать прибегнуть к пыткам. Они добровольно и с незаурядной фантазией мучили своих жертв обеих полов, прижигая им гениталии, заталкивая разнообразные предметы женщинам во влагалище а мужчинам в анальное отверстие.
Тяжело изуродованным жертвам мочились и испражнялись на раны и на лицо. Каждый новый особо зверский поступок по отношению к своей жертве на Кочевском Роге сопровождался взрывом всеобщего поощрения, публичного одобрения и ликованием преступников.

Отдельная группа палачей-живодеров с навыками обвальщиков мяса, которых выделили Симо и Миля сдирали кожу с живых людей. Эти "товарищи" имели привилегированный статус в карательном подразделении, их самих называли "специалисты" а их изуверское занятие "специальной обработкой". Эти "специалисты" подвешивали своих жертв вниз головой на деревянные кресты и не торопясь снимали с них кожу с ног до головы. Крики, которые испускали жертвы, были аналогичны визгу животных. Таким способом, например, был убит священник Михович Лайош, которого распяли на дереве вниз головой. Его изуродовали до неузнаваемости, вставив в рот отрезанные пенис а в пах на место отрезанного пениса, распятие.

Откуда столько ненависти?
Точное число жертв резни в Кочевском Роге как и их национальная, возрастная и половая структура не известны, так как долгое время эта тема была под запретом. Задачей коммунистов было убить в Словении как можно больше хорватов, чтобы позднее они не стали для них помехой в осуществлении их планов. Источники из Сербии упоминают о 13.000 убитых. Сам Симо Дубайич где-то говорил о 23.000, а где-то и о 30.000 жертв. Раскаявшийся Иван Гугич из Велы Луки считал, что убитых было около 40.000.

Аналогичную цифру приводит Франц Преме в книге "Мы тоже умирали за свою страну". Он число убитых оценивает в 41.000. Остается извечный вопрос: почему? Какими методами промывки мозгов можно было достигнуть того, чтобы люди, которые как представляется были ранее нормальными, многие несовершеннолетними или едва лишь достигшими совершеннолетия превратились в безумных сатанинских зверей, которые жаждали только лишь человеческих страданий, крови и смерти? Несомненно, что такие методы имелись у преступника Тито и его команды, но это уже совсем другая тема.

В Кочевском Роге покоится только часть из сотен тысяч убитых коммунистами хорватов, кости которых лежат в более чем 1.500 массовых захоронений по всей территории бывшей Югославии. К большому сожалению нынешние правители Хорватии, которые во многом являются наследниками той самой преступной коммунистической клики, избегают смотреть правде в глаза, а точнее дать объективную оценку преступлениям своих отцов и дедов, так как правда для них весьма болезненна, хотя все равно неизбежна.




Источники:

https://web.archive.org/web/20170801210610/http://nibelungen74.livejournal.com/28149.html

https://web.archive.org/web/20170903084010/http://nibelungen74.livejournal.com/28363.html

Четническая ложь о геноцидной природе Хорватов

Десятилетиями мы слышим ложь как от  леваков, так и от сербских шовинистов-четников, что Хорваты  во Второй Мировой  совершали  неописуемые зверства  над т.н. беззащитным сербским  народом (который, как доказывают генетики, представляет собой смесь хорватов, румын и средневекового населения Черногории, переведенных в Православие и ассимилированных в "сербский народ").

Странно, что все эти пропагандисты  забывают о сербских репрессиях в Королевстве  Югославия. Хорватов бросали в тюрьмы, пытали, убивали, пытались насильственно ассимилировать, уничтожая их культуру и письменность. Многие  Хорваты  в 1918-1941 "исчезли во тьме", и так и не вернулись живыми (в Славонии, Лике, Герцеговине, Среме, Санджаке и т.д.). После этих репрессия доктор Павелич создал организацию Усташей в январе 1929, находясь в эмиграции в Италии.  Между 1929 и 1941 его движение  действовало как патриотическая организация с целью создания независимого государства Хорватии, которое  бы включало в себя  регионы БиГ, Санджак, Срем, Банат, Бачка и Boka Kotorska.

Члены движения провели в 1932 году нападения на оккупационные жандармерии в Брусани около Госпича, а в 1934 году участвовали в подготовке и исполнении убийства короля-диктатора Александра в Марселе.

Когда д-р Анте Павелич вернулся с 700 усташами из эмиграции в Хорватии в апреле 1941 года, Хорватия, Санджак и Босния и Герцеговина находились в состоянии хаоса, возникшего  после распада Югославии, в которой сербы до этого главенствовали в армии, судебных, полицейских, таможенных службах и т.д. Солдаты Королевства Югославия были захвачены немцами, но словенцев и хорватов как союзников немцам вскоре освободили, а сербы оставались в плену.


Независимое государство Хорватия было провозглашено 10 апреля 1941 г. доктором Анте Павеличем, прибывшим всего несколько дней спустя в Загреб. Но пока хорватские усташи и  домобраны брали власть в своей собственной стране, в которой с 1918 по 1941 владычествовали сербы, прошло несколько недель или даже несколько месяцев.

Сербы  же сразу после  объявления о независимости  Хорватии начали разрушение  деревень и  убийства Хорватских католиков  и мусульман. Вновь созданное Хорватское  государство в  те  дни еще даже не функционировало когда  местные "сербы" и остатки разбитой югославской армии начали свое грязное дело.

Одной  из самых ценных книг  эпохи Н.Г.Х. является немецкий  труд, который свидетельствует о разрушениях и зверствах, учиняемых сербскими боевиками.

Книга «Greueltaten und Verwüstungen der Aufrührer im Unabhängigen Staate Kroatien in den ersten Lebensmonaten des kroatischen Nationalstaates» была выпущена по заказу Министерства иностранных дел в 1942 году. Название переводится на хорватский язык как «Зверства и преступления партизан в независимом государстве Хорватии в первые месяцы жизни хорватского национального государства.» 

Среди сербских боевиков были  разные формации:

- четники
- четники-коммунисты
- коммунисты-партизаны

Краткая хронология  преступлений четников, партизан и сербских коммунистов в Независимом  Государстве Хорватия с апреля 1941 по октябрь 1942:

- 13, 14 и 15 Апреля 1941: убийства  Хорватов в районе  Capljina.

- 15 Апреля 1941: Четники убивали  и уничтожали Хорватов в деревнях Ilići and Cim  около Мостара.

- Апрель 1941 и последующие месяцы: изнасилования и убийства  Хорватов  в Gornjem Everniku, Obljaj, Ugarci, Luka, Korito, Stikovo и Vrlike

- С апреля 1941 по 31 декабря 1941: убийства  Хорватских католиков  и мусульман в деревнях Varcar-Vakuf, Draganić, Trnovo, Bistovica.

 - 5 Мая 1941: Четники-коммунисты убивают Хорватскую семью Mravunac в населенном пункте Blagaj.

- 28 Июня 1941: Четники насилуют и убивают Хорватов в  деревне  Avtovac возле Gacko.

 - 9 Июля 1941:  зверства  четников-коммунистов в деревнях Kljenak и Vrieka возле Stolac. 

- 27 Июля, 1941: Убийства  Хорватов в Bosansko Grahovo. [Read More]

-  27 Июля, 1941: Убийства  Хорватов в Drvar. [Read More]

- 1 Августа, 1941: четники-коммунисты  убивают Хорватов  возле Книна.

- 2 Августа, 1941: Четники и коммунисты полностью уничтожают деревню Boričevac. [Read More]

- 7 Августа, 1941: сожжение  Хорватской деревни в окрестностях Trebinje. 

- 9 и 10 Августа 1941: ужасная четническая  бойня в деревнях Krnjeuša и Vrtoča. [Read More]

- 12 Августа, 1941: жестокие  убийства  Хорватов в деревнях Draganić и Pliva.
 - 12 Августа, 1941: нападения  четников  на Хорватский дом в Bosanska Kostajnica.

- 18 Августа, 1941: кровавые побоища в Сребренице и окрестном районе, учиненные четниками-коммунистами

- 21 Августа, 1941:  четники-коммунисты напали  на Хорватские  деревни Močile, Radić Mali, Borojevići, Tadići и Begovići.

- 28 Августа, 1941: четники-коммунисты атакуют  и захватывают деревню Plana и убивают там всех Хорватских домобранов.

- 15 Сертября, 1941: зверства  четников  возле  Глина. 

- 28 Сентября, 1941: четники/коммнисты убивают немецкие семьи в  городке Krčedin.

- 20 Октября, 1941: четники/коммунисты атакуют деревню Polje возле Otočac.

-  29 октября, 1941: резня четниками  хорватских мусльман в деревне Bileće.

- 29 октября, 1941: четники/коммунисты убивают Хорватов в  Trebinje.

- 4 Ноября, 1941: Четники убивают Хорватов в деревнях Praca, Lunje, Sočice and Modrik.

- 13 Ноября, 1941: четники/коммунисты атакуют Хорватских женщин и отрезают им  груди  в  деревне Međuđa.

- 28 Ноября, 1941: полное  уничтожение Хорватской деревни Koraj четниками.

- 9 Декабря, 1941: четники/коммунисты убивают Хорватов в Foca.

- 12 Декабря, 1941: убийство Хорватов в деревне Jezersko.

 - 15 декабря, 1941: убийство католических монахинь в Podrinje. [Read More]

- 31 Декабря, 1941: Кровавая бойня над Хорватами в Foca.

- 31 Декабря, 1941: четники убивают Хорватов в деревне Tuholj около Kladanj.

- 5 января, 1942: уничтожение и сожжение  домов Хорватских католиков  и мусульман в деревнях Isakovci, Radasli, Čolije, Odžak, Halapić, Mlinište, Mladašković and Opačić.

- 16 Января, 1942: убийства четниками в деревнях Ocrkavlje, Rataje, Mrežica and Jabuka.

- 17 Января, 1942: полное уничтожение хорватов в деревне Koritnik.

- 22 Января, 1942: четнические нападения  и убийства возле деревни Glamoča.

- 26 Января, 1942: четники/коммунисты  убивают Хорватов в районе  моста  через Дрину и в Gorazde, а также грабят их дома.

- 2 Февраля, 1942: четники и  коммунисты  ибивают детей в деревне Plošnik около Rogatica.

- 8 Февраля, 1942: коммунистические зверства в районе Čajniča.

- c 15/16 мая 1942 по 10 Июня 1942: сотни убитых и искалеченных Хорватов четниками в Priedor и окружающем районе.

- 25 Марта, 1942: четники и коммунисты совершают массовые убийства в  Bukvica и Golubići.

- 29 Марта, 1942: четники/коммунисты  убивают тысячи Хорватов в Вышеграде.

-  15 Июня, 1942: преступления четников  против  Хорватов  в районе Lubinje.

- 22 Июля, 1942: четники и коммунисты  убивают  около 300 Хорватов в Drvar.

- 29 Августа , 1942:  четническое убийство Хорватов в деревнях Zabiokovlje, Dragljane и Kozica. [Read More]

- 1 Сентября  1942: четники убивают  Хорватов в деревнях Gata, Čišli, Zvečanja и Ostrvi. [Read More]

- Октябрь 1942: четники  и итальянцы  совершают убийства  Хорватов в  Rami.

Четники напали  на хорвата Salka Mimešu и отрезали ему голову.

Священник Якоб Баришич, четники  содрали  кожу с его головы.

Источник