Турецкий лидер Эрдоган получил награду от сербского города

 Местные жители приветствуют президента Турции Реджепа Тайипа Эрдогана во время его визита в Нови-Пазар, Сербия

Сербский город Нови-Пазар наградил президента Турции Реджепа Тайипа Эрдогана титулом почетного гражданина в рамках празднования своего 557-летия.

Городская ассамблея Нови-Пазара, находящегося на юго-западе Сербии, решила присудить президенту Турции Эрдогану титул почетного гражданина на его сессии в пятницу, а также по случаю его 557-летия.

«Эрдоган был награжден специальным заявлением и за вклад в развитие Нови-Пазара», - говорится в заявлении, опубликованном на официальном сайте города после сессии.

Мэр Нови Пазара Нихат Бисевак сказал, что «многочисленные проекты, инвестиции в инфраструктуру и экономику и усилия по сохранению культурного и исторического наследия нашего региона - вот лишь некоторые из причин этого символического жеста».

Источник: balkaninsight.com
 
См. также  Сербское гестапо: Страхинья Янич

Преследования и убийства Хорватов на территории Хорватии с 1903 по 1941 (Часть 2)

Сербская  земельная реформа и колонизация 1918 года
В мире редко случается, чтобы за последние 150 лет одной стране удавалось расширить свою государственную территорию и изгнать все местные народы. Но это было достигнуто Сербией. Интересно отметить, что их успех основан не на их победах на поле боя, а за переговорном столом, достигнут при поддержке их военных союзников.

Сербские  земли, которые охватывали бывшую юрисдикцию Белградского паши, расшириись территориально, включив Косово, часть Санджака и так называемую югославскую Македонию, после Балканских войн 1912 и 1913 годов. Во время первой Балканской войны сербские войска начали совершать преступления геноцида против албанцев, боснийцев и македонцев на этих территориях. Они поджигали целые деревни, убивая мирных жителей самым варварским образом, используя ножи, топоры и тупые деревянные молотки. По жестокости это можно сравнить с преступлениями в Европе во времена Великих Миграций.

Преследование несербских граждан продолжилось после того, как сербы получили власть и прибегли к массовым депортациям, вызвав изменение демографической структуры и сделав возможной колонизацию сербов на конфискованных землях изгнанных. Вышеупомянутое расширение территории Сербии, на которой осуществлялась колонизация, знаменует собой начало практического применения политической программы, определенной в «Начертании» Илии Гарашанина с 1844 года.


Сербская захватническая идеология


Сербская национальная программа, изложенная в «Начертании» 1844 года, требовала воссоздания Империи Душана в XIV веке с определенными изменениями, которые были следствием политических событий середины прошлого века. По сути, «Начертания» стали синонимом большей сербской гегемонии в отношении соседних стран. Эта национальная программа утверждает, что сербы не могут быть удовлетворены своими успехами от Первого и Второго сербских мятежей и что они будут продолжать свою битву за завоевание власти на Балканах. «Начертание» определяет территории, в которых Сербия должна организовывать пропагандистскую и разведывательную деятельность в качестве подготовки к аннексии этих территорий в свое государство. По этой причине программа не была опубликована до 1906 года. Национальная программа предусматривает, что Босния и Герцеговина, Болгария, Черногория, северная Албания, Шриджем, Банат и Бака присоединятся к Сербии. Впервые территории Боснии и Герцеговины и Воеводины, которые не были охвачены Империей Душана, включены в качестве национальной территории Сербии. Позже «Нацертание» должно было стать сербской идеологией для Обреновичей и Караджорджевичских династий, а также всех сербских программ, включая программы Стефана Мольевича и геноцидный план Дражи Михайловича и Меморандум SANU 1986 года.В этом отношении великая сербская гегемонистская политика за последние 150 лет, по сути, не изменилась, поскольку ее основными целями были завоевание территории, проникновение на Запад по реке Дрина, через преследование и уничтожение несербских народов создать Великую Сербию и обеспечить, чтобы «все сербы жили в одном государстве». По этой причине этническая структура была изменена путем колонизации завоеванной территории. Войны велись для того, чтобы привести политику программы в движение, и земельная реформа на завоеванных территориях была проведена для сербской колонизации.

Изменения в земельном законодательстве в 1918 году

 Чтобы лучше понять ситуацию с владением землей до аграрной реформы в 1918 и 1919 годах в Боснии и Герцеговине, где она была наиболее радикально выполнена, мы будем использовать окончательную перепись владения землей и населения в соответствии с религиозной принадлежностью , проведенного в 1910 году в Австро-Венгрии. Согласно этой переписи, боснийские мусульмане владели 91,1%, православные сербы - 6,0%, хорватские католики - 2,6%, другие - 0,3%. После создания Королевства сербов, хорватов и словенцев боснийская нация оказалась в более низком положении, поскольку она приобрела статус религиозного меньшинства, поэтому она потеряла свою политическую и культурную автономию. С первой аграрной реформой 1918 и 1919 годов геноцид против боснийцев был осуществлен путем изъятия имущества только с символическим возмещением, которое никогда не выплачивалось полностью. Многие богатые семьи и землевладельцы стали бездомными в одночасье без каких-либо средств выживания. Некоторые семьи даже потеряли свои фермерские здания и частные участки, отнятые у них. Начался процесс массового обнищания боснийской нации и их исхода в Турцию. Сербским семьям из Боснии и Герцеговины, Хорватской Краины, Сербии и Черногории были предоставлены земли, отобранные у семей боснийцев. Они регистрировались в земельных регистрах как владельцы, и не платили цента за полученные ими собственность. Это была их награда за принадлежность к привилегированной нации. Главная цель состояла в том, чтобы насильственно изменить демографическую структуру, используя сербскую колонизацию, в соответствии с программой «Начертания». То есть Боснию и Герцеговину следует считать сербской землей, которая должна была вступить в Великую Сербию в нужный момент в истории, любой ценой. Степень геноцида против боснийцев можно проиллюстрировать индексами об изменении структуры собственности на землю, которая была отнесена в ходе первой аграрной реформы в 1918 и 1919 годах. У боснийцев отобрали в общей сложности 1175 305 гектаров сельскохозяйственных и лесных земель. 110 922 гектаров земли были отобраны у акционерных корпораций, банков и других учреждений. Таким образом, было изъято в общей сложности 1 286 227 гектаров сельскохозяйственных и лесных угодий. Общая сумма земли, отнятая первой аграрной реформой в 1918 и 1919 годах, была разделена между 245 518 сербскими семьями, среди которых были поселенцы, колонисты, приехавшие в Боснию и Герцеговину и особенно добровольцы фронта Салоники. Если учесть, что в каждой семье в среднем было четыре члена, мы можем заключить, что почти миллион жителей Сербии стали землевладельцами и стали значительно богатыми. Аграрная реформа 1918 и 1919 годов была в первую очередь направлена ​​против членов исламской веры в связи с возрождением идеологии святой Савы «Одна нация, одна религия в одном государстве». Аналогичным  образом была проведена земельная реформа в Македонии, Косово и Метохии, Санджаке и Черногории. Из них было отобрано 231 098 гектаров земли и разделено между 48 267 сербскими семьями. Если мы применим вышеуказанную методологию, чтобы средняя семья имела четырех членов, можно сделать вывод, что почти 200 тысяч членов сербских семей получили землю. Таким образом, проприетарная и этническая структура населения была значительно изменена. Процесс эмиграции граждан с этой территории и иммиграции в Турцию был параллелен колонизации сербских граждан из Черногории, Боснии и Герцеговины, Далмации, Лики, Бании и Кордуна.

На территории Хорватии и Словении аграрная реформа в 1918 и 1919 годах была проведена более умеренно, по сравнению с Боснией. Аграрная реформа проводилась на владельцах крупных имений, и было отнято относительно меньше земли, что, согласно статистическим показателям, составляло 1/4 от общей земли, отнятой в государстве. Это привело к 406 981 га земли, которая была разделена между 316 762 сербскими семьями, которые в основном были колонизиромы из других территорий. Таким образом, почти 1 200 000 членов семьи получили землю и имущество. Аграрная реформа 1918 и 1919 годов фактически осуществлялась повсюду, за исключением Сербии (в пределах бывшей юрисдикции Белградского паши вплоть до 1912 года). Это доказывает, что сербские владельцы крупных земель были привилегированы среди тех, кто находился в Королевстве Сербии, Хорватов и Словенцев. В вышеупомянутом анализе мы видим, что 1924 307 гектаров земли были отобраны у бывших землевладельцев в Королевстве сербов, хорватов и словенцев и разделены между 614, 603 семьями, в первую очередь сербов. Если мы применяем принятую методологию, каждая семья состоит в среднем из четырех членов, мы можем заключить, что примерно 2 450 000 членов семьи получили владение и собственность на землю, не заплатив за нее ничего. С исторической точки зрения аграрная реформа привела к крупнейшей колонизации сербского народа на территории через реку Дрина. Это был политически продуманный план территориальной экспансии Сербии в условиях послевоенной войны. Те, кто больше всего страдал, были боснийскими членами исламской веры, албанцами и македонцами, потому что 3/4 всей земли, конфискованной в аграрной реформе, принадлежали им. 

Исторически, Баня-Лука не был сербским городом 

К концу аграрной реформы 1918 и 1919 годов, когда земля была отнята у боснийцев, на основе дискриминационном законе, применялись террористические методы, такие как печально известный «марш смерти» в 1919 году на боснийцах из Лиевецкого поля в районе Баня-Луки. 50 000 боснийцев проживали на плодородных равнинах Лиджевского поля, из которых более тысячи землевладельцев были убиты сербскими террористами во время «марша смерти», а оставшиеся гражданские жители были изгнаны из своей многовековой родины. Длинная колония жертв шла в многочисленные лагеря в Косово и Санджаке, где они были доставлены в Турцию и поселились в Анатолии. В этот момент боснийцы потеряли свои свойства в муниципалитете Баня-Лука самым жестоким образом, посредством геноцида. Безземельные сербские семьи и добровольцы Салоники, поселились в домах и заняли имущество, принадлежавшее изгнанным боснийцам. Произошли резкие изменения в демографической и проприетарной структуре в Королевстве сербов, хорватов и словенцев. Чтобы проиллюстрировать это, статистические индексы показывают, что до 1878 года ни одна семья Сербии не владела имуществом в Лиджевце-полхе Баня-Лукой. Только после аграрной реформы 1918 и 1919 годов усилилось урегулирование и колонизация сербов в муниципалитете Банджалука. Согласно первой переписи населения в 1879 году в Боснии и Герцеговине во время Австро-Венгерской империи боснийские мусульмане составляли абсолютное большинство в Баня-Луке в соответствии с религиозной принадлежностью и составляли 67,71% населения. С 1895 по 1991 год этот процент постоянно снижался, и сегодня он достигает 19,35%. В 1879 году католические хорваты составляли 10,52% населения. Это число постепенно росло, и в 1931 году они составляли 29,9% населения. Это осталось до 1953 года, когда католические хорваты представляли 28.34% населения. Впоследствии число хорватов в общей численности населения быстро сократилось до 10,97% в 1991 году. Православное население, включая сербов и черногорцев, составляло 19,80% в переписи населения 1879 года. С тех пор их доля увеличилась до 30,53% в 1931 году и продолжали интенсивно увеличиваться до 1948 года, когда этот процент достиг 34,78%. Наконец, в 1991 году этот показатель составил 49,3%. Из предоставленных индексов можно сделать вывод о том, что Баня-Лука исторически не является сербским городом, как утверждает военный преступник Радован Караджич, поскольку сербское население в этом городе начало поселиться там в XIX веке. Быстрый рост сербского населения начался после реализации аграрной реформы 1918 и 1919 годов, когда сербы оккупировали боснийские объекты и после катастрофического землетрясения 1969 года, когда они составляли большинство тех, кто получил работу и вновь построенные резиденции. В дополнение к этому, корпус ЮНА, состоящий из 25 тысяч солдат и 700 офицеров, от лейтенантов до генералов, которые были в основном из Сербии и Черногории, способствовал росту сербского населения. В некотором роде история повторяется. Во время сербской агрессии, с 1992 года по сегодняшний день, сербский агрессор совершил геноцид против хорватов и боснийцев в городе Баня-Лука. Перепись населения 1991 года статистически дает нам информацию о том, что 12 деревень в районе Баня-Лука состояли из этнически чистого большинства хорватов. Однако сербский агрессор изгнал почти всех хорватов, и сербские семьи переехали в свои дома и забрали свои земли. Процесс принудительных изменений в демографической структуре и владении осуществляется систематически с момента создания Королевства сербов, хорватов и словенцев и длится почти 80 лет. Однако до 1992 года сербы не составляли абсолютного большинства населения в Баня-Луке. 

Учитывая, что Баня-Лука исторически является боснийским городом, который в настоящее время занят сербским агрессором, легитимное правительство в Сараево справедливо просит о его демилитаризации и что оно будет передано под контроль Федерации Боснии и Герцеговины, используя мирные средства. По этой причине международное сообщество согласилось с предложением приостановить военную деятельность и путем переговоров, мирного урегулирования статуса города Баня-Лука.

 
Награда за захваченные земли

Д-р Степан Радич, член парламента - Национальной ассамблеи Королевства сербов, хорватов и словенцев, в своих речах и статьях, выступающих против гегемонии, критиковал, среди прочего то, как провобидлась аграрная реформа 1918 и 1919 гг. в которых боснийское имущество было захвачены силой. Из-за этого сербский радикал, Punisa Racic, расстрелял хорватских парламентариев, убив Павла Радича и Джуро Басарицека и ранив Степана Радича, Ивана Пернара и Ивана Гранди. 6 августа 1928 года Степан Радич умер из-за тяжести его травм. После этого было решено, что боснийским мусульманам будет предоставлена ​​компенсация за отчужденные от них свойства, и государство признало, что были «нарушения» в реализации аграрной реформы.
Стоимость земли оценивалась на 60% ниже рыночной, а оплата производилась наличными и облигациями в течение 50 лет, 78,5% остались невыплаченными. Вышеуказанные показатели наглядно иллюстрируют, что изъятое имущество бывших владельцев никогда полностью не оплачивалось и, следовательно, никогда не могло бы стать собственностью сербов и не могло быть справедливо или надлежащим образом предоставлено их потомкам.

РЕЗЮМЕПосле Балканских войн 1912 и 1913 годов национальная программа господства сербского народа «Начертание» начала вступать в силу в колонизации сербского населения на захваченные территории Косово, части Сандзака и так называемую Югославскую Македонию. Этот процесс колонизации сербского населения на другой стороне реки Дрины усилился после Первой мировой войны, когда в 1918 году было создано Королевство сербов, хорватов и словенцев. Аграрная реформа 1918 года была одним из первых юридических действий нового с целью колонизации и изменения демографической и имущественной структуры населения. Это было наиболее решительно применено в Боснии и Герцеговине у боснийских мусульманских землевладельцев, аналогичным образом это совершалось и в отношении мусульманских землевладельцев в остальных частях Королевства сербов, хорватов и словенцев, а также тех, кто проживал в Македонии, Косово и Метохии, Санджаке и Черногории.  Наше представленное обсуждение иллюстрирует, что аграрная реформа повлияла на более крупные земли в Хорватии (Далмация и Славония) Воеводина и Словения, и было распределено между сербскими семьями. В общей сложности аграрная реформа привела к тому, что 1924 307 гектаров земли были отобраны и разделены между 614 603 семьями, в первую очередь сербскими. При этом была завершена первая колонизация сербского населения, благодаря которой демографическая и собственная структура земли в первой Югославии была изменена.


 Источник: https://web.archive.org/web/20070503154827/http://www.freewebs.com/index44/serbianexpansionism.htm

Старый венгерский город Белград

Из истории Белграда :

Византийский и Венгерский контроль над городом 9-11 века н.э.

• 827:  Болгары контролируют  город, в  западных  источниках он зовется Alba Bulgarica.
• Империя Франков временно  аннексирует Taurгnum на современной территории северного Белграда
• 16 Апреля 878: первая известная  запись с упоминанием славянского названия "Белиград"
• 896:  Армия  Венгров атакует город
• 1018:  Византийский император Василь II  завхватывает город у  Болгарской империи, периодические стычки с местными венграми.
• 1072:  Белград снова завоеван Византийской Империей. 
• 1096: город разрушают венгры, но Византия сохраняет над ним контроль

Венгерско-Болгарско-Византийский контроль над городом 11-12 века

• 1096-1189: крестоносцы проходят через город
• 1127:  Венгерский царь Стефан II разрушает Белград и использует его камни  для строительства  крепости Земун
• 1154: Византийский император Мануил I Комнин разрушает Земун и забирает камни обратно, чтобы построить Белград
• 1182: Венгры атакуют и разграбляют город
• 1185: Византия  получает город  с помощью дипломатии,  но Болгарская империя перехватывает контроль над ним.

Сербско-Венгерско-Болгарское управление в 13 веке

• 1202: Венгры  захватывают Белград.
• 1203: Болгары захватывают  Белград.
• 1213: Город отдан Венгрии императором Борилом.
• 1221: Белград  возвращен Болгарии.
• 1246: Город становится частью  Венгрии
• 1284: Венгры  дарят город сербскому  королю Стефану Драгутину, это первый раз когда Белград входит под управление сербов

Венгерский контроль в 14-16 веках

• 1316: Стефан Милютин забирает город  у своего барат силой
• 1319: Венгры выгоняют короля Милютина из города.
  1382:  Войска восставших Хорватских дворян бретьев Иваниша Хрвата и Павао Хорвата захватывают город у Сигизмунда, императора Священной Римской империи
• 1386: Венгрия забирает этот город себе.
  1403: Сигизмунд, император Священной Римской империи дарит город деспоту Стефану  Лазаревичу пожизненною Деспот Стефан заново отстраивает белградскую крепость и провозглашает Белград  столицей Сербского деспотата.
• 19 July 1427: Деспот Стефан умирает. Венгрия забирает город себе у Джурада Бранковича.
• 1440: Османская империя атакует Белград. Город подвергается осаде  и сильному разрушению.
  1456: Осада  Белграда (1456): Султан Мехмет II осаждает Белград, но не смог захватить его.

Османский контроль над городом в 16-19 века

• 1521: Осада Белграда (1521): Султан Сулейман Великолепный  захватывает город.

За семь веков, с 1100  по 1800 гг, Белград контролировался сербами от силы 70 лет, и только когда венгры им  это разрешали.
Благодаря Османской империи, Белград стал столицей  Сербии.

Турецкие националисты перепутали курдов с сербами.

Турецкие националисты ворвались на празднование дня рождения в Вене, приняв его за встречу представителей курдской партии, сообщает The Local.

Антикурдская и антикоммунистическая группа националистов предполагала, что ее бойцы штурмуют заседание федерации ATIGF, занимающейся вопросами курдов, однако выяснилось, что они попали на день рождения в сербской общине.

Турки оказались в замешательстве, когда на их прямой вопрос: "Вы курды?" — сербы ответили отрицательно. Когда недоразумение разъяснилось, турки покинули помещение, но все равно сорвали плакаты в подъезде и подожгли материалы возле лестницы в дом. Сербам удалось быстро потушить огонь, пишет издание.

Экспансия Сербской православной церкви под покровительством турок

В продолжение предыдущей  темы Миф о сербах №2: сербы никогда не подчинялись туркам и всегда поднимали восстания


Одним из наиболее важных последствий османского владычества на Балканах было драмматическое изменение национальной и религиозной структуры балканских стран, особенно в Боснии, Воеводине и Хорватии.Босния была до турецкого завоевания преимущественно католической землей со значительным количеством еретических богумилов - последователей еретической "боснийский церкви", и очень небольшое количество православных сербов было сосредоточенно в основном в восточных и юго-восточных частях  сегодняшней Боснии и Герцоговины (БиГ). Боснийский католиками, так же как и местные еретики были преимущественно хорваты по своему происхождению с некоторыми элементами неизвестных славянских племен (славяне, которые пришли на Балканы в 6-м веке, еще до хорватов и сербов). Вполне возможно, что были какие-то следы иллирийцев, римлян, готов и аварского населения, так же как и мадьяр, но в очень маленьких и незначительных количествах. Но без всяких сомнений, подавляющее большинство дотурецкого боснийского населения были католиками хорватского этнического происхождения с меньшинствами типа сербов, а также православными неславянскими кочевниками Валахами.

Территория современной Воеводина была частью Венгерского королевства и заселена почти полностью  римско-католическими венграми, за исключением восточных частей сегодняшнего Баната, который был этнически смешанным и населен большим количеством ортодоксального валахов (румын сегодня).

Сегодняшняя Хорватия была разделена между венгерско-хорватским королевством и Венецией (прибрежные города, острова и часть хорватского материка вдоль Адриатического побережья). Часть, которая принадлежала хорватско-Венгерского королевства была почти полностью заселена этническими хорватами, за исключением северо-восточной части которого были смешанные хорватами венгерского населения. Прибрежная часть имела в основном венецианское римское городское население (либо со значительным числом хорватов), а сельская местность - хорватское населения в отдаленных районах.

Для всех них характерно, что население было частично этнически смешанно, но религиозно оно было очень однородным, а именно: подавляющее большинство из них были романо-католиками.

Даже в первые 50 или 60 лет после турецкого завоевания боснийского королевства, Босния осталась в основном католическая страна с примерно  55-60% римско-католического населения.

Но всё  изменилось. Ключевым годом стал 1526 и особенно 1527. 

Статус католиков в Османской империи становился хуже, даже в последние годы правления султана Селима I (умер в 1520 году), но когда пришел его преемник султан Сулейман I Великолепный - его военные кампании против венгерско-хорватского королевства стали невыносимыми.

Турки, 1526 год. Тяжелое поражение венгерско-хорватской армии в битве при Мохаче открыло путь для завоевания большей части сегодняшней Венгрии, Румынии и Хорватии, как и северных и северо-западных районов Боснии, которые до сих пор были не в их руках. В последующие 15 лет были многочисленные сражения между турками и христианами, в то время как турки шли к западу и северо-запад.

В этом же году Фердинанд Габсбург объединил венгерско-хорватский королевство со своим собственным, образуя большую и мощную католическую Габсбургскую империю, стал злейшим врагом османов. 

В этой ситуации католическое население Османской империи считалсяэкстремально ненадежным  и  потенциально опасным элементом, который должен был быть нейтрализован или даже устранен любым способом. И террор начался. Католическое население преследовали и терроризировали во всех отношениях. Многие Католики были убиты, целые деревни, поселки, церкви и монастыри были сожжены и разрушены. Османы наложили дискриминационные законы против католиков. Они платили гораздо большие налоги чем мусульмане и православные, имели гораздо более тяжкие трудовые обязанности, во многих районах католическое вероисповедание было  запрещено, и многие священники и монахи были убиты. Католики были вынуждены либо перейти в ислам, либо покинуть свои дома или даже потерять свою жизнь. И многие сделали это. Многие оставили занятые турками части Боснии и Хорватии и отправились в Габсбургскую империю. Другие были подвергнуты исламизации или просто убиты. За пару  десятилетий число католиками резко уменьшилось и число мусульман значительно выросло. Общая численность населения в этих регионах снизилась и многие районы стала безлюднми и пустыми. 

С другой стороны, было никакое из существующих православных государств не представляло   опасность для турок. Бывшая Византийская империя была полностью в руках турок, так же как Сербия, Болгария, Валахия и Трансильвания. Русские только начали формировать свою империю и их влияние на европейскую и  балканскую историческую сцену  было почти нулевым.

В соответствии с этой ситуации совершенно очевидно, что османы предпочитали православных над католиками и стимулировали колонизацию бывших католических земель православными. Они даже стимулировали превращение католиками в Православие, там где они отказались принять ислам, это был легкий способ нейтрализовать католическую элемент и обеспечить их лояльность. В опустошенные части бывших католических городов и поселков османы заселяли исламизированных "бывших христиан", анатолийских турок и албанцев и в сельские районы - бывших Православных Валлахов. Многие части Боснии, Герцеговины, Далмации и Славонии были опустошены и пустыми после того, как католиками ушли или были убиты, и по этой местности Османское правительство поселилило валахов и в меньшем количестве - сербов. Эти и  дргие наемники охраняли турецкие западные границы против христиан. Это те же районы в западной части Боснии и  сельских районах Далмации, которые были заняты во время войны 1991 года-95 сербами и которые образовывали так называемую "Сербскую Краину" и западную часть "Республики Сербской". Это большая часть земли является все еще плохо заселенными сельскими районами без каких-либо крупных городов, кроме Банялука. Многие из жителей до сих пор занимается разведением овец, водя свои стада овец по пустынной местности пустыни, все это еще довольно популярно в этих областях. 

 Одно конкретное событие дало дополнительный импульс Сербской православной церкви. После турецкого завоевания Сербии Сербский национальный патриархат (установленный св. Савой - сербским национальным святым и братом первого сербского короля Стефана Немани) был упразднен и объединен с более старым Охридским архиепископствомв  в 1459 г. Так сербы потеряли свою национальную церковь на следующий почти 100 лет. Но во время правления султана Сулеймана один человек, исламизированный серб из сегодняшней восточной Герцеговины Мехмет-паша Соколович получил должность первого румелийского Беглер-бека (турецкий военный командир в европейской части империи), а затем Великого Визиря Османской империи.  В 1557 году он использовал свое огромное влияние на турецкий суд, способствовал восстановлению патриархата и помог своему кузену Макарию Соколовичу стать патриархом. Печский патриархат вскоре начал распространять свое влияние на всех православных в Сербии, части Македонии, Боснии, Хорватии, Воеводине и Венгрии. С такой мощной поддержкой  турецкой власти патриархат получил юрисдикцию над всеми православными в этой земле. 

Валашские кочевые пастухи, которые присутствовали в Боснии, даже на ранних стадиях боснийского государства становились все более и более многочисленными, приходили вместе с турецкими войсками в качестве наемников или после них, в качестве мародеров. Они поселились в заброшенных католических районах на западных границах турецкой империи. 

Они часто пытались устраивать набеги на другую сторону австро-турецкой границы. Для того, чтобы остановить это набеги Австрийские военные командиры даже нанимали многих из них и расселяли их на австрийские (на самом деле хорватском) территории, так как эта территория также опустела в ходе военных действий. Очень скоро это Валахи с обеих сторон границы, вместе с пришлыми сербами вошли под юрисдикцию сербского патриархата. Так как Османы дали православным священникам много брошенных и разрушенных католических церквей и монастырей, используя их, сербы смогли создать свою церковную инфраструктуру. Используя свое привилегированное положение над католиками они вскоре начали их угнетать. Турецкие законы покровительствовали им так, что им даже удалось перевести некоторых католиков в Православие. Османские законы даже позволяли им собирать церковный налог не только с православных, он и с католиков тоже. И при смешивании валахов (Vlasi) и сербов, которое началось с начала  турецкой  экспансии, иа  также  деятельность сербского духевнства способствовали  процессу  сербификации валахов, который закончился только  в 19-м веке, когда все они приняты сербское национальное определение как свое собственное. Но даже сегодня во многих частях Хорватии и Боснии это "сербы" называются Vlasi, что указывает на их происхождение.

 Такая ситуация  продолжалась следующие 160 лет и завершилась поражением турок под стенами Вены 1683 и австро-турецкой войной 1683-1699. когда Венгрия и Хорватия были освобождены от турок. Особенно после военной кампании австрийского командира Евгена Савойского в 1687, когда он достиг и сжег Сараево, но были вынужден отступить, преследования католиков достигла своего пика. Следуя за отступлением Евгена Савойского и его армии, свыше 100.000 хорватских католиков покинуло Боснию и поселилось в основном в Славонии. Количество католиков в турецких оккупированных землях достигло самой низкой точки, и они были почти исчезли. В их дома турки вновь поселили мусульман и православное  население.
 

 Во время этой же войны, Австрийские войска напали на турок в Сербии и достиг Призрена в сегодняшнем Косово, но  были вынуждены отступить. Вместе с австрийской армией насчитывалось около 70.000 сербов из Косово и Рашки, ушедших от турок на север. Это сербы под руководством Патриарха Сербского Арсения III Черноевича обосновались в Воеводине и частях Венгрии. Это коренным образом изменили этнический структуру провинций Бачка и Срем и большинство сегодняшних сербов в Воеводине являются потомками этих поселенцев.

Из всего этого совершенно очевидно, что Сербская православная церковь не принимала никакого активного участия в борьбе с турками в XIV - XVIII веках, но, даже  наоборот.. Из-за своей политики сотрудничества с османами, Сербской православной церкви удалось начать сербскую экспансию на запад и север. Это расширение, вместе с сербификацией всех несербских православных жителей является основой последующего концепции и проекта «великой Сербии», которая ведет ко многим кровавых войн на Балканах вплоть до событий  1990-х годов.

Сегодня мы имеем ситуацию, что сербы,  хотя они потеряли Косово, и, возможно, могут потерять Санджак - единственные настоящие победители за всю историю турецких завоеваний и войн, в ходе сербской экспансии они получили  гораздо более  ценные территории,  расширили свои этнические и административные границы на местности куда  более лучшие чем отсталые черножопии вроде Косово и Санджак.  Районы, которые до прихода Османов, принадлежали  другим народам и религиям, и в чьем вымирании и бегстве из  этих районов, Сербская церковь играла очень активную роль. После османских завоеваний или прислуживании перед турками, сербы приобрели богатую и плодородную Воеводину и половину Боснии. И если бы Хорватская Армия не смогла бы раздавить их так называемую «Сербскую Краину» сербы бы  захватили  бОльшую часть Хорватии тоже. Эти районы были также надлежащим образом этнически очищены от несербского населения в течение последних нескольких десятилетий, обеспечив тем самым абсолютное большинство для сербов.  До этого там жили хорваты, словенцы, венгры, румыны, немцы и представители других национальностей, жившие до  прихода турок.

Это сотрудничество с османами можно увидеть на следующей карте, где очевидно, что западные границы турецких завоеваний, западные границы Сербского этнического присутствия и границы так называемой "великой Сербии" показывают поразительное сходство. Они почти полностью соответствуют друг другу.

 Османское  завоевание  Балкан:

 Этническая карта бывшей Югославии, сербы отмечены  голубым:

 План так  называемой "Великой Сербии"

 Вывод в том, что сербские шовинисты в своих «имперских» планах захвата других народов и территорий полагаются на турецкое имперское наследие и антикатолическую и антиевропейскую роль Сербской православной церкви, которая была всегда награждалась османами за свою политику сотрудничества с ними или, по крайней мере, не противостоянии интересам Турции.

Источник
 

Трезвая оценка мифу о Косовском поле

Занявшие центр Балканского полуострова сербские племена гораздо позже, чем соседняя Болгария, вышли из состояния предклассового общества и вступили на путь классовой цивилизации и эксплуататорской государственности. Когда Болгария уже громила Византию, а болгарский царь Симеон провозглашал себя императором и претендовал на византийский престол (начало 10 века),  сербы продолжали жить доисторической жизнью. Много столетий разные сербские племена находились под властью то Венгрии, то Болгарии, то Византии, сохраняя при этом обыкновенно значительную автономию.  Самостоятельное сербское государство было провозглашено в 1170 году великим жупаном Стефаном Неманей – в период, когда Византия переживала очевидный кризис (через 15 лет от Византии отделится завоеванная ею в начале 11 века Болгария и будет создано Второе болгарское царство).

Собственно, сам титул основателя династии Неманичей был свидетельством еще сильных в Сербии дофеодальных пережитков. Жупа – это федерация нескольких соседних общин. Жупан – старейшина,  выборный и подконтрольный председатель такой федерации. Разумеется, в эпоху Стефана Немани от выборности и подконтрольности жупанов народу не оставалось и следа, хотя определенная мера подконтрольности князей своему классу феодалов, и их «саборам» (съездам) сохранится на протяжении всей истории средневековой Сербии.

82-летний Стефан Неманя отрекся от власти и ушел в монастырь в 1196 году. Его преемником стал его сын Стефан Первовенчанный, который отказался от архаического и совершенно не отвечающего новым феодальным реалиям титула «великого жупана», и принял титул  князя.  Стефан Первовенчанный боролся за власть со своим братом Вуканом, сблизился с Римом и Венецией и даже в 1217 г. получил от папы королевскую корону (История Югославии, т. I, с. Москва, 1963, с. 90).

После Стефана Первовенчанного у власти чередуются его сыновья, каждый из которых свергает предыдущего –Радослав (1227-1234), Владислав (1234 – 1243) и Урош I (1243 – 1276). Владислав, даром что свергнул своего родного брата, который как-то подозрительно быстро умер через год после своего свержения, находясь в заключении  в монастыре, после своей смерти (а умер он в 1267году – свергнувший его Урош не стал его убивать, но сохранил за ним королевский титул и некоторые земли в южной Сербии) был причислен сербской православной церковью к лику святых.  Урош I правил долго, но был свергнут с престола своим сыном Драгутином. Сам Драгутин, видимо, под давлением бояр, в 1282 году был вынужден отказаться от престола в пользу родного брата Милутина, оставив себе некоторые области в Северной Сербии. При Милутине (1282 – 1321) происходит бурное расширение Сербии (там же, с. 91). Драгутин (ум. в 1317 году) опирался на Венгрию и католиков и фактически создал самостоятельное королевство в Северной Сербии. Милутин, напротив, действовал обыкновенно в союзе с Византией (там же, сс. 91-92)

После смерти Милутина происходит война за власть между Стефаном Дечанским (сын Милутина), его родным братом Константином и сыном Драгутина Владиславом (там же, с. 92).

В этой войне побеждает полуслепой сын Милутина, Стефан Урош Дечанский. Проигравший ему родной брат Константин, как повествует Википедия, после поражения в борьбе за власть, «был схвачен и зверски убит, будучи прибитым железными гвоздями к доске» http://ru.wikipedia.org/wiki/%D0%A1%D1%82%D0%B5%D1%84%D0%B0%D0%BD_%D0%94%D0%B5%D1%87%D0%B0%D0%BD%D1%81%D0%BA%D0%B8%D0%B9

Полуслепым Стефан Дечанский стал не из-за болезни и не из-за несчастного случая. Еще в  1308году он организовал заговор с целью свержения отца, Милутина, но проиграл и был приговорен к ослеплению. Ослепление, однако, было лишь частичным (среди способов этой жестокой кары было вращение раскаленного железа перед глазами, но не вплотную к ним, благодаря чему можно было регулировать меру потери зрения). По другой версии,  «есть мнение, что Стефан Урош на самом деле был ослеплен «условно» — в случае неповиновения наказание было бы приведено в исполнение, однако вплоть до смерти отца Урош носил повязку на глазах в знак смирения» (там же). Как бы там ни было, после смерти отца он заявил, что по воле Божией и при помощи святого Николы Угодника внезапно прозрел, и поэтому может претендовать на власть.

Мы привели столь подобный рассказ о войнах никому не интересных сейчас  сербских феодалов эпохи средевековья, чтобы стало понятно. что практически все сербские кнзья 12-13 веков приходили к власти путем государственных переворотов, были братоубийцами, отцеубийцами и сынооослепителями.  Хотя, как видно, по судьбе Владислава и Драгутина, не всегда свергнутый в результате переворота правитель подвергался истреблению.

При Стефане Дечанском продолжается расширение Сербии. Она сталкивается с соседней православной и славянской Болгарией.  Конфликт Сербии и Болгарии решается посредством войны. 28 июля 1330 г. сербы под командованием сына Стефана.Дечанского Стефана Душана громят болгар под Велбюждой (ныне – Кюстендиль), болгарский царь Михаил Шишман гибнет в бою. После этого, завоевав достаточный авторитет. Стефан Душан производит государственный переворот и убивает отца. Ему в то время – 23 года (История Югославии, т. I, с. 93).

Стефан Дечанский, несчастная жертва своего и чужого властолюбия, ослепленный отцом, убивший брата и убитый сыном, позднее был причислен Сербской православной церковью к лику святых – чего не удостоился его сын, самая крупная и самая страшная фигура из числа сербских средневековых феодальных правителей.

Став властителем Сербии, Стефан Душан продолжил энергичную политику экспансии, направленную прежде всего в сторону юго-востока, на отъем земель от Византии. Эта экспансия облегчается тем, что в 1340-х годах в Византии бушует гражданская война, в которую вмешивается Стефан Душан, поддерживая силы феодальной реакции против бюргерской революции в Салониках. К середине 1340-х годов Душан завоевывает Македонию (без Салоник), Албанию и куски Греции, в конце 1340-х годов – Эпир, Фессалию и Акарнанию. Но его попытки заключить союз с Венецией и вместе с ней завоевать Константинополь не увенчались успехом (История Югославии, т. I, сс. 94 – 95).

Русский историк конца 19 века, Т.Д. Флоринский, посвятивший Душану и его времени отдельное исследование (Т.Д. Флоринский. Южные славяне и Византия во второй четверти 14 века. Вып. 1-2. СПб, 1882) упрекает сербского короля, что тот проводил захват этнически чужих – греческих и албанских земель, забросив и покинув единокровные сербам племена, находившиеся в подчинении (или под угрозой подчинения) католическим Венеции и Венгрии.   Речь идет как о хорватах и боснийцах, так и о части собственно сербов, которые в то время не входили в королевство Душана, а пребывали под властью Венгрии (Белград, например, был тогда под венгерской властью). Но Душан был не современным сербским националистом, а средневековым реальным политиком. Искренне верующий православный, он всю жизнь воевал с православными правителями Византии и стремился, как уже было сказано выше, в союзе с католической Венецией разделить византийское наследие, став самому византийским императором.

Более того. Когда стало понятно, что турки-османы представляют собой серьезную силу, которую лучше иметь в друзьях. чем во врагах, Душан направил в 1351 г. послов  к султану Орхану с предложением выдать дочь Душана за одного из сыновей Орхана. Душан искал союза с турками для борьбы против Византии. Орхан согласился, но византийский правитель Иоанн Кантакузин, враг Душана, испугавшийся перспективы союза двух самых опасных на тот момент врагов Византийской империии, сумел сорвать это дело, уничтожив посланное Орханом к Душану ответное турецкое посольство (Флоринский, Т.Д. Флоринский. Южные славяне и Византия во второй четверти 14 века вып. 2, с. 191 – 193).

В 1346 году Душан короновался как «царь сербов и греков», приняв на себя императорский титул. Но мечту всей своей жизни  – войти как победитель в Царьград, пленивший некогда его детское сердце (именно в Царьград выслал дед Душана Милутин своего полуослепленного сына вместе со своим маленьким внуком), он осуществить так и не смог, внезапно умерев в в декабре 1355 года.

Войны,  непрерывные захватнические войны составляли главное содержание политики Стефана Душана. Эти войны дали Сербии эфемерную государственную мощь и эфемерную национальную славу, но закрепостили народ, подорвали народное благосостояние и сделали неизбежным стремительное обрушение Сербии с высот завоеванного государственного могущества. Повторилась история завоеваний царя Симеона на пике могущества Первого Болгарского Царства. Симеон тоже вел победоносные войны против Византии с целью овладеть константинопольским престолом – и его войны тоже перенапрягли силы народа, и сделали неизбежным крах Первого Болгарского царства. В обеих случаях национальное и государственное могущество было куплено народными лишениями и народным горем, а потому оказалось скоропреходящим…

«Еще во второй половине 12 века современники описывали Сербию, как труднодоступную, покрытую лесами страну, населенную воинственными пастухами. В 13 веке экономический облик страны стал быстро меняться» (История Югославии, т. I, с. 89). Менялся он в сторону развитого феодализма.

Средневековая Сербия была (Капитан Очевидность!)  феодальной страной. Крупнейшим феодальным собственником в ней выступала, – тоже Капитан Очевидность! – православная церковь.  Не в накладе был и король. Класс феодалов – властела – владел землей как на правах феодальной частной собственности – баштины, аналог русских вотчин, так и на правах условной собственности – пронии (русское поместье), предоставляемой за службу и отбираемой в случае прекращения службы. Основой общества были крестьяне, делившиеся по степени свободы на несколько категорий: себры, влахи, меропхи и отроки.

Себры – это лично свободные крестьяне, независимые от феодалов и владевшие собственной землей. Их осталось мало, и становилось с каждым годом все меньше Влахи – это стремительно сербизирующиеся румыны и отчасти собственно сербы, занимавшиеся скотоводством в горах и пользовавшиеся высокой степенью личной свободы и общинной автономии. Меропхи – аналог русских смердов –были основной частью сербского крестьянства. До Законника Стефана Душана они сохраняли личную свободу, но не имели собственной земли и за пользование землей были вынуждены отрабатывать барщину и платить оброк. Отроки – аналог русских холопов – это рабы, занятые преимущественно в домашнем хозяйстве феодалов.

Военные успехи Душана были куплены трудом и жертвами сербского крестьянства и оплачены его полным закрепощением. В принятом в 1349 году, ровно за 300 лет до Уложения Алексея Михайловича,  Законнике Стефана Душана, «прикрепление крестьян к земле получило полное юридическое оформление. В нем запрещалось под страхом высшего наказания [? Смертной казни?] принимать чужого человека, определялась суровая кара меропхам, бежавшим от своего господина. Крестьянам не разрешалось переселяться и в города» (История Югославии. т. I, с. 102). Согласно установленным в Законнике нормам, меропхи обязаны были отрабатывать на своих господ 106 дней в году – причем в эти 106 дней не входят работы на государство, которые полагались дополнительно (там же. с. 101). Себры – лично свободные крестьяне, по «Законнику» Душана теряли права самоуправления и возможность собираться для решения своих дел, причем нарушителям закона грозили урезание ушей и штраф. «По мысли составителей Законника, себрам и не для чего было собираться,  ибо вся власть над ними и местное управление перешли в руки царских чиновников, кефалий или феодальных землевладельцев, собствеников баштин, наследственной собственности, и проний, временного пользования» (А.Л. Погодин. История сербского народа//История Югославии. Составители С. Шумов, А. Андреев. М., 2002, с. 276).

В Сербском королевстве развивались города и рудники. Однако раннебуржуазная революция и превращение горожан в самостоятельный фактор политической борьбы были невозможны в силу инонационального характера городов. Авторы изданной в СССР весьма хорошей  «Истории Югославии» пишут:

«Городская жизнь в Сербии, за исключением приморских районов Зеты [приморская область средневековой Сербии, частично входит в современную Чернгорию], где издавна существовали крупные города, участвовавшие в международной торговле, развивалась сравнительно медленно. Характерной особенностью городов была незначительная роль в их экономике местного сербского элемента. Дубровницкие, итальянские и другие иностранные купцы и ремесленники занимали в городах прочные экономические и политические позиции, оттесняя на задний план местных жителей. Иностранные купцы и ремесленники имели в крупных городах свои свои колонии, пользовались особыми правами, получаемыми от сербских королей. Это создавало разобщенность городского населения, разнившегося не только по социальному положению, но и по этническому составу. Города в Сербии в эпоху средневековья не играли сколько-нибудь заметной политической роли, не могли стать, как это было в других европейских странах, опорой королевской власти в борьбе с феодальной раздробленностью. Слабое развитие городской жизни и особенности развития сербских городов наложили, таким образом, заметный отпечаток на всю историю феодальной Сербии (История Югославии. Т. I.  М,, 1963, с. 104)

Наконец, следует сказать, что временное прекращение заметной политической борьбы внутри феодального класса при Стефане Душане объясняется личными качествами этого последнего, а не институциональными преобразованиями. Опять обратимся к советской «Истории Югославии»:

«Хотя в постановлениях Законника прослеживается стремление усилить центральную власть в стране и подчинить феодалов государственному контролю, внутренняя политика Стефана Душана не способствовала этому. Отстранив от управления государством ряд сильных властельских родов, он возвысил многих своих сподвижников, получивших громадные земельные владения и высокие должности за личные заслуги. Все эти феодалы пользовались полной самостоятельностью, собирали в свою пользу государственные налоги и торговые пошлины, чеканили собственную монету и т.д. Экономическая и политическая сила крупных феодалов не только не ослабла, но и еще более выросла. Поэтому отсутствие в стране феодальных междоусобиц и мятежей в период правления Душана оказалось явлением временным и не означало победы централизованной формы правления» (там же, с. 96-97).

По словам Т.Д. Флоринского, Душан «еще при жизни отдал отдельные области своей монархии в почти независимое управление своим доверенным людям», а после его смерти «Сербское государство, по меткому выражению Кантакузина, распалось на тысячу частей» (Т.Д. Флоринский, цит. соч., вып. 2., с . 274).

Сразу после смерти Душана его наместники, те, кому он «отдал отдельные области своей монархии в почти независимое управление»,  как некогда сподвижники Александра Македонского, вступили между собой в энергичную борьбу за  передел полученного ими наследства. Сын и наследник Душана, Стефан Урош V Слабый, стремительно превратился во всего лишь формального правителя. После того, как он умер в 1371 году, пресеклась династия Неманичей.

Обрушение Сербского государства с высот величия в бездну развала было стремительным, но не случайным. Искусственный характер величия, созданного на чудовищном перенапряжении сил народа, не мог длиться долго – и чем выше было величие, тем страшнее оказалось падение.

В борьбе за власть очень быстро на первый план выдвигается Лазарь Хрбелянович. Объясняется это не его богобоязненностью и не его способностью произносить высокопарные фразы, а тем, что он был правителем области Нова Брда, где располагались богатейшие в Сербии рудники. Экономическая сила государства Лазаря, в полном соответствии с историческим материализмом,  стала основой его военной силы.

В 1373 году Лазарь, заручившись поддержкой Венгрии (ценой признания верховной власти венгерского короля – короля – католика !) и в союзе с правителем Боснии – баном (название боснийского короля) Твртко (который к тому же был не православным, а еретиком-богомилом!) и рядом сербских феодалов разбивает своего самого сильного конкурента – Николу Алтомановича (История Югославии, сс. 107-108). Побежденному Алтомановичу будущий святой Лазарь Хрбелянович приказывает выколоть глаза,  после чего становится самым сильным из сербских правителей. При этом Лазарь не принимает титула короля, довольствуясь титулом князя. Под властью Лазаря Хрбеляновича находятся северные и центральные области сербского королевства времен Неманичей, в южных областях распоряжается его зять, Вук Бранкович, разные несербские земли, завоеванные Душаном, пребывают под властью своих местных сербских правителей.

В 1371 году сербские правители Македонии король Вукашин Мрнявчевич и его брат деспот (деспот в данном случае – не ругательство, а официальный титул, что-то ниже короля, но выше князя) Углеша  пытаются остановить турецкое наступление и зовут на помощь всех сербских князей. Помощи ни от кого (в т.ч. и от Лазаря) они не получили, и были разбиты султаном Мурадом в битве при Марице (недалеко от Адрианополя). Вукашин и Углеша погибли в бою, владения Углеши непосредственно перешли под власть турок, а сын Вукашина Марко (прообраз сербского национального героя Марко Королевича из фольклора) признал верховную власть турок, сохранив автономию.

После этого турки продолжают наступление на Балканах и приходят в непосредственное соприкосновение с Сербией. Первые военные столкновения не были так уж неудачны для Сербии. В 1386 году войска Лазаря одержали победу над войсками Мурада при Плочнике. Настроения обреченности сербов на поражение и понимание Косовской битвы как героического мученичества,  заведомо обреченного с военной точки зрения на неудачу, появились лишь постфактум.

В 1389 году Мурад собрал все свое войско и повел его на Сербию. На помощь Лазарю воеводу Влатко Вуковича с войсками прислал боснийский бан Твртко, и свои войска привел зять Лазаря Вук Бранкович.

Как и почему сербы проиграли битву на Косовом поле, у историков есть разные мнения.  Описания битвы современниками хаотичны и не до конца понятны. Википедия пишет:

«По мнению исследователя  Желько Файфрича, армия союзников во многом уступала турецкой. У неё не было центрального командования, она была разделена между тремя главными командирами — Лазарем, Вуком Бранковичем и Влатко Вуковичем. Также сербское войско было несбалансированным по своему составу. Его основную часть составляла тяжелая кавалерия в латах, достаточно слабо прикрытая  пехотой.  Это, в свою очередь, давало значительное преимущество турецкой армии, в которой были широко представлены разные типы войск, подчиняющиеся одному командиру — султану Мураду.  Также необходимо отметить, что со времён царя Душана  сербские войска не имели крупных битв с армиями других держав. Их военный опыт в основном основывался на столкновениях между самими сербскими феодалами. В то же время турецкая армия имела богатый военный опыт, который увеличивала на протяжении почти 30 лет победоносных войн». http://ru.wikipedia.org/wiki/%D0%91%D0%B8%D1%82%D0%B2%D0%B0_%D0%BD%D0%B0_%D0%9A%D0%BE%D1%81%D0%BE%D0%B2%D0%BE%D0%BC_%D0%BF%D0%BE%D0%BB%D0%B5_(1389)

У сербов было средневековое рыцарское войско, у турок – современная дисциплинированная армия. Кроме того, наводит на размышления слабость сербской пехоты. Конницца – аристократический род войск, пехота – мужицкий. Сербские феодалы то ли не смогли, то ли не захотели привлечь к войне – этой традиционной рыцарской забаве – сербских простолюдинов, да и те не горели энтузиазмом защищать свое крепостное право и возможность для православных князей произносить высокопарные речи.

В ходе боя правое крыло сербско-боснийского воинства, которым командовал Вук Бранкович (да-да! Тот самый предатель!) одержало верх над левым крылом турок под командой Якуба, но турки после ожесточенного боя разбили центр сербов, где командовал сам Лазарь, и левый фланг,  где сражались боснийцы Влатко Вуковича. Увидев, что битва проиграна – причем не по его вине, – Вук Бранкович увел своих людей, вместо того, чтобы положить их головы за возможность произнести высокопарную речь и стать святым православной церкви  – за этот циничный поступок  он и был заклеймен сербским национальным мифом как предатель. Раненый Лазарь попал в плен к туркам и был казнен по приказу Баязида. Что он говорил перед смертью, и как протекал разговор Лазаря и Баязида, если он вообще имел место, современной науке ничего не известно.

А Милош Обилич? Что сделал во время Косовской битвы он?

Так вот.  Сейчас мы подошли к главной тайне сербского национального мифа. Если голова Милоша Обилича и вправду положена в основу, как сказал кинематографический, а не исторический князь Лазарь, то основа эта пуста. Добро пожаловать в реальный мир: сербского национального героя с таким именем никогда не существовало.

Достоверно известно, что султан Мурад погиб в ходе Косовской битвы и его преемником стал его младший сын Баязид, приказавший убить своего старшего брата Якуба. Обстоятельства гибели Мурада и имя человека, который его убил, скорее всего, навсегда останутся неизвестны исторической науке.

Современные сербские и европейские свидетельства, с одной стороны, турецкие с другой, расходятся в обстоятельствах описания гибели Мурада. Согласно первым, в начале боя к шатру  прорвались 12 сербских рыцарей, и один из них смог нанести Мураду удары в живот и горло (другой вариант, безымянный сербский рыцарь выдал себя за перебежчика –и далее как в сербской патриотической легенде). Согласно турецкой версии, уже после окончания боя, Мурад обходил поле битвы и, увидев его, тяжело раненый сербский воин, которого охранники Мурада приняли за мертвого, смог, мобилизовав последние силы, ударить султана мечом (лично мне такая версия представляется более поэтической и героической, что еще не означает, разумеется, что она истинна). Ни один из современных источников не называет при этом имени убийцы Мурада.

Это имя впервые появляется в конце 15 века, спустя более чем столетие. В «Записках Янычара» (1497) Константин Михайлович называет убийцу Мурада Милошем Кобицей. Дальше фамилия Кобица оттесняется фамилиями Кобилович или Кобилич. И лишь в 18 веке сербские патриоты, придя к выводу. что фамилия Кобилич (производное от «кобыла») в качестве фамилии главного национального героя выглядит крайне неблагозвучно, заменяют ее на фамилию «Обилич» (от «обилие», богатство).

По любым воинским меркам, воин, убивший предводителя врага и пожертвовавший эа это собственной жизнью, был героем. Но как звали этого героя и был ли он знатным рыцарем или безвестным простолюдином (что маловероятно в случае  правдивости сербо-европейской версии гибели Мурада, но не исключено в случае истинности турецкой версии), – мы не знаем,  и при доступных современной науке инструментах познания, никогда не узнаем.

После битвы на Косовом поле Баязид увел свои войска в Турцию, поэтому на первых порах результаты битвы были восприняты в Европе как поражение турок и победа христианской Сербии. Турецкое войско (как, естественно. и сербское), понесло большие потери, а обстоятельства гибели Мурада и Якуба были весьма сомнительны – если братоубийца мог быть турецким султаном, то мог ли быть им гипотетический отцеубитйца? (интересно, приходила ли турецким современникам в голову конспирологическая гипотеза, что убийцей Мурада мог быть не сербский рыцарь, а родной сын Баязид, – уж очень сомнительны обстоятельства этой гибели).

Но если силы турок были ослаблены, но уцелели,  то сила Сербии и вправду полегла на Косовом поле. Преемником Лазаря стал его сын, несовершеннолетний Стефан Лазаревич, а регентшей при нем  – его мать, Милица. Через несколько месяцев после битвы на Косовом поле, на северные границы Сербии напала Венгрия, решившая использовать благоприятный случай, когда военная сила Сербии уничтожена. Сербской правящей верхушке, точнее, тому, что от нее осталось, стало понятно, что независимость Сербии защитить невозможно. В итоге когда через год турецкое войско снова подошло к границам Сербии, Милица и ее сын без боя признали верховную власть турецкого султана и отдали свою дочь и сестру, княжну Оливеру, в гарем Баязида.

В 1390- начале 1400-х годов Стефан Лазаревич был верным вассалом Баязида (умудряясь при этом быть и верным вассалом Венгрии). Он принял участие в сражении при Никополе в 1396г, когда Баязид во многом багодаря именно его заслугам разгромил крестоносное войско. После того, как Баязид в 1402г. проиграл войну Тамерлану и был  взят им в плен, Стефан Лазаревич  участвовал в междоусобных войнах в Турции, поддерживал одного из сыновей Баязида, Мехмеда, и помог ему прийти к власти –  после кровопролитной гражданской войны с другими сыновьями Баязида. В благодарность и Баязид, и Мехмед не оставляли Стефана Лазаревича своими милостями, и Сербия переживала при нем период относительного экономического подъема.

Стефан Лазаревич умер   в 1427 году. Сыновей у него не было, и он передал власть своему племяннику Георгию Бранковичу. Этот последний продолжал политику лавирования меджду Турцией и Венгрией – до тех пор, пока венгерский корооль с огромным христианским войском, нарушивший перемирие и внезапно напавший на Турцию, не был разгромлен и уничтожен вместе со со всем своим войском в Варненской битве 1444г. Это означало провал попыток остановить Турцию силами объединенной Европы, и предрешало судьбу как остатков Византийской Империи, так и полусамостоятельного Сербского княжества.

Константинополь был завоеван турками в 1453 году, а Сербское княжество в 1454-1456 годах. Султан, оставил, впрочем, Георгию Бранковичу в пожизненное владение автономный район вокруг Смедерево, пока, наконец. со смертью Георгия Бранковича в 1459г. не исчез этот последний огрызок сербской средневековой государственности.

Чтобы понять, почему Сербия, наряду с Византийской Империей и всеми балканскими царствами, княжествами и королевствами,  была так быстро побеждена Турцией, нужно рассмотреть, чем была тогда эта последняя. Причем при изучении Турции того времени нужно отбросить антитурецкую легенду, возникшую в 18-19 веке и переносящую на Турцию эпохи расцвета, на Турцию 14 – 15 веков, черты Османской Империи эпохи ее упадка.

Антитурецкая легенда была создана националистическими движениями подвластных Турции балканских народов в 18-19 веках. Национализм не историчен – даже тогда, когда он в данное время и в данном месте служит делу исторического прогресса. Для националиста свойства как его нации, так и наций враждебных всегда одни и те же – и одни и те же взаимоотношения этих наций. «Запад» – извечный враг России, а турки по природе своей всегда угнетали сербов и морально разлагались. На самом деле то, что справедливо для 18-19 веков, может быть совершенно неверно для 14-15 веков.

Невозможно объяснить грандиозные победы Османской Империи 14-15 веков, если не видеть, что для крестьян Византии и Балкан, замученных чудовищным деспотизмом своих царей, князей и деспотов турки были не поработителяими, а освободителями. Точно так же –  как освободителей –  воспринимали в VII – VIII веках арабов угнетенные массы Византийской Империи, Сасанидского Ирана и готской Испании. Без массового сочувствия местного населения победы изначально крошечной Османской державы необъяснимы. Объяснять победы турок лишь военными и политическими талантами их вождей 14 века – султанов Османа, Орхана и Мурада, или прекрасной военной организацией турецкой армии недостаточно. Прежде чем турецкая армия могла быть  прекрасно организована, а турецкие султаны проявить свою гениальность, турецкую армию надо было создать. Прежде чем турецкая сила смогла побеждать, турки должны были создать силу.

Изначально, в 13 веке,  ядро  будущих турок-османов составило небольшое туркменское племя кайы, владевшее Османским бейликом, автономным княжеством, подчинявшимся Конийскому султанату – на границе с Византийской империей. Пограничное положение бейлика, проживание в нем в условиях постоянных войн и постоянно висящей над головой угрозой смерти делало жизнь в бейлике гораздо более рискованной, но и гораздо более свободной, чем жизнь в соседних христианских и мусульманских деспотических государствах. В пограничье бежали самые смелые, энергичные и решительные, те, кто опасную свободу предпочитал привычному рабству. Это был мусульманский аналог позднейшего христианского казачества.

«Изначально бейлик Османа, не имеющий выхода к морю, заметно уступал другим тюркским княжествам как по размерам своей территории, так и по уровню социально-экономического развития.

Осман, а затем и Орхан обычно просто утверждались в звании бея на совете племенных старейшин. Бей выполнял роль военачальника, а его основной функцией была организация джихада  или газавата против неверных (греков). Бея поддерживали его многочисленные родственники – сыновья и братья, которых после очередной победы над неверными он назначал правителями захваченных городов, крепостей или земельных наделов.

Первоначальное внутреннее устройство Османского бейлика было крайне примитивным[3] по сравнению с Византийской империей, но это было даже на руку самим османам. В отличие от Византии, в молодом бейлике не было налогообложения, а потому многие греческие крестьяне поспешили войти в его состав, так как желали избежать разорительных набегов гази. Но по мере роста его территории, османы начинали перенимать у Византии навыки бюрократического правления. Вскоре в бейлике появились свои визири и казначеи. Когда же христиане начинали ощущать всё бремя второсортного статуса неверных “дхимми”, было уже слишком поздно. У многих оставался лишь один выход – принять ислам и тюркский образ жизни». http://ru.wikipedia.org/wiki/%D0%9E%D1%81%D0%BC%D0%B0%D0%BD%D1%81%D0%BA%D0%B8%D0%B9_%D0%B1%D0%B5%D0%B9%D0%BB%D0%B8%D0%BA

Не стоит преувеличивать отвращение византийских крестьян и ремесленников к принятию ислама. Православие с его подавлением еретиков, инаковерующих успело затерроризировать всех и вызывало отвращение, а ислам не был настолько чужим и враждебным, как может казаться. Он выглядел как продолжение и логическое завершение христианства, очищенное от крайних   христианских нелепостей и несуразиц (догмат Святой Троицы, непорочное зачатие, культ святых) строгое и чистое монотеистическое учение. К тому же,  в учении Мухамеда, вопреки антиисламским мифам, содержится уважительное отношение к «людям писания», т.е. к иудеям и христианам, а иудаизм и христианство расцениваются не как однозначное заблуждение, а как ступени на пути познания истины,  как религии, предшествующие исламу и дружественные ему. Как и в эпоху арабских походов, ислам в 14 веке стал в Малой Азии и на Балканах религией революции,  хотя эта революция неизбежно была частичной и означала не уничтожение феодального строя как такового, а лишь уничтожение его самых отвратительных сторон и начало нового прогрессивного витка феодального развития.

В 1299 году Осман, правивший бейликом с 1281г.,  провозгласил себя независимым от правителей Коньи султаном. Началась эпоха османской экспансии.

Население Малой Азии и Балкан, трудящиеся классы, измученные 200-летней войной всех против всех, чудовищным феодальным гнетом и деспотизмом местных правителей, во-первых, не могли сопротивляться османам, даже если бы и хотели, потому что были отучены своими правителями и их повседневным террором от самостоятельной активности, от умения воевать, а во-вторых, не видели в войне с турками-османами смысла. Победа турок-осман означала для них смену правителей – только и всего.  При этом новые правители и новая система были явно лучше старых.

Во-первых, заканчивались феодальные войны с их чудовищными разорениями и насилиями. Обширный регион снова становился единым целым, и это вело в перспективе к экономическому росту.

Во-вторых, менялся тип феодализма. Османская империя эпохи расцвета была системой государственного феодализма. Крестьяне были обязаны платить налоги (как правило, десятую часть урожая), но являлись лично свободными людьми. Турки уничтожали крепостное право там, куда приходили, – в этом и был главный секрет их победы. В Турецком государстве феодал не был хозяином и владельцем крестьян, он лишь получал от государства право на долю от собираемых с крестьян налогов – и получал его только до тех пор, пока нес военную службу. Русский публицист 1550-х годов, идеолог дворянской (т.е. антибоярской) революции Иван Пересветов ставил именно такой тип феодализма в качестве примера и образца для подражания в Московской Руси. Ленивые феодальные властители, занимающиеся чистым социальным паразитизмом, должны быть уничтожены. Останутся лишь служилые. т.е. защищающие крестьян, дворяне, и кормящие их крестьяне. Именно так, по мнению Пересветова, обстояли дела в Османской Империи, и если бы в ней еще господствовало христианство, а не ислам, она вообще была бы идеальным государством и царством божии на земле.

Современный английский историк в своей обзорной работе по истории Османской Империи пишет:

«В действительности удел райи [христиан] под злым «турецким игом» оказывался настолько более высоким, по сравнению с положением крепостных в христианском мире под некоторыми христианскими господами, что жители соседних стран зачастую могли его предпочесть, и,  как о том писал современный автор, бежать за границу: «Я видел множество венгерских крестьян, предававших огню свои жилища и бежавших со своими женами и детьми, скотом и рабочим инвентарем на турецкие территории, где, как они знали, кроме сдачи одни десятой урожая, они не подвергнутся никаким другим налогам или притеснениям»….» (Лорд Кинросс. Расцвет и упадок Османской Империи. М., 1999, с. 226)

Кроме того, ранняя Османская Империя была обществом с высокой социальной мобильностью – в отличие от современных ей христианских государств. Достаточно было принять ислам (как в СССР 1920-х годов – вступить в Коммунистическую партию), и перед тобой открывались все дороги и пути – до поста великого визиря включительно. Правда, ты имел множество возможностей погибнуть в процессе делания карьеры, но жизнь все равно прожил бы яркую и интересную, такую жизнь, которая в христианских государствах Восточной Европы была доступна лишь потомственным феодалам. В 16 веке крестьянский сын и бывший служка в сельской церкви  серб Бойко Соколич станет Мехмедом Соколлу, великим визирем при нескольких султанах. В таковом качестве он будет всячески покровительствовать православию и сделает двух своих племянников – одного за другим – сербскими патриархами.  Он будет командовать турецким флотом, завоюет Кипр, женится на дочери султана Селима II,  построит мост через Дрину и чуть было не выроет Суэцкий канал.

Наконец, опять-таки вопреки мифам, ранняя Османская Империя была государством с невероятной для  христианского мира того времени веротерпимостью. Христиане должны были платить особый налог, но пользовались внутренним самоуправлением и не принуждались насильно к принятию ислама, что, опять-таки, было невероятно для католических и православных государств того периода. И, как уже было сказано, достаточно было христианину перейти в ислам. чтобы он стал равным членом мусульманской общины – и перед ним тогда все пути были открыты. В массовом порядке перейдут в ислам, например, боснийские богомилы, увидевшие в турках победоносного врага своих врагов – врага православной Византии и католического Рима.

Автор современной книги об истории Сербии пишет:

«…если к началу турецкого владычества относится больше свидетельств о службе и участии местного населения в [турецких] завоеваниях, то источники, относящиеся ко времени Венской войны (1683-1699), сообщают только о восстаниях,  о переходе на сторону неприятеля, о мятежах.

Менее всего обнаруживается свидетельств о сопротивлении турецкой власти в первые десятилетия после завоевания» (Сима М. Чиркович. История сербов. М., 2009).

Сопротивления туркам в первые десятилетия после установления их власти не было именно  по той причине, что местное население, измученное крепостным правом и феодальными распрями православных князьков, смогло при турках дышать свободнее, чем до них. И лишь потом, чем дальше, тем больше, когда турецкий феодализм закончил прогрессивную стадию своего развития, и вступил в стадию разложения,  начал уподобляться феодализму старого типа, который он когда-то и сверг, лишь  тогда возникает массовое сопротивление туркам, развивается гайдучество – и  складывается антитурецкая легенда, формируется сербский миф о событиях 14 века.

Миф этот при всей его красивости и поэтичности,  имел мало общего с реальностью, и люди, которые фигурируют в нем , нередко в сербских песнях действуют противоположно тому, что делали их реальные прототипы 14 века. Про мифы, связанные с битвой на Косовом поле, мы уже сказали. Но ими дело не ограничивается. Любимым героем сербского фольклора является королевич Марко, изображенный в сербских песнях. как бесстрашный борец с Турцией. Между тем реальный прототип королевича Марко, Марко Мрнявчевич, сын погибшего в битве при Марице в 1371 году короля Вукашина, четверть века после гибели своего отца был верным вассалом турецкого султана.

http://novaiskra.org.ua/?p=947