ПРЕДИСЛОВИЕ
Когда
сербско-югославская армия начала нападение на Словению в 1991 году, конфликт на бывших югославских территориях впоследствии привел к
агрессивной войне против Хорватии. В 1992 году, с помощью боснийских сербов, югославская армия попыталась завоевать Боснию и Герцеговину. Это сербская война (при участии Черногории) против трех бывших отдельных и независимых республик, которые по-прежнему действуют сегодня. Эта
агрессивная война стала еще одной попыткой воссоздать Югославию, в
которой Сербия с помощью Черногории хотела сохранить свое господство над другими
республиками и народами. Это заключительный акт; финал
политики Великой Сербии, который был осуществлен всеми возможными
способами почти в течение двух полных веков в чрезвычайно организованной
форме с 1903 года.
ДВА ВЕКА БОЛЬШОЙ СЕРБСКОЙ ЭКСПАНСИИ ПРОТИВ ЗАПАДА
Первое
сербское государство возникло в водовороте турецкой политике в 1459 году. Новая
вторая Сербия начала формироваться из Первого и Второго восстаний против
Турции в 1804 и 1815 годах. Однако Сербская православная церковь
сохранила идею возрождения сербского государства ( воссоздание
Великой Сербии с XIV века во времена Императора Душана с его
расширением на Запад, поскольку Сербский Патриархат
расширился со своим центром в Пече в Косово). Неудивительно, что тезис о том, что все народы, говорящие на подобных
сербскому языках - являются сербами - в первую очередь продвигался лидерами
сербской церкви. Например, писатель-монах Доситей
Обрадович в 1783 году и монах-историк Йован Раджич в 1794 году считали
Боснию, Далмацию, Славонию (части современной Хорватии) сербской землей.
В 1806 году
первая карта Великой Сербии, опубликованная Савой Текелией (Попович), состояла из Черногории, Боснии, Герцеговины и хорватских земель
Далмации и Дубровника. В 1806 году черногорцы с
помощью русских, которые приплыли в Адриатическое море для битвы с
Францией, жестоко атаковали и разграбили Конавле, часть Республики
Хорватия-Дубровник. Это было повторено в 1991
году их внуками из Черногории в рядах сербской армии, которая в то
время называлась Югославской армией. Наряду с
грабежами и тиранией, они разбомбили музей города Дубровник,
который они давно хотели сербифицировать или уничтожить на протяжении полутора
веков.
Одной из характеристик восточных православных церквей является вера в свою религиозную исключительность. То же самое относится к Сербской православной церкви. С
XII века, когда основатель Св. Савва, его первый и последний идеолог,
преследует и пытается уничтожить другие религии, в первую очередь
католическую веру, а также ислам с XIX века. Основные
характеристики учения Св. Савы включают в себя: тесную связь между сербским государством и церковью, национальную и религиозную
исключительность, уничтожение всех членов других наций и конфессий,
кражу имущества и захват территорий, разжигающие дальнейшую религиозную, национальную и политическую нетерпимости. Сербская
Православная Церковь использовала такую политику, переводя
католическую Черногорию в православие и поощряя заселение Боснии, Герцеговине и
части Хорватии православными влахам (скотоводы с неславянскими корнями, романского или иллирийского происхождения), а затем ассимилируя их в
"сербов" как нацию в 19 и 20 веках.
Влахи, как слуги турецким османам, помогли им завоевать Боснию, Герцеговину, части Хорватии и южную Венгрию. Когда
турки стали ослабевать в конце 15 века, они перешли к Австрии, требуя
особых прав, свободы вероисповедания, земли и права на добычу и
преследование окружающих наций. Таким
образом, уже в 1630 году упоминается, что православные Влахи
воспользовались привилегиями австрийской власти в Хорватии и начали
изгонять родных католиков, утверждая, что король дал землю только
влахам. Это был первый пример того, что сегодня мы сегодня называем этнической чисткой. Таким
образом, сербы этнически и религиозно очистили территорию, которую они
захватили к 1878 году, затем в балканских войнах 1912 и 1913 годов, а
также снова, а также снова после 1918 и 1945
годов. В свое время они оккупировали территории в Косово, Македонии , Санджаке, Боснии и приграничные территории в Хорватии с помощью сербских колонистов.
Вскоре
сербские политики, журналисты и ученые присоединились к битве за
сербскую ассимиляцию соседних славянских народов. В
связи с этим, даже в 1818 году, за сто лет до основания Королевства
сербов, хорватов и словенцев, сербы объявили в сербской газете из
Вены, что даже жители Загреба являются сербами. В
то время как хорваты во время хорватской национального возраждения стремились к независимости всех южнославянских народов под нейтральным
ильрийским именем, сербский ученый В.С. Караджич писал, как все католики (то есть хорваты) и мусульмане были сербами, несмотря на их веру.
Систематическая Велико-сербская политика на рубеже XIX - XX веков.
Во
второй половине XIX века проводилась продуманная и организованная
политика сербского правительства и Православной Церкви по превращению
неславянских православных влахов в агрессивных, национальных,
сознательных сербов. Влахи к тому времени зачастую были мирными крестьянскими скотоводами, которые считали Хорватию своей родиной и называли себя православными хорватами. В Пакраке, в Славонии, в районе, населенном большим количеством
Влахов, называемом «Маленькая Влашка», в 1876 году существовал сербский
заговор с целью ликвидации всех хорватских католиков.
Когда
Сербия и Черногория обрели независимость на Берлинском конгрессе в 1878
году, они были вынуждены отказаться от Боснии и Герцеговины, которая
была оккупирована Австро-Венгрией. Территория
бывшей хорватской военной границы, являющейся частью Хорватии до тех
пор, пока Австрия не заселила ее Влахами, была снова возвращена в Хорватию
в 1881 году. Учитывая, что на этих землях проживало немало Влахов, считавших себя сербами, Сербия поставила особую задачу ассимиляции окружающих несербских земель, а затем присоединения этих территорий к своей будущей империи. Ориентация Сербии на Запад и Юг началась в 1885 году, когда Сербия потерпела поражение в спровоцированной ими войне против Болгарии.
В конце 19-го
века в Сербии и на соседних землях начали распространять сербскую шовинистскую пропаганду
и проводить "культурно-просветительские" мероприятия. Были
написаны книги, в которых мифологизировалось сербское прошлое, превозносился культ
святого Савы и косовская битва 1389 года, утверждалась необходимость создания Великой империи, подчеркивалось требование доступа Сербии к морю. Систематически писалось о расширении Сербии
и превращении в "Великую Сербию", которая была бы гегемонисткой на
Балканах и с помощью славянской России, освободила бы от тюрков южную
или старую Сербию, Косово и Македонию и таким образом остановила бы
Австро- Венгерскую империю от захвата турецких позиций в регионе. В Загребе в 1884 году с помощью Сербии в информационном
бюллетене под названием Srbobran распространилась пропаганда "Великой Сербии". То же было сделано в Нови-Саде и других сербских информационных бюллетенях в Сараево, Задаре и других местах.
Первая
антихорватская демонстрация состоялась в Белграде в 1892 году. В
следующем году в Книне, некогда городе хорватских королей, в котором в то
время сербы не составляли большинства, хорватские ученые, открывшие
хорватскую археологическую Музей, были избиты. Сербские
государственные флаги систематически вывешивались в Хорватии, хотя они
были явно запрещены в 1895 году, когда император Габсбургов Франьо Йосип
I, затем король Хорватии, посетил Загреб. Преднамеренная
провокация была распространена в сербской газете в Загребе,
Srbobran, которая перепечатала статью Никола Стояновича. Он
заявил, что хорваты напрямую информированы о смертельной битве, в
которой хорватская нация, язык, история и культура отрицаются и
провозглашаются сербскими. Реакцией
стали массовые антисербские демонстрации в Загребе в 1902 году. Тогда же,
офицеры сербской армии и члены секретных обществ ликвидировали
последнего сербского короля в династии Обреновича и привезли Петра из
династии Караджорджевич на трон в 1903 году, была организована
великосербская пропаганда, оплачиваемая правительством Сербии.
Чтобы
иностранные страны не обвиняли Королевство Сербию в качестве террористического
государства, разжигающего войны и революции среди южных славян,
король Петр и его правительство организовали несколько тайных групп, ассоциаций
и организаций для распространения пропаганды "Великой Сербии" на
австро-венгерской и турецкой территориях, в
частности южнославянских территорий Хорватии, Боснии и Герцеговины,
Черногории, Косово, Воеводины, но без отказа от Болгарии и Словении. В мае 1903 года была создана секретная офицерская организация под
названием «Черная рука» (вызвавшая беспорядки, бунты и убийства и
состоящие из секретных агентов и пропагандистов).Поскольку
организация действовала нелегально, ее политическая и общественная
работа проходила через клуб «словенский юг», который возглавляли люди,
близкие к королю Петру.
В Косово и особенно в Македонии во второй
половине XIX века действовала сербская террористическая организация «Четники». Они сражались и восставали против сторонников Болгарии и тех, кто поддерживал Грецию и освобожденную Македонию. Также
в 1903 году в Белграде был выбран главный совет для действий Четника, а
в 1905 году была создана ассоциация «Сербская оборона» с целью укрепить
битву «за сербские интересы».
С
1908 года Национальная оборона работала над организацией политических и саботажных действий в Боснии,
Сербии, Черногории и Хорватии. Все
эти организации и ассоциации были сторонниками и инструкторами
террористов, которые убили наследника габсбургского трона, Фердинанда в
Сараево в 1914 году, спровоцировав Первую мировую войну. Они
спланировали, с разрешения Петра Караджорджевича, ликвидацию его деда,
принца и короля Черногории Никола Петрова (бомба и дела Коласина
1907/8) . Члены этих террористических организаций стояли за рядом
действий и ликвидаций в Хорватии. Некоторые сербы из Хорватии были добровольцами в подразделениях
Четников в Македонии, и их руководители часто путешествовали как
информаторы в Хорватии и Боснии. В то время как эти революционно-террористические
организации в Белграде формировались, с конца 1903 года распространялась еженедельная
газета Slovenski Jug, которая выполняла задачу «популяризации идеи южных
славян». Периодически до 1912 года в информационном бюллетене были его вкладчики - болгары, хорваты, словенцы и, естественно, сербы. Бюллетень Pijemont, названный в честь маленького итальянского государства, который объединил Италию, имел аналогичную задачу. Послание говорила, что как Пьемонт объединенил Италию, так и Сербия и Белград объединчт южных славян. Однако разница заключалась в том, что Пьемонт объединил Италию и свой итальянский народ; но
Сербия под руководством Караджорджевича хотела создать Большую Сербию, превратив всех южных славян в
сербов. В этом вопросе лежит причина сербско-болгарской вражды, а
также конфликт между Сербией и Черногорией, Сербией и Хорватией, сербами
и македонцами, и сербами и албанцами.
Бывший министр
Черногории Секула Држевич писал об этом: «Все конфликты, о которых мы
говорим, связанные с противоречиями между землями южных славян,
спровоцированы Сербией (...) Необходимо взглянуть на моральный,
этнический и политический образ Белграда, чтобы понять, почему Югославия стала тем, чем она стала, жила и исчезла таким образом ».
В
конце 19-го и начале 20-го века в Сербии и с сербами в Хорватии начала распространяться идея так называемых "сербских земель". В них были
включены все три хорватские провинции (Хорватия, Славония и Далмация), а
также Босния и Герцеговина, Черногория, Македония, части Албании,
Болгария, Венгрия, Румыния и в некоторых политических картах, Словения. В
то же время школьные учебники превозносили сербскую историю, язык и
культуру, в то время как хорватские и черногорские литературные
произведения передаются как сербские.
К примеру, Сербы зачастую представляют Дубровник, его культуру и литературу, а также язык как исключительно сербский. Все
сербские школы и даже религиозные православные школы в Хорватии,
Боснии, Герцеговине, Воеводине и в других местах отличались сербскими
националистическими программами в стиле девиза Караджича: "сербы
все и повсюду!"
Сочинялась мифологизированная
сербская история, в которой Сербия были величайшей и самой значимой
страной в мире с корнями из времен Александра Македонского.
Все
это стало идеальной подготовкой к войнам, которые Сербия интенсивно
планировала с помощью России, которая также имела свои интересы на
Балканах. У Сербии также были тесные отношения с Францией, которая в основном обучала сербских офицеров со времен короля Петра. Первой
целью Сербии, с помощью вышеупомянутых супердержав, было уничтожение
Турции и Австро-Венгрии и предотвращение
германо-австрийского продвижения на восток. Только с подписанием и разрушением турецкой и австрийской империй
сербы могли реализовать свой большой сербский план оккупации соседей, или
как они это называли, «освобождением сербских земель».Первый
из сербских набегов на запад, восток и юг был направлен на болгар и
хорватов, у них была своя интеграционная национальная программа. Например,
хорваты хотели объединить все хорватские земли: Хорватию, Славонию,
Далмацию, Истрию, Риеку, Меджимурье, Боку Которскую и части Боснии и
Герцеговины, где проживали хорваты (Западная Босния называлась Турецкой
Хорватией в то время).
Источник: https://web.archive.org/web/20070503154827/http://www.freewebs.com/index44/serbianexpansionism.htm
Thursday, 28 September 2017
Wednesday, 27 September 2017
Сербский шовинизм - бедствие для Балкан
Илия Гарашанин (1812-1874) был одним из самых активных сербских политиков в XIX веке. Он
был министром в нескольких министерствах династии Обреновичей и
династии Караджорджевичей, поэтому этот факт показывает его политическую
изворотливость. Он прославился своим произведением «Начертание», написанным в 1844 году, но опубликованным гораздо позже. В
своем «Начертании» он изложил план создания Великой Сербии, которая
должна была включать не только территории, которые когда-то принадлежали
Сербии, но и земли, которые, по его мнению, должны были принадлежать
Сербии. Гарасанин знал, что Сербии потребуется помощь
соседних стран для реализации этих планов, и он рассчитывал на
ослабление балканских государств после распада Турецкой империи, что
позволило бы Сербии легче захватить определенные территории.
Ву́к Стефа́нович Ка́раджич (1787-1864) был лингвистом и писателем, путешествовал по балканским землям, изучая и собирая народные песни. Он широко писал по языковым предметам и проблемам, издавал грамматическую книгу и словарь того, что он считал сербским языком. Сербы считают его основателем реформы сербского языка и сербской культуры в целом. Одной из главных тем его работы является то, что все те, кто говорят на штокавском диалекте, являются сербами (хотя большинство хорватов также говорят на разновидности этого диалекта). Этот стиль мышления проявляется довольно часто в работе Караджича, и это повлияло на отношение Сербии к другим балканским народам.
Статья Караджича «Сербы - все и посюду» впервые была опубликована в книге «Коробка сокровищ истории, языка и обычаев сербов всех трех верований» в 1849 году. Эта работа является типичным примером взглядов Караджича на язык и этническую принадлежность соседей Сербии. Он также попытался отрицать существование значительного количества хорватов, искажая исторические и лингвистические факты, чтобы доказать свои теории.
В то время как Гарашанин в своем «Начертании» с 1844 года излагает идеи о том, как превратить соседние народы в сербов, Вук Стефанович Караджич уже в 1836 году объединил все соседние страны в сербскую нацию. Такой вывод можно сделать из его текста, написанного в 1836 году.
«Известно, что сербы теперь живут в современной Сербии (между реками Дрина и Тимок, между Дунаем и Сарскими горами), в Метохии (из Косово над горами Сар, где столица Душана Призрен, сербская патриархата Печ и Монастырь Дечани), в Боснии, Герцеговине, Зетах, Черногории, Банате, Баке, Шриджеме, западном регионе Дуная от Осиек до Сентандрии, Славонии, Хорватии (Турецкая и Австрийская), Далмации и в целом Адриатическое побережье от Триеста до Бояны. Вначале я сказал, что известно, что сербы живут в этих регионах, но до сих пор неизвестно, сколько сербов в Албании и Македонии. По реке Цетина (в Черногории) я говорил с двумя людьми из Дибра, которые говорили мне, что в этих местах есть много сербских деревень, в которых на сербском говорят так, как если это что-то среднее между сербским и болгарским, но всегда ближе к сербскому, чем болгарскому. В вышеупомянутый районах живет, по крайней мере, пять миллионов человек, которые говорят на одном языке, но по религии они могут быть разделены на три группы: можно примерно предположить, что около трех миллионов являются православными греками, а из этого миллиона в Сербии (с Метохией) один миллион в австрийских провинциях (Банат, Бака, Срием, западный Дунай, Славония, Хорватия, Далмация и Бока) и один миллион в Боснии, Герцеговине, Зете и Черногории; из оставшихся двух миллионов можно сказать, что примерно две трети составляют мусульмане (в Боснии, Герцеговине, Зетае и т. д.), а одна треть - католики (в австрийских провинциях и в Боснии, Герцеговине и Бар-нахии). Только первые три миллиона называют себя сербами, остальные не принимают это имя. Верующие в ислам считают, что они настоящие турки, и называть себя так, хотя один из ста среди них может даже говорить по-турецки. Те из католической веры используют название места, в котором они живут: например, славонцы, боснийсцы (или босняки), далматинцы, дубровцы и т. д., Или, как это часто бывает у писателей, они используют древние имена, такие как иллирийцы или иллирийский. Однако в Баке их называют Бунджеваки, в Шриджем, Славонии и Хорватии их называют Сокач, а вокруг Дубровника и в Боке их называют латинами. Бунджеваки, возможно, получили свое название от реки Герцеговины Буна, откуда эти люди, как сказано, мигрировали некоторое время назад ... »
Все разумные люди среди православных и католических сербов признают, что они - один народ и стремятся полностью искоренить или хотя бы уменьшить ненависть из-за разных религий, насколько они могут. Тем не менее, у носителям католической веры все еще нужно будет привыкнуть к этому в свое время, потому что, если они не хотят быть сербами, то у них вообще нет национального названия. Сказать, что это славонин, другой далматин, еще один дубровский - бесполезно, потому что все это имена мест и не описывают ни одного народа. Сказать, что они славяне - слишком общее, поскольку под этим именем подпадают русские, поляки, чехи и все другие славянские народы. Сказать, что они хорваты, я бы говорят, что по правде говоря, это имя могут использовать только какавские ораторы. Они являются потомками Константина Порфирогенитуса, хорваты, язык которых немного отличается от сербского, но все же ближе к сербскому, чем любой другой славянский диалект. Сегодняшние хорваты в Загреб, Вараздин и Крижевчи, земля которых называлась Хорватия после битвы при Мохаче в 1526 году (и до этого называлась верхней Славонией), говорят на языке, который является средним между словенским языком на сербским. Я не знаю, как хорватское имя можно использовать для наших католических братьев, которые живут в Банате, Баке, Шриджем, Славонии, Боснии, Герцеговине или в Дубровнике, которые говорят на том же языке, что и сербы ».
НИКОЛА СТОЯНОВИЧ (1880-1964)
Никола Стоянович, юрист и политик, родился в Мостаре. До Первой мировой войны он был выдающимся противником австро-венгерской монархии и основателем оппозиционной газеты «Народ» (Нация). Во время Первой мировой войны он был членом югославского комитета, который работал над объединением южных славян. Он считался экспертом по Боснии и Герцеговине и был советником по этому региону во время мирной конференции 1918-1919 годов.
Он написал статью, впервые опубликованную в «Srbobran» (сербский журнал, основанный в Загребе), номер 168/169, в 1902 году. В статье под названием «Истребление: наше или ваше» он рассуждает о сербах и хорватах как если речь идет всего лишь о двух разных партиях, а не о том, что это разные нации, потому что одна из которых должна была победить а другую нужно уничтожить (в действительности, Хорватию).
Йован Сивич (1865-1927)
Йован Сивич - выдающийся идеолог идеи Великой Сербии. Он считается основателем современной географической науки в Сербии. Он много исследовал и много писал о балканской географии. Он отлично знал не только географию Сербии и окружающих регионов, но и историю и текущие события в этих областях. Он также интересовался политическим продвижением Сербии, и из-за этого он часто терял свою научную беспристрастность, когда писал о Сербии или на Балканах в географическом контексте. Большая часть его работы была и используется как «научное обоснование» для политики Великой Сербии. Все эти утверждения отражают утверждения нынешних идеологов Великой Сербии, и очевидно, что работа Цивича, поскольку он был авторитетным географом, используется как «научное доказательство» своих территориальных претензий:«Сербская проблема должна решаться насильственными средствами. Оба сербские государства должны в основном готовить себя в военном и учебном плане, поддерживать свою национальную энергию в военных частях сербского населения и использовать первую возможную возможность обсудить сербские вопросы с Австро-Венгрией. "
Стефан Мольевич (1888-1946)
Стефан Мольевич был главными советником лидера четников Дражы Михайловича. Идеи, высказанные им и концепция Великой Сербии, на которую он надеялся, лучше всего показывают в его меморандуме под названием «Однородная Сербия», который был выпущен в Никшике 30 июня 1941 года. В этом манифесте он написал следующее:«Чувство и любовь к нации и независимости могут быть достигнуты только в однородной Сербии».«В этой связи у сербов сегодня есть основная и основная обязанность создавать и организовывать однородную Сербию, которая должна состоять из всей этнической территории, на которой проживают сербы, и обеспечивать необходимые стратегические и транспортные линии и центры, а также экономическую областях, которые позволят и обеспечивают свободную экономическую, политическую и культурную жизнь и развитие на все времена ».Продолжение манифеста Стеван Мольевич уточнил вопрос о границах "Великой Сербии", и он написал следующее:«Основная ошибка нашего государственного управления заключалась в том, что в 1918 году границы Сербии не были прочно установлены. Эта ошибка должна быть немедленно исправлена, на завтра будет слишком поздно. Эти границы должны быть устранены сейчас, и они должны включать в себя всю на которых сербы живут с беспрепятственным доступом к морю для всех сербских районов, которые находятся вблизи побережья.
В главе II «Отношения с другими югославскими и балканскими государствами» Мольевич писал:«С уверенностью в своем прошлом и своей миссии на Балканах Сербия должна также в будущем стать носителем югославской идеи, а также первым защитником балканской солидарности и принципом «Балканы для балканских народо ». Требуется, чтобы более мелкие государства должны объединяться в более крупные общины, союзы и блоки, и друзья Сербии ожидают от нее этого. Сербия с радостью ответит на эти ожидания, поскольку это лежит в основе ее исторической миссии на Балканах. Сербы уже начали этот путь, когда они создали Югославию, и они будут продолжать идти по этому пути. Однако первый шаг на этом пути был ошибочно принят тем, что сербы и черногорцы позволили себе раствориться в Югославии, в то время как хорваты, словенцы и мусульмане другой курс ибрали все что можно из Югославии, не отдавая ничего взамен. Эта ошибка должна быть исправлена, и это может быть сделано только в том случае, если сербы, с помощью воскрешенной Югославии, немедленно и без колебаний создать однородную Сербию в пределах ранее обозначенных границ. Только после того как это будет достигнуто, мы решим все другие вопросы, касающиеся словенцев и хорватов. Таким образом, Югославия будет организована на федеральной основе с тремя федеральными единицами: сербским, хорватским и словенским подразделениями (Сербия, Хорватия и Словения, мое собственное замечание). Только когда это положение будет урегулировано, когда все сербские регионы объединены в однородную Сербию, может быть задумано ограниченное сближение с Болгарией ... Сербы должны проявлять гегемонию на Балканах, поэтому они должны прежде завоевать гегемонию в Югославии ».
Ву́к Стефа́нович Ка́раджич (1787-1864) был лингвистом и писателем, путешествовал по балканским землям, изучая и собирая народные песни. Он широко писал по языковым предметам и проблемам, издавал грамматическую книгу и словарь того, что он считал сербским языком. Сербы считают его основателем реформы сербского языка и сербской культуры в целом. Одной из главных тем его работы является то, что все те, кто говорят на штокавском диалекте, являются сербами (хотя большинство хорватов также говорят на разновидности этого диалекта). Этот стиль мышления проявляется довольно часто в работе Караджича, и это повлияло на отношение Сербии к другим балканским народам.
Статья Караджича «Сербы - все и посюду» впервые была опубликована в книге «Коробка сокровищ истории, языка и обычаев сербов всех трех верований» в 1849 году. Эта работа является типичным примером взглядов Караджича на язык и этническую принадлежность соседей Сербии. Он также попытался отрицать существование значительного количества хорватов, искажая исторические и лингвистические факты, чтобы доказать свои теории.
В то время как Гарашанин в своем «Начертании» с 1844 года излагает идеи о том, как превратить соседние народы в сербов, Вук Стефанович Караджич уже в 1836 году объединил все соседние страны в сербскую нацию. Такой вывод можно сделать из его текста, написанного в 1836 году.
«Известно, что сербы теперь живут в современной Сербии (между реками Дрина и Тимок, между Дунаем и Сарскими горами), в Метохии (из Косово над горами Сар, где столица Душана Призрен, сербская патриархата Печ и Монастырь Дечани), в Боснии, Герцеговине, Зетах, Черногории, Банате, Баке, Шриджеме, западном регионе Дуная от Осиек до Сентандрии, Славонии, Хорватии (Турецкая и Австрийская), Далмации и в целом Адриатическое побережье от Триеста до Бояны. Вначале я сказал, что известно, что сербы живут в этих регионах, но до сих пор неизвестно, сколько сербов в Албании и Македонии. По реке Цетина (в Черногории) я говорил с двумя людьми из Дибра, которые говорили мне, что в этих местах есть много сербских деревень, в которых на сербском говорят так, как если это что-то среднее между сербским и болгарским, но всегда ближе к сербскому, чем болгарскому. В вышеупомянутый районах живет, по крайней мере, пять миллионов человек, которые говорят на одном языке, но по религии они могут быть разделены на три группы: можно примерно предположить, что около трех миллионов являются православными греками, а из этого миллиона в Сербии (с Метохией) один миллион в австрийских провинциях (Банат, Бака, Срием, западный Дунай, Славония, Хорватия, Далмация и Бока) и один миллион в Боснии, Герцеговине, Зете и Черногории; из оставшихся двух миллионов можно сказать, что примерно две трети составляют мусульмане (в Боснии, Герцеговине, Зетае и т. д.), а одна треть - католики (в австрийских провинциях и в Боснии, Герцеговине и Бар-нахии). Только первые три миллиона называют себя сербами, остальные не принимают это имя. Верующие в ислам считают, что они настоящие турки, и называть себя так, хотя один из ста среди них может даже говорить по-турецки. Те из католической веры используют название места, в котором они живут: например, славонцы, боснийсцы (или босняки), далматинцы, дубровцы и т. д., Или, как это часто бывает у писателей, они используют древние имена, такие как иллирийцы или иллирийский. Однако в Баке их называют Бунджеваки, в Шриджем, Славонии и Хорватии их называют Сокач, а вокруг Дубровника и в Боке их называют латинами. Бунджеваки, возможно, получили свое название от реки Герцеговины Буна, откуда эти люди, как сказано, мигрировали некоторое время назад ... »
Все разумные люди среди православных и католических сербов признают, что они - один народ и стремятся полностью искоренить или хотя бы уменьшить ненависть из-за разных религий, насколько они могут. Тем не менее, у носителям католической веры все еще нужно будет привыкнуть к этому в свое время, потому что, если они не хотят быть сербами, то у них вообще нет национального названия. Сказать, что это славонин, другой далматин, еще один дубровский - бесполезно, потому что все это имена мест и не описывают ни одного народа. Сказать, что они славяне - слишком общее, поскольку под этим именем подпадают русские, поляки, чехи и все другие славянские народы. Сказать, что они хорваты, я бы говорят, что по правде говоря, это имя могут использовать только какавские ораторы. Они являются потомками Константина Порфирогенитуса, хорваты, язык которых немного отличается от сербского, но все же ближе к сербскому, чем любой другой славянский диалект. Сегодняшние хорваты в Загреб, Вараздин и Крижевчи, земля которых называлась Хорватия после битвы при Мохаче в 1526 году (и до этого называлась верхней Славонией), говорят на языке, который является средним между словенским языком на сербским. Я не знаю, как хорватское имя можно использовать для наших католических братьев, которые живут в Банате, Баке, Шриджем, Славонии, Боснии, Герцеговине или в Дубровнике, которые говорят на том же языке, что и сербы ».
НИКОЛА СТОЯНОВИЧ (1880-1964)
Никола Стоянович, юрист и политик, родился в Мостаре. До Первой мировой войны он был выдающимся противником австро-венгерской монархии и основателем оппозиционной газеты «Народ» (Нация). Во время Первой мировой войны он был членом югославского комитета, который работал над объединением южных славян. Он считался экспертом по Боснии и Герцеговине и был советником по этому региону во время мирной конференции 1918-1919 годов.
Он написал статью, впервые опубликованную в «Srbobran» (сербский журнал, основанный в Загребе), номер 168/169, в 1902 году. В статье под названием «Истребление: наше или ваше» он рассуждает о сербах и хорватах как если речь идет всего лишь о двух разных партиях, а не о том, что это разные нации, потому что одна из которых должна была победить а другую нужно уничтожить (в действительности, Хорватию).
Йован Сивич (1865-1927)
Йован Сивич - выдающийся идеолог идеи Великой Сербии. Он считается основателем современной географической науки в Сербии. Он много исследовал и много писал о балканской географии. Он отлично знал не только географию Сербии и окружающих регионов, но и историю и текущие события в этих областях. Он также интересовался политическим продвижением Сербии, и из-за этого он часто терял свою научную беспристрастность, когда писал о Сербии или на Балканах в географическом контексте. Большая часть его работы была и используется как «научное обоснование» для политики Великой Сербии. Все эти утверждения отражают утверждения нынешних идеологов Великой Сербии, и очевидно, что работа Цивича, поскольку он был авторитетным географом, используется как «научное доказательство» своих территориальных претензий:«Сербская проблема должна решаться насильственными средствами. Оба сербские государства должны в основном готовить себя в военном и учебном плане, поддерживать свою национальную энергию в военных частях сербского населения и использовать первую возможную возможность обсудить сербские вопросы с Австро-Венгрией. "
Стефан Мольевич (1888-1946)
Стефан Мольевич был главными советником лидера четников Дражы Михайловича. Идеи, высказанные им и концепция Великой Сербии, на которую он надеялся, лучше всего показывают в его меморандуме под названием «Однородная Сербия», который был выпущен в Никшике 30 июня 1941 года. В этом манифесте он написал следующее:«Чувство и любовь к нации и независимости могут быть достигнуты только в однородной Сербии».«В этой связи у сербов сегодня есть основная и основная обязанность создавать и организовывать однородную Сербию, которая должна состоять из всей этнической территории, на которой проживают сербы, и обеспечивать необходимые стратегические и транспортные линии и центры, а также экономическую областях, которые позволят и обеспечивают свободную экономическую, политическую и культурную жизнь и развитие на все времена ».Продолжение манифеста Стеван Мольевич уточнил вопрос о границах "Великой Сербии", и он написал следующее:«Основная ошибка нашего государственного управления заключалась в том, что в 1918 году границы Сербии не были прочно установлены. Эта ошибка должна быть немедленно исправлена, на завтра будет слишком поздно. Эти границы должны быть устранены сейчас, и они должны включать в себя всю на которых сербы живут с беспрепятственным доступом к морю для всех сербских районов, которые находятся вблизи побережья.
В главе II «Отношения с другими югославскими и балканскими государствами» Мольевич писал:«С уверенностью в своем прошлом и своей миссии на Балканах Сербия должна также в будущем стать носителем югославской идеи, а также первым защитником балканской солидарности и принципом «Балканы для балканских народо ». Требуется, чтобы более мелкие государства должны объединяться в более крупные общины, союзы и блоки, и друзья Сербии ожидают от нее этого. Сербия с радостью ответит на эти ожидания, поскольку это лежит в основе ее исторической миссии на Балканах. Сербы уже начали этот путь, когда они создали Югославию, и они будут продолжать идти по этому пути. Однако первый шаг на этом пути был ошибочно принят тем, что сербы и черногорцы позволили себе раствориться в Югославии, в то время как хорваты, словенцы и мусульмане другой курс ибрали все что можно из Югославии, не отдавая ничего взамен. Эта ошибка должна быть исправлена, и это может быть сделано только в том случае, если сербы, с помощью воскрешенной Югославии, немедленно и без колебаний создать однородную Сербию в пределах ранее обозначенных границ. Только после того как это будет достигнуто, мы решим все другие вопросы, касающиеся словенцев и хорватов. Таким образом, Югославия будет организована на федеральной основе с тремя федеральными единицами: сербским, хорватским и словенским подразделениями (Сербия, Хорватия и Словения, мое собственное замечание). Только когда это положение будет урегулировано, когда все сербские регионы объединены в однородную Сербию, может быть задумано ограниченное сближение с Болгарией ... Сербы должны проявлять гегемонию на Балканах, поэтому они должны прежде завоевать гегемонию в Югославии ».
Saturday, 23 September 2017
Титовские лагеря для пыток и похищения детей
Кем были дети с Петричкова холма, небольшой возвышенности редом с Целье? Они были детьми жестоко убитых титовскими партизанами и сброшенных в яму как "оккупантов и домашних предателей", а их самих забрали на Петричков холм, где они подвергались коммунистическим издевательсвам, пыткам, побоям и насилию. Множество детей было заперто в трудовых лагерях.
Тито основал этот лагерь по образцу коммунистического Советского Союза, где детей уводили из школ на стажировки, которые на самом деле были настоящими лагерями, где детей избивали, пытали и иногда убивали. Они подвергались «промыванию мозгов», отказу от прошлого, систематическим пыткам и притеснениям, чтобы стать «сербской» молодежью. Нечто подобное происходило и в других коммунистических государствах, где промывание мозгов детям рассматривалась как неотъемлемая стадия коммунизма.
Детей воспитывали в духе коммунистической идеологии и насильственной классовой борьбы, затем они получали приемных родителей, новые имена, новые семьи и новую личность, говорится в списке Ютарнджи.
У них забрали имя, историю, и воспоминания... Это дети, которым коммунисты не разрешили даже быть скамими собой, им пришлось отказаться от своей идентичности.
===============
Не так давно, в Словении вышел документальный фильм "Сироты в Петричке", снятый в Загребе, шокировавший словенскую публику.
В отличие от детей, которых убили вместе с матерями и сбросили в ямы по всей Словении (к примеру огромное захоронение Crnogrob около Любляны), эти дети выжили и были обязаны идти в "школу революции" на Петричковом холме. В начале там содержалось около 70 детей, чьих родителей убили как "оккупантов и внутренних предателей".
Документальный фильм выполнен в виде интервью с дюжиной "детей Петрички" и основан на книге автора Ивана Отто, одного из двух несчастных хорватских детей, жертв партизанского террора. Фильм получил главный приз в жанре документалистики на фестивале Portorož Festival.
Большинство из детей были рождены от родителей, сражавшихся на стороне Словенских домобранов и Белогвардейцев, но попавших в лапы титовских кровопийц и окончивших свои дни в ямах, заклейменные "предателями и оккупантами". Некоторые из детей были немцами из Хорватии, Срема, Бачки и Баната. Их родители были убиты, и сброшены в ямы, поверх которых устраивали мусорные свалки.
Дети были подвергнуты глубокой коммунистической обработке и идеологическому промыванию мозгов, затем получили приемные семьи, новые имена, новые личности и новые семьи. Старшей девушке в лагере было 18 лет, самому старшему мальчику Гюнтеру Шлемеру было 14 лет, а младшему ребенку в этой тюрьме всего полтора года. В течение 45 лет этим детям под страхом смерти приходилось молчать о югославском «коммунистическом рае», и в первый раз они вышли к публике в 1993 году, когда группа бывших бывших детей, попавших в лагерь, объявила в Мариборе объявление в газете и призывает детей поговорить с Петричем. Один из «выживших», живущий в Загребе хорват с немецкой фамилией Ивана Отто, затем опубликует книгу, в которой режиссеру Зупаничу был назначен фильм. Семья Отто переехала из Загреба в Любляну в 1939 году, а его самые близкие люди были убиты партизанами
Во вступлении к фильму Отт рассказывает об обстоятельствах жизни в лагере Техарьево. Там он рассказывает о гнусном обращении с интернированным, чьи охранники иногда переламывали пальцы ради кольцам, выкалывали золотые зубы, заставляли падать перед ними, так как они были «предателями». Настоящая тема фильма Зупанича - это период, когда детей забирают у родителей и интернируют в Петрике. В Петриче главным педагогом была молодая девушка, которая не называлась в фильме, но ее дети назывались «Черная вдова».
Одетая в черное, молодая и жестокая мучительница детей, «черная вдова» била детей с кнутом и веревкой, угнетала их, отбирала у них фотографии и воспоминания о прошлом. Задержанные были уязвимы перед ненавистью со стороны окружающего населения, ненавидящего «оккупантов и предателей», и особенно их дети.
На месте этого лагеря на холме Петрички в течение последующих десятилетий будет сделан сад, в котором коммунистические правители будут устраивать пышные банкеты и веселые сборы. Особенно впечатляют фотографии коммунистов в кафе и туристов, которые спокойно обедают и пьют пиво на месте бывшего лагеря. Сегодня здание опустошено, а на месте соседнего лагеря Техарье - построили монументальный комплекс.
Источник:
http://croative.net/dokumentarni-film-strasno-titovi-logori-za-mucenje-preodgoj-djece/
Tuesday, 19 September 2017
Кочевски Рог: как убивали хорватов
Материалы взяты из блога nibelungen74.livejournal.com, читайте там полную версию, а так же многие другие статьи.
Кочевски Рог это местность расположенная в скалистых горах недалеко от города Кочевье в южной Словении. Многие века населением этих мест были немцы, которых после Второй мировой войны изгнали или частично убили коммунисты. С тех пор Рог практически необитаем. С 1942 года в Кочевском Роге был расположен штаб словенских партизан-коммунистов известный по названием База 20, сегодня это памятник истории и туристическая достопримечательность Словении.
Блейбург
После Майской катастрофы 1945 года и краха Независимой Державы Хорватии (Н.Д.Х.) сотни тысяч военнослужащих хорватской армии и гражданских беженцев-хорватов устремились к австрийской границе навстречу британской армии, чтобы избежать коммунистического плена и найти у англичан защиту от юго-коммунистических партизан Тито и амнистированных им к тому времени сербских четников. Конечной точкой на этом маршруте для хорватов стал австрийский городок Блейбург в Каринтии. По пятам за хорватами следовали красные партизаны Тито.
Тито при поддержке Сталина стал шантажировать западных союзников [...] Так начался Крестный путь хорватского народа.
Хорватия будет освобождена [только] в 1991 году, когда хорватские патриоты-добровольцы начнут изгонять солдат т.н. Югославской народной армии с территории Республики Хорватии.
Точное число отступивших в Австрию из Хорватии людей доподлинно неизвестно, но крайне максимальные оценки хорватских историков говорят о 360.000 военных и о 500.000 гражданских лиц. У хорватов теплилась надежда на то, что западные союзники не выдадут их на верную смерть коммунистам а с военнопленными поступят так, как это предписывалось международными нормами Женевской Конвенции. Однако эти надежды оказались тщетны. Англичане хитростью разоружили хорватскую армию, обещая справедливое отношение к военнопленным и то, что женщины и дети будут немедленно отпущены по домам. После этого в нарушение всех норм международного права началась передача военнопленных хорватов и хорватских гражданских беженцев силам коммунистического вождя Иосипа Броза Тито. Через несколько дней также вероломно англичане поступят и с 80.000 казаков и членов их семей в австрийских Лиенце и Юденбурге выдав их на расправу Сталину, но в Блейбурге масштаб трагедии в несколько раз превосходил то, что произошло с нашими казаками.
Блейбург стал для хорватов символом и метафорой всех хорватских страданий от коммунистических победителей в 1945 году, несмотря на то, что лишь небольшое число солдат и гражданских было убито на самом Блейбургском поле или в его окрестностях. Основная резня хорватов после их выдачи англичанами в Блейбурге 15 мая 1945 года началась на Крестном пути, когда их повели "маршами смерти" по территории Югославии, осуществляя массовые убийства в сотнях различных мест, крупнейшими из которых стали хорватские могилы под Марибором и Целе в Словении,в окрестностях Крапины, Самобора, Карловаца, Сисака и Бьеловара в Хорватии. Эти массовые убийства коммунистами хорватов продолжались вплоть до конца 1945 года.
Одним из самых масштабных преступлений коммунистов Тито стало массовое убийство на Кочевском Роге. Здесь окончили свою жизнь около 40.000 хорватов, 5.000 словенцев и людей других национальностей, среди которых согласно историку, американскому сербу Боривойе Карапанджичу была и 1.000 русских белогвардейцев. Этих людей первоначально доставили из Блейбурга через словенский Есенице в лагерь Шентвид у Любляны. Там их отсортировали по национальностям в специальные категории, попадание в категории B и C означало для несчастных смерть. После сортировки людей поездами перевозили в Кочевье а оттуда доставляли в глухое лесное урочище под названием Кочевски Рог.
Геноцид без наказания
То, что происходило с 28 мая до 9 июня 1945 года в глуши Кочевского Рога тяжело сравнить с чем либо еще подобным в истории, включая худшие эпизоды в советских и северокорейских лагерях. Оргия сатанинских убийств, доходящих до каннибализма длилась 12 дней пока все несчастные жертвы не были перебиты. В те дни абсолютное, вселенское зло поселилось на красивых и до того мирных и не видевших ничего подобного в своей истории склонах Словении. Это зло стало результатом "разведения ненависти", которым несколько лет в течение войны занимались коммунистические комиссары в ротах и батальонах "народной армии" Тито, что и дало такие чудовищные плоды, которые без сомнения войдут в антологию полного коллективного затмения человеческого разума.
Тито принял решение убить 200.000 "бандитов"
Все началось 28 мая в Любляне, когда Тито в своей пьяной речи упомянул о 200.000 ликвидированных бандитов, которые на тот момент были еще только взяты в плен и пока живы. Однако именно в тот день и было принято решение ликвидировать хорватов и спрятать их трупы так, чтобы никто их не обнаружил. Планирование осуществлялось на самом высоком государственном уровне и в этом Тито помогали Франц Лескошек Лука, командующий т.н. главным штабом Словении Борис Кидрич и начальник ОЗНЫ (аналог сталинского НКВД) по Словении Иван Мачек Матия. Эта троица отлично знала все пропасти и пещеры Кочевского Рога, так как в войну они в основном в них и скрывались и оставались не обнаруженными все время до окончания войны. После определения места бойни нужно было подобрать исполнителей.
Тито прекрасно знал, кто больше всего ненавидит хорватов и кому можно доверить командование этим позорным и трусливым актом. Этим человеком был майор Симо Дубайич, родом из Кистанья в Буковице, местечка в 25 километрах от Книна и в 40 километрах от Шибеника. Будущие убийцы, наихудший партизанский сброд, который в те дни находился в северной Словении после возвращения из австрийского Клагенфурта были военнослужащими 11-й далматинской бригады 26-й далматинской дивизии.
Военный преступник Симо Дубайич. Один из главных командиров команды палачей в Кочевском Роге. В мае 1945-го ему было 22 года. Сам он всегда отрицал, что лично убивал людей, называя главными экзекуторами Динко Перишу и Перо Божиновича, офицеров 11-далматинской бригады. Однако в коротком интервью для словенского телевидения в 2005 году Симо Дубайич сделал неожиданное признание, сказав что во время казней постоянно пребывал в состоянии алкогольного опьянения, что его и спасло в конечном итоге от помешательства. По словам Дубайича по меньшей мере 10 человек из числа палачей сошли с ума именно из-за того, что во время казней оставались трезвыми. Умер Дубайич в Белграде в 2009 году.
Сколько их было не известно, но судя по их "трудовому вкладу" их должно было быть свыше 100. Вначале эта банда "потренировалась" в окрестностях Любляны убив около 1.000 несчастных пленников, в основном словенцев по-национальности. По ходу дела убийцы хорошо "вооружились" в нескольких местных кузницах молотками, топорами, ножами, клещами для вырывания зубов и ложками для вынимания у своих жертв глаз. С этим снаряжением они прибыли на Кочевски Рог чтобы произвести там главную часть своей патологической оргии пыток и смерти.
На смерть посылали голодных избитых и ограбленных до нитки людей
На Кочевском Роге коммунистами была организована очень четкая "программа смерти". Каждый день два поезда по несколько раз привозили из Любляны в Кочевье до 8.000 человек, которых там встречали голодные до человеческих страданий дикари. Люди к тому моменту уже были полумертвы от голода и жажды. В Кочевье их раздевали до гола и грабили до конца, вырывая у жертв золотые зубы или коронки, снимая с них украшения и отбирая все, что имело хоть какую-то ценность.
Если перстень не могли снять с пальца, отрезали весь палец, а если жертва оказывала сопротивление вырыванию зубов, ей выбивали всю челюсть прикладом, топором или молотком. Одежду жертв поездами отправляли назад в Любляну а драгоценности "товарищи" забирали себе, часто вступая из-за них в конфликты между собой. "Сильнейшим" в этом деле оказался комиссар Любо Барбарич с Хвара, который сумел награбить 5-6 килограмм золотых украшений.
После ограбления жертв связывали проволокой по двое или по трое и доставляли к месту убийства. Целью Тито было убить как можно больше хорватов за короткое время и замести следы своего преступления. Он отдал только лишь "распоряжение" о том, чтобы убийства были быстрыми. Методы и способы, которыми это будет произведено его не интересовали. Это уже было в компетенции палачей. И они, несмотря на то, что знали о том, что акцент следует делать на быстроте убийств, не удержались от того, чтобы удовлетворить все самые больные инстинкты из тех, которые только знает бездна человеческого безумия. Методы пыток были таковы, что способны вызвать тошноту и недоверие у нормального человека. Однако о них рассказывали в конце жизни сами палачи, почувствовавшие необходимость перед смертью излить то, что много лет лежало у них на совести.
Убивали с рассвета до темноты
Один из покаявшихся палачей, Юре, утверждает, что резня длилась 12 дней со вторника 29 мая до субботы 9 июня 1945 года. "Ликвидации" проводились сменами по 24 часа, затем палачи 24 часа отдыхали, отсыпаясь в палатах партизанской больницы, при этом им строжайше были запрещены любые контакты с местным населением. Убийства продолжались с рассвета до полной темноты, с 4 до 22 часов. Во время одной из таких 24-часовых смен группа Юре успела перебить и сбросить в ямы около 1.500 человек.
Жертвы на место казни были доставлены и убиты без выяснения личности, без переклички и без каких-либо письменных следов. Не записывались ни общее число убитых, ни их возраст и пол. Ни один человек из казненных на Кочевском Роге не был перед смертью выслушан, не был осужден на смерть хоть каким-то судом, пусть даже таким скорым как партизанский. Юре оценил число людей перебитых его группой в примерно 11.000. Из них кроме 800 словенцев все остальные были хорватами.
В своей книге "От Кистанья до Кочевского Рога, жизнь, грех и покаяние" Симо Дубайич утверждал, что в Кочевском Роге был "ликвидирован Павеличев здруг" (то есть личные телохранители Поглавника Хорватии Анте Павелича) из примерно 30.000 человек. Это была откровенная глупость, так как здруг мог насчитывать самое большое несколько сот человек а чаще всего в нем их было менее 100. В этом "здруге" оказались и несовершеннолетние, а также многочисленные женщины, дети и даже целые семьи, хотя Дубайич утверждает, что гражданских якобы не было уже в поездах от Блейбурга в Словению. Самой резней командовал именно Симо Дубайич, хотя он утверждал, что непосредственным командиром был хорват из Шибеника Любо Периша, своими руками убивший около 3.000 несчастных и занявший в итоге второе место по числу убитых им собственноручно "бандитов". Позднее в Новом Саде (Сербия) Любо Периша убьет своего сына, жену, ранит второго сына и в конце сведет счеты с жизнью сам.
Дубайич также будет утверждать, что сам лично не убивал а пребывал во все время убийств на своем командном пункте в Кочевье, где принимал доклады от своих мясников. Это такая же очевидная ложь с его стороны, как и его заявление от том, что среди жертв не было гражданских лиц. Кочевье находилось от места казни на расстоянии 20 километров и было нереальным, чтобы убийцы ходили к Симе для доклада туда и обратно по ночам и по труднодоступной местности. Дубайич очевидно врал с целью скрыть то, что он сам трудился в поте лица на месте убийств. Хотя он же в своей книге и утверждает, что в том, чтобы "перебить "усташей" нет ничего плохого и что за это не нужно каяться". Зато свидетель и участник резни Юре оказался более словоохотлив и откровенен и рассказал, что лично видел как хорватских пленников резали обоюдоострым кинжалом под названием кама. При этом убийцы облизывали кровь своих жертв с ножей и в этом не было ничего особенного, так делали все "товарищи" а также и их "боевые подруги". Правда заключается в том, что Симо убил людей не намного меньше чем другие главные палачи, хотя его "вклад" и не перевалил цифру в 2.000 убитых. Из-за спешки, которую инициировал Тито, большинство жертв было убито очередями из пулемета, добито контрольным выстрелом в голову, после чего люди либо сами падали, либо их сталкивали в яму. Часть людей казнили на самом краю пропасти одиночными выстрелами в голову с близкого расстояния, что вызывало попадание брызгов мозга, крови и фрагментов костей черепа на одежду убийц.
Множество людей в ямах были еще живы и тогда убийцы бросали вслед им ручные гранаты. Некоторые гранаты попавшие прямо в людей вызывали то, что через отверстие из ямы наружу вылетали фрагменты человеческих тел и попадали прямо на людей. Вопреки всему этому многие люди в ямах оставались живы и из бездны доносились раздирающие душу крики о помощи и просьбы их прикончить. Легко раненые пытались самостоятельно выбраться из ямы и их приходилось, как утверждал Юре, "убивать по нескольку раз". Но все это являлось еще относительно "мягкой" частью всего ужаса. Палачи не могли удержаться от больного наслаждения пыток и мучений своих жертв.
Почти все девочки и женщины перед убийством были изнасилованы. Изнасилования были открытыми, групповыми и очень жестокими. Женщин принуждали к оральному сексу и мочились им в рот. Юре свидетельствует, что видел на Кочевском Роге и изнасилования мальчиков и взрослых мужчин, которых так же принуждали к оральному сексу. Это совершала группа мясников во главе с командиром Симо, которого позднее сменила комиссарша Миля. Некоторые кровопийцы после изнасилований резали горло свои жертвам и пили теплую кровь или облизывали окровавленные ножи. Но верхом каннибализма стало поедание свежего подсоленного человеческого мозга с кончика ножа.
Комиссарша Миля и ее "специализация" - кастрации, извлечение сердца
Из многих источников известна особая жестокость партизанских "боевых подруг". Но ни одна из них никогда не смогла превзойти в жестокости комиссаршу, которую звали "Миля". Эта комиссарша в тогдашней партизанской иерархии стояла выше и являлась командиром даже и для Симы Дубайича. "Миля" была настоящим инструктором профессионального убийства для своих менее искушенных "товарищей". Она учила их "правильно" кастрировать свою жертву, чтобы та умерла от кровоизлияния в страшных мучениях.
партизанки:
С помощью кастрирования Миля убила больше сотни хорватских юношей школьного возраста из каких-то интернатов и подобных учреждений и при этом ритуально слизывала их кровь с ножа. Она посыпала солью их ампутационные раны и наслаждалась их мучениями. После множества садистских убийств она полностью потеряла человеческий облик и напоминала Сатану. Вся ее одежда была пропитана кровью, а в ее волосах застряли кусочки костей черепа ее жертв. Она обучала "товарищей" "правильно" перерезать горло несчастным, так, чтобы нож проходил исключительно через мягкие ткани жертвы и не тупился от затрагивания позвоночника. Она обучала одним движением перерезать сонную артерию с обеих сторон шеи, одновременно при этом перерезая и горло, что лично продемонстрировала нескольким своим добровольным мясникам. Ее собственным изобретением было т.н. "соленое усташское сердце", это когда еще живому человеку вскрывали грудную клетку и извлекали его сердце. Несчастные жертвы при этом, по свидетельствам очевидцев, ревели так, что ни одна свинья не сможет реветь громче. Другой "специализацией" Мили было забивать гвозди в голову живым людям. При этом она неизменно спрашивала у уже полумертвых от болевого шока жертв: "сумела ли я выбить из твоей головы Независимое Государство Хорватию?" По приказам комиссарши партизанские мясники целыми группами рубили, рвали и резали молодых мужчин, которых она отбирала лично.
Партизанские "боевые подруги" не отставали в изуверстве от мужчин
Партизанки под руководством комиссарши "Мили" садистски пытали мужчин, но еще более свирепствовали по отношению к женщинам. Они ножами убивали беременных с еще не родившимися детьми, монахинь и верующих женщин, подвергшихся многократному изнасилованию, они перед казнью связанными и голыми заставляли под звуки гармошки танцевать козарское коло и петь: "мы шлюхи, мы бляди и хорватский мусор, мы монахини, самое большое дерьмо на свете".
Юре свидетельствовал, что партизанок не требовалось уговаривать прибегнуть к пыткам. Они добровольно и с незаурядной фантазией мучили своих жертв обеих полов, прижигая им гениталии, заталкивая разнообразные предметы женщинам во влагалище а мужчинам в анальное отверстие.
Тяжело изуродованным жертвам мочились и испражнялись на раны и на лицо. Каждый новый особо зверский поступок по отношению к своей жертве на Кочевском Роге сопровождался взрывом всеобщего поощрения, публичного одобрения и ликованием преступников.
Отдельная группа палачей-живодеров с навыками обвальщиков мяса, которых выделили Симо и Миля сдирали кожу с живых людей. Эти "товарищи" имели привилегированный статус в карательном подразделении, их самих называли "специалисты" а их изуверское занятие "специальной обработкой". Эти "специалисты" подвешивали своих жертв вниз головой на деревянные кресты и не торопясь снимали с них кожу с ног до головы. Крики, которые испускали жертвы, были аналогичны визгу животных. Таким способом, например, был убит священник Михович Лайош, которого распяли на дереве вниз головой. Его изуродовали до неузнаваемости, вставив в рот отрезанные пенис а в пах на место отрезанного пениса, распятие.
Откуда столько ненависти?
Точное число жертв резни в Кочевском Роге как и их национальная, возрастная и половая структура не известны, так как долгое время эта тема была под запретом. Задачей коммунистов было убить в Словении как можно больше хорватов, чтобы позднее они не стали для них помехой в осуществлении их планов. Источники из Сербии упоминают о 13.000 убитых. Сам Симо Дубайич где-то говорил о 23.000, а где-то и о 30.000 жертв. Раскаявшийся Иван Гугич из Велы Луки считал, что убитых было около 40.000.
Аналогичную цифру приводит Франц Преме в книге "Мы тоже умирали за свою страну". Он число убитых оценивает в 41.000. Остается извечный вопрос: почему? Какими методами промывки мозгов можно было достигнуть того, чтобы люди, которые как представляется были ранее нормальными, многие несовершеннолетними или едва лишь достигшими совершеннолетия превратились в безумных сатанинских зверей, которые жаждали только лишь человеческих страданий, крови и смерти? Несомненно, что такие методы имелись у преступника Тито и его команды, но это уже совсем другая тема.
В Кочевском Роге покоится только часть из сотен тысяч убитых коммунистами хорватов, кости которых лежат в более чем 1.500 массовых захоронений по всей территории бывшей Югославии. К большому сожалению нынешние правители Хорватии, которые во многом являются наследниками той самой преступной коммунистической клики, избегают смотреть правде в глаза, а точнее дать объективную оценку преступлениям своих отцов и дедов, так как правда для них весьма болезненна, хотя все равно неизбежна.
Источники:
https://web.archive.org/web/20170801210610/http://nibelungen74.livejournal.com/28149.html
https://web.archive.org/web/20170903084010/http://nibelungen74.livejournal.com/28363.html
Кочевски Рог это местность расположенная в скалистых горах недалеко от города Кочевье в южной Словении. Многие века населением этих мест были немцы, которых после Второй мировой войны изгнали или частично убили коммунисты. С тех пор Рог практически необитаем. С 1942 года в Кочевском Роге был расположен штаб словенских партизан-коммунистов известный по названием База 20, сегодня это памятник истории и туристическая достопримечательность Словении.
Блейбург
После Майской катастрофы 1945 года и краха Независимой Державы Хорватии (Н.Д.Х.) сотни тысяч военнослужащих хорватской армии и гражданских беженцев-хорватов устремились к австрийской границе навстречу британской армии, чтобы избежать коммунистического плена и найти у англичан защиту от юго-коммунистических партизан Тито и амнистированных им к тому времени сербских четников. Конечной точкой на этом маршруте для хорватов стал австрийский городок Блейбург в Каринтии. По пятам за хорватами следовали красные партизаны Тито.
Тито при поддержке Сталина стал шантажировать западных союзников [...] Так начался Крестный путь хорватского народа.
Хорватия будет освобождена [только] в 1991 году, когда хорватские патриоты-добровольцы начнут изгонять солдат т.н. Югославской народной армии с территории Республики Хорватии.
Точное число отступивших в Австрию из Хорватии людей доподлинно неизвестно, но крайне максимальные оценки хорватских историков говорят о 360.000 военных и о 500.000 гражданских лиц. У хорватов теплилась надежда на то, что западные союзники не выдадут их на верную смерть коммунистам а с военнопленными поступят так, как это предписывалось международными нормами Женевской Конвенции. Однако эти надежды оказались тщетны. Англичане хитростью разоружили хорватскую армию, обещая справедливое отношение к военнопленным и то, что женщины и дети будут немедленно отпущены по домам. После этого в нарушение всех норм международного права началась передача военнопленных хорватов и хорватских гражданских беженцев силам коммунистического вождя Иосипа Броза Тито. Через несколько дней также вероломно англичане поступят и с 80.000 казаков и членов их семей в австрийских Лиенце и Юденбурге выдав их на расправу Сталину, но в Блейбурге масштаб трагедии в несколько раз превосходил то, что произошло с нашими казаками.
Блейбург стал для хорватов символом и метафорой всех хорватских страданий от коммунистических победителей в 1945 году, несмотря на то, что лишь небольшое число солдат и гражданских было убито на самом Блейбургском поле или в его окрестностях. Основная резня хорватов после их выдачи англичанами в Блейбурге 15 мая 1945 года началась на Крестном пути, когда их повели "маршами смерти" по территории Югославии, осуществляя массовые убийства в сотнях различных мест, крупнейшими из которых стали хорватские могилы под Марибором и Целе в Словении,в окрестностях Крапины, Самобора, Карловаца, Сисака и Бьеловара в Хорватии. Эти массовые убийства коммунистами хорватов продолжались вплоть до конца 1945 года.
Одним из самых масштабных преступлений коммунистов Тито стало массовое убийство на Кочевском Роге. Здесь окончили свою жизнь около 40.000 хорватов, 5.000 словенцев и людей других национальностей, среди которых согласно историку, американскому сербу Боривойе Карапанджичу была и 1.000 русских белогвардейцев. Этих людей первоначально доставили из Блейбурга через словенский Есенице в лагерь Шентвид у Любляны. Там их отсортировали по национальностям в специальные категории, попадание в категории B и C означало для несчастных смерть. После сортировки людей поездами перевозили в Кочевье а оттуда доставляли в глухое лесное урочище под названием Кочевски Рог.
Геноцид без наказания
То, что происходило с 28 мая до 9 июня 1945 года в глуши Кочевского Рога тяжело сравнить с чем либо еще подобным в истории, включая худшие эпизоды в советских и северокорейских лагерях. Оргия сатанинских убийств, доходящих до каннибализма длилась 12 дней пока все несчастные жертвы не были перебиты. В те дни абсолютное, вселенское зло поселилось на красивых и до того мирных и не видевших ничего подобного в своей истории склонах Словении. Это зло стало результатом "разведения ненависти", которым несколько лет в течение войны занимались коммунистические комиссары в ротах и батальонах "народной армии" Тито, что и дало такие чудовищные плоды, которые без сомнения войдут в антологию полного коллективного затмения человеческого разума.
Тито принял решение убить 200.000 "бандитов"
Все началось 28 мая в Любляне, когда Тито в своей пьяной речи упомянул о 200.000 ликвидированных бандитов, которые на тот момент были еще только взяты в плен и пока живы. Однако именно в тот день и было принято решение ликвидировать хорватов и спрятать их трупы так, чтобы никто их не обнаружил. Планирование осуществлялось на самом высоком государственном уровне и в этом Тито помогали Франц Лескошек Лука, командующий т.н. главным штабом Словении Борис Кидрич и начальник ОЗНЫ (аналог сталинского НКВД) по Словении Иван Мачек Матия. Эта троица отлично знала все пропасти и пещеры Кочевского Рога, так как в войну они в основном в них и скрывались и оставались не обнаруженными все время до окончания войны. После определения места бойни нужно было подобрать исполнителей.
Тито прекрасно знал, кто больше всего ненавидит хорватов и кому можно доверить командование этим позорным и трусливым актом. Этим человеком был майор Симо Дубайич, родом из Кистанья в Буковице, местечка в 25 километрах от Книна и в 40 километрах от Шибеника. Будущие убийцы, наихудший партизанский сброд, который в те дни находился в северной Словении после возвращения из австрийского Клагенфурта были военнослужащими 11-й далматинской бригады 26-й далматинской дивизии.
Военный преступник Симо Дубайич. Один из главных командиров команды палачей в Кочевском Роге. В мае 1945-го ему было 22 года. Сам он всегда отрицал, что лично убивал людей, называя главными экзекуторами Динко Перишу и Перо Божиновича, офицеров 11-далматинской бригады. Однако в коротком интервью для словенского телевидения в 2005 году Симо Дубайич сделал неожиданное признание, сказав что во время казней постоянно пребывал в состоянии алкогольного опьянения, что его и спасло в конечном итоге от помешательства. По словам Дубайича по меньшей мере 10 человек из числа палачей сошли с ума именно из-за того, что во время казней оставались трезвыми. Умер Дубайич в Белграде в 2009 году.
Сколько их было не известно, но судя по их "трудовому вкладу" их должно было быть свыше 100. Вначале эта банда "потренировалась" в окрестностях Любляны убив около 1.000 несчастных пленников, в основном словенцев по-национальности. По ходу дела убийцы хорошо "вооружились" в нескольких местных кузницах молотками, топорами, ножами, клещами для вырывания зубов и ложками для вынимания у своих жертв глаз. С этим снаряжением они прибыли на Кочевски Рог чтобы произвести там главную часть своей патологической оргии пыток и смерти.
На смерть посылали голодных избитых и ограбленных до нитки людей
На Кочевском Роге коммунистами была организована очень четкая "программа смерти". Каждый день два поезда по несколько раз привозили из Любляны в Кочевье до 8.000 человек, которых там встречали голодные до человеческих страданий дикари. Люди к тому моменту уже были полумертвы от голода и жажды. В Кочевье их раздевали до гола и грабили до конца, вырывая у жертв золотые зубы или коронки, снимая с них украшения и отбирая все, что имело хоть какую-то ценность.
Если перстень не могли снять с пальца, отрезали весь палец, а если жертва оказывала сопротивление вырыванию зубов, ей выбивали всю челюсть прикладом, топором или молотком. Одежду жертв поездами отправляли назад в Любляну а драгоценности "товарищи" забирали себе, часто вступая из-за них в конфликты между собой. "Сильнейшим" в этом деле оказался комиссар Любо Барбарич с Хвара, который сумел награбить 5-6 килограмм золотых украшений.
После ограбления жертв связывали проволокой по двое или по трое и доставляли к месту убийства. Целью Тито было убить как можно больше хорватов за короткое время и замести следы своего преступления. Он отдал только лишь "распоряжение" о том, чтобы убийства были быстрыми. Методы и способы, которыми это будет произведено его не интересовали. Это уже было в компетенции палачей. И они, несмотря на то, что знали о том, что акцент следует делать на быстроте убийств, не удержались от того, чтобы удовлетворить все самые больные инстинкты из тех, которые только знает бездна человеческого безумия. Методы пыток были таковы, что способны вызвать тошноту и недоверие у нормального человека. Однако о них рассказывали в конце жизни сами палачи, почувствовавшие необходимость перед смертью излить то, что много лет лежало у них на совести.
Убивали с рассвета до темноты
Один из покаявшихся палачей, Юре, утверждает, что резня длилась 12 дней со вторника 29 мая до субботы 9 июня 1945 года. "Ликвидации" проводились сменами по 24 часа, затем палачи 24 часа отдыхали, отсыпаясь в палатах партизанской больницы, при этом им строжайше были запрещены любые контакты с местным населением. Убийства продолжались с рассвета до полной темноты, с 4 до 22 часов. Во время одной из таких 24-часовых смен группа Юре успела перебить и сбросить в ямы около 1.500 человек.
Жертвы на место казни были доставлены и убиты без выяснения личности, без переклички и без каких-либо письменных следов. Не записывались ни общее число убитых, ни их возраст и пол. Ни один человек из казненных на Кочевском Роге не был перед смертью выслушан, не был осужден на смерть хоть каким-то судом, пусть даже таким скорым как партизанский. Юре оценил число людей перебитых его группой в примерно 11.000. Из них кроме 800 словенцев все остальные были хорватами.
В своей книге "От Кистанья до Кочевского Рога, жизнь, грех и покаяние" Симо Дубайич утверждал, что в Кочевском Роге был "ликвидирован Павеличев здруг" (то есть личные телохранители Поглавника Хорватии Анте Павелича) из примерно 30.000 человек. Это была откровенная глупость, так как здруг мог насчитывать самое большое несколько сот человек а чаще всего в нем их было менее 100. В этом "здруге" оказались и несовершеннолетние, а также многочисленные женщины, дети и даже целые семьи, хотя Дубайич утверждает, что гражданских якобы не было уже в поездах от Блейбурга в Словению. Самой резней командовал именно Симо Дубайич, хотя он утверждал, что непосредственным командиром был хорват из Шибеника Любо Периша, своими руками убивший около 3.000 несчастных и занявший в итоге второе место по числу убитых им собственноручно "бандитов". Позднее в Новом Саде (Сербия) Любо Периша убьет своего сына, жену, ранит второго сына и в конце сведет счеты с жизнью сам.
Дубайич также будет утверждать, что сам лично не убивал а пребывал во все время убийств на своем командном пункте в Кочевье, где принимал доклады от своих мясников. Это такая же очевидная ложь с его стороны, как и его заявление от том, что среди жертв не было гражданских лиц. Кочевье находилось от места казни на расстоянии 20 километров и было нереальным, чтобы убийцы ходили к Симе для доклада туда и обратно по ночам и по труднодоступной местности. Дубайич очевидно врал с целью скрыть то, что он сам трудился в поте лица на месте убийств. Хотя он же в своей книге и утверждает, что в том, чтобы "перебить "усташей" нет ничего плохого и что за это не нужно каяться". Зато свидетель и участник резни Юре оказался более словоохотлив и откровенен и рассказал, что лично видел как хорватских пленников резали обоюдоострым кинжалом под названием кама. При этом убийцы облизывали кровь своих жертв с ножей и в этом не было ничего особенного, так делали все "товарищи" а также и их "боевые подруги". Правда заключается в том, что Симо убил людей не намного меньше чем другие главные палачи, хотя его "вклад" и не перевалил цифру в 2.000 убитых. Из-за спешки, которую инициировал Тито, большинство жертв было убито очередями из пулемета, добито контрольным выстрелом в голову, после чего люди либо сами падали, либо их сталкивали в яму. Часть людей казнили на самом краю пропасти одиночными выстрелами в голову с близкого расстояния, что вызывало попадание брызгов мозга, крови и фрагментов костей черепа на одежду убийц.
Множество людей в ямах были еще живы и тогда убийцы бросали вслед им ручные гранаты. Некоторые гранаты попавшие прямо в людей вызывали то, что через отверстие из ямы наружу вылетали фрагменты человеческих тел и попадали прямо на людей. Вопреки всему этому многие люди в ямах оставались живы и из бездны доносились раздирающие душу крики о помощи и просьбы их прикончить. Легко раненые пытались самостоятельно выбраться из ямы и их приходилось, как утверждал Юре, "убивать по нескольку раз". Но все это являлось еще относительно "мягкой" частью всего ужаса. Палачи не могли удержаться от больного наслаждения пыток и мучений своих жертв.
Почти все девочки и женщины перед убийством были изнасилованы. Изнасилования были открытыми, групповыми и очень жестокими. Женщин принуждали к оральному сексу и мочились им в рот. Юре свидетельствует, что видел на Кочевском Роге и изнасилования мальчиков и взрослых мужчин, которых так же принуждали к оральному сексу. Это совершала группа мясников во главе с командиром Симо, которого позднее сменила комиссарша Миля. Некоторые кровопийцы после изнасилований резали горло свои жертвам и пили теплую кровь или облизывали окровавленные ножи. Но верхом каннибализма стало поедание свежего подсоленного человеческого мозга с кончика ножа.
 |
| Тито |
Комиссарша Миля и ее "специализация" - кастрации, извлечение сердца
Из многих источников известна особая жестокость партизанских "боевых подруг". Но ни одна из них никогда не смогла превзойти в жестокости комиссаршу, которую звали "Миля". Эта комиссарша в тогдашней партизанской иерархии стояла выше и являлась командиром даже и для Симы Дубайича. "Миля" была настоящим инструктором профессионального убийства для своих менее искушенных "товарищей". Она учила их "правильно" кастрировать свою жертву, чтобы та умерла от кровоизлияния в страшных мучениях.
партизанки:
С помощью кастрирования Миля убила больше сотни хорватских юношей школьного возраста из каких-то интернатов и подобных учреждений и при этом ритуально слизывала их кровь с ножа. Она посыпала солью их ампутационные раны и наслаждалась их мучениями. После множества садистских убийств она полностью потеряла человеческий облик и напоминала Сатану. Вся ее одежда была пропитана кровью, а в ее волосах застряли кусочки костей черепа ее жертв. Она обучала "товарищей" "правильно" перерезать горло несчастным, так, чтобы нож проходил исключительно через мягкие ткани жертвы и не тупился от затрагивания позвоночника. Она обучала одним движением перерезать сонную артерию с обеих сторон шеи, одновременно при этом перерезая и горло, что лично продемонстрировала нескольким своим добровольным мясникам. Ее собственным изобретением было т.н. "соленое усташское сердце", это когда еще живому человеку вскрывали грудную клетку и извлекали его сердце. Несчастные жертвы при этом, по свидетельствам очевидцев, ревели так, что ни одна свинья не сможет реветь громче. Другой "специализацией" Мили было забивать гвозди в голову живым людям. При этом она неизменно спрашивала у уже полумертвых от болевого шока жертв: "сумела ли я выбить из твоей головы Независимое Государство Хорватию?" По приказам комиссарши партизанские мясники целыми группами рубили, рвали и резали молодых мужчин, которых она отбирала лично.
Партизанские "боевые подруги" не отставали в изуверстве от мужчин
Партизанки под руководством комиссарши "Мили" садистски пытали мужчин, но еще более свирепствовали по отношению к женщинам. Они ножами убивали беременных с еще не родившимися детьми, монахинь и верующих женщин, подвергшихся многократному изнасилованию, они перед казнью связанными и голыми заставляли под звуки гармошки танцевать козарское коло и петь: "мы шлюхи, мы бляди и хорватский мусор, мы монахини, самое большое дерьмо на свете".
Юре свидетельствовал, что партизанок не требовалось уговаривать прибегнуть к пыткам. Они добровольно и с незаурядной фантазией мучили своих жертв обеих полов, прижигая им гениталии, заталкивая разнообразные предметы женщинам во влагалище а мужчинам в анальное отверстие.
Тяжело изуродованным жертвам мочились и испражнялись на раны и на лицо. Каждый новый особо зверский поступок по отношению к своей жертве на Кочевском Роге сопровождался взрывом всеобщего поощрения, публичного одобрения и ликованием преступников.
Отдельная группа палачей-живодеров с навыками обвальщиков мяса, которых выделили Симо и Миля сдирали кожу с живых людей. Эти "товарищи" имели привилегированный статус в карательном подразделении, их самих называли "специалисты" а их изуверское занятие "специальной обработкой". Эти "специалисты" подвешивали своих жертв вниз головой на деревянные кресты и не торопясь снимали с них кожу с ног до головы. Крики, которые испускали жертвы, были аналогичны визгу животных. Таким способом, например, был убит священник Михович Лайош, которого распяли на дереве вниз головой. Его изуродовали до неузнаваемости, вставив в рот отрезанные пенис а в пах на место отрезанного пениса, распятие.
Точное число жертв резни в Кочевском Роге как и их национальная, возрастная и половая структура не известны, так как долгое время эта тема была под запретом. Задачей коммунистов было убить в Словении как можно больше хорватов, чтобы позднее они не стали для них помехой в осуществлении их планов. Источники из Сербии упоминают о 13.000 убитых. Сам Симо Дубайич где-то говорил о 23.000, а где-то и о 30.000 жертв. Раскаявшийся Иван Гугич из Велы Луки считал, что убитых было около 40.000.
Аналогичную цифру приводит Франц Преме в книге "Мы тоже умирали за свою страну". Он число убитых оценивает в 41.000. Остается извечный вопрос: почему? Какими методами промывки мозгов можно было достигнуть того, чтобы люди, которые как представляется были ранее нормальными, многие несовершеннолетними или едва лишь достигшими совершеннолетия превратились в безумных сатанинских зверей, которые жаждали только лишь человеческих страданий, крови и смерти? Несомненно, что такие методы имелись у преступника Тито и его команды, но это уже совсем другая тема.
В Кочевском Роге покоится только часть из сотен тысяч убитых коммунистами хорватов, кости которых лежат в более чем 1.500 массовых захоронений по всей территории бывшей Югославии. К большому сожалению нынешние правители Хорватии, которые во многом являются наследниками той самой преступной коммунистической клики, избегают смотреть правде в глаза, а точнее дать объективную оценку преступлениям своих отцов и дедов, так как правда для них весьма болезненна, хотя все равно неизбежна.
Источники:
https://web.archive.org/web/20170801210610/http://nibelungen74.livejournal.com/28149.html
https://web.archive.org/web/20170903084010/http://nibelungen74.livejournal.com/28363.html
Friday, 8 September 2017
Маразматик Воислав Шешель
Сербский национализм базируется на фанатичной ненависти к Германии и межэтнических распрях среди европейских народов. Вот фрагмент интервью сербского националиста и президента Сербской Радикальной партии Воислава Шешеля чешскому журналисту Вацлаву Двораку.
Вопрос: Каким Вы видите будущее Евросоюза в сегодняшней ситуации?
Ответ Шешеля: Я думаю, Евросоюз скоро развалится. Германия захватит как можно больше территорий в свою империю. И речь идет не просто о странах Австрии или Бенелюкса. Германия захватит власть на востоке в Чехии, Словакии, Польше, Венгрии. А также в Хорватии и Словении. Россия должна забрать то, что ей принадлежит - это Украину и Беларусь. Потому что они русские, Украина - это Малая Россия, а из истории мы знаем, что Беларусь - это Белая Россия. А вот мы, Сербы, Болгары, Чехи и другие славяне, должны найти союз с Россией если хотим выжить как нации. И сегодня мы не можем относиться к России как к Советской России во времена диктатуры, тогда Россия больше всего пострадала, а запад принес коммунизм в Россию. Таким образом мы должны обратиться к тому образу России, что спасла Сербов и Чехов в 19 и 20 веке, и спасет в любой момент когда мы их призовем на помощь. Мы славяне хотим независимости, мы хотим быть суверенными, но мы хотим максимальной дружбы с Рускими братьями, потому что мы не можем без них. Славяне в Евросоюзе должны решить, хотят ли они иметь право принимать решения сами в союзе с Россией или они хотят быть рабами Германцев. Германия их просто всех ассимилирует, ведь Германия уже ассимилировала многих славян на протяжении истории. В Восточной Германии были совершены массовые убийства славянских племен, вся Германия к Востоку от Эльбы была чисто славянской землей, сегодня там еще живут Лузитанские Сербы (сорбы), остатки славян. Вы знаете, существуют славянские историки типа чешского филолога Иосифа Дубровского, он утверждал, что сербами в древности называли все славянские народы, поэтому мы можем понять почему в Германии существуют сербы (сорбы). Не имеет значения, что их язык сейчас ближе к чешскому, чем к современному сербскому. Поэтому это объясняет, почему раньше всех славян называли сербами. Мы должны, мы должны.. Мы славяне должны защитить нашу славянскую цивилизацию, нашу славянскую преемственность и, особенно, наши языки - это самое большое богатство. Когда наши люди переезжают в Америку - перво поколение оберегает эти вещи, второе - забоитстся лишь частично, а третье - забывает. И сечас этот процесс идет глобально, когда Новый Мировой Порядок и глобализация разрушает народы, но мы хотим защищаться. Мы сербы гордимся нашей сербской нацией, самосознанием, культурными традициями, и мы хотим защищать все это. Я думаю, того же хотят Чехи, Словаки, Болгары и другие славяне. И поляки этого хотят, хотя они возможно самая русофобская нация среди славян.
Вопрос: Каким Вы видите будущее Евросоюза в сегодняшней ситуации?
Ответ Шешеля: Я думаю, Евросоюз скоро развалится. Германия захватит как можно больше территорий в свою империю. И речь идет не просто о странах Австрии или Бенелюкса. Германия захватит власть на востоке в Чехии, Словакии, Польше, Венгрии. А также в Хорватии и Словении. Россия должна забрать то, что ей принадлежит - это Украину и Беларусь. Потому что они русские, Украина - это Малая Россия, а из истории мы знаем, что Беларусь - это Белая Россия. А вот мы, Сербы, Болгары, Чехи и другие славяне, должны найти союз с Россией если хотим выжить как нации. И сегодня мы не можем относиться к России как к Советской России во времена диктатуры, тогда Россия больше всего пострадала, а запад принес коммунизм в Россию. Таким образом мы должны обратиться к тому образу России, что спасла Сербов и Чехов в 19 и 20 веке, и спасет в любой момент когда мы их призовем на помощь. Мы славяне хотим независимости, мы хотим быть суверенными, но мы хотим максимальной дружбы с Рускими братьями, потому что мы не можем без них. Славяне в Евросоюзе должны решить, хотят ли они иметь право принимать решения сами в союзе с Россией или они хотят быть рабами Германцев. Германия их просто всех ассимилирует, ведь Германия уже ассимилировала многих славян на протяжении истории. В Восточной Германии были совершены массовые убийства славянских племен, вся Германия к Востоку от Эльбы была чисто славянской землей, сегодня там еще живут Лузитанские Сербы (сорбы), остатки славян. Вы знаете, существуют славянские историки типа чешского филолога Иосифа Дубровского, он утверждал, что сербами в древности называли все славянские народы, поэтому мы можем понять почему в Германии существуют сербы (сорбы). Не имеет значения, что их язык сейчас ближе к чешскому, чем к современному сербскому. Поэтому это объясняет, почему раньше всех славян называли сербами. Мы должны, мы должны.. Мы славяне должны защитить нашу славянскую цивилизацию, нашу славянскую преемственность и, особенно, наши языки - это самое большое богатство. Когда наши люди переезжают в Америку - перво поколение оберегает эти вещи, второе - забоитстся лишь частично, а третье - забывает. И сечас этот процесс идет глобально, когда Новый Мировой Порядок и глобализация разрушает народы, но мы хотим защищаться. Мы сербы гордимся нашей сербской нацией, самосознанием, культурными традициями, и мы хотим защищать все это. Я думаю, того же хотят Чехи, Словаки, Болгары и другие славяне. И поляки этого хотят, хотя они возможно самая русофобская нация среди славян.
Tuesday, 29 August 2017
Сербские путинофилы. Часть II
Патриот Сербии - всегда любитель Путина и Новороссии, можете не сомневаться.
Сербские наци - синоним путинофилии:
Какой-то серб на фоне своего идола:
Friday, 11 August 2017
Сербы в руководстве движения усташей
Михайло Лукич, Православный генерал в НГХ
Сербы не знают и даже не хотят слышать того факта , что многие из них были очень лояльны к усташским властям и Независимому Хорватскому государству. Причем, те люди не были хорватскими православными , но всегда объявляли себя сербами.
За этим политическим «шведским столом» современные сербы выбирают только то, что им подходит в данной политической ситуации, а то, что их не устраивает - просто игнорируется. Сербы - признанные мастера в сокрытии исторических фактов и придумывании наглых измышлений, лжи и исторического подлога. Не даром существует поговорка: «Ты лжешь , как серб».
Следует подчеркнуть , что среди югославов сербы являются наиболее плодотворными в сочинении исторических мифов, служащих для оправдания их политического сумасшествия. От фантастических средневековых сказок о Косовом поле до времен Негоша, сербы постоянно усовершенствовали мифы и ложь, поддерживая психологически образ "жертвы" вокруг себя, и в конечном итоге, скорее всего, сербы сами станут жертвами этого собственного ментального кода.
Сербская общественность скрывает от себя тот факт, что многие сербы были активны в движении Усташей и руководстве Независимого Государства Хорватии. Например, очень уважаемым членом Президиума Хорватской национальной ассамблеи независимого государства Хорватия был д-р Саво Бесарович, близкий друг главы Анте Павелича. Членами Хорватской парламентской ассамблеи были сербы д-р Светислав Шуманович (вице-президент Хорватии и Славонии с 1903 по 1906 год и президент Руководящего комитета Сербского банка из Загреба с 1929 по 1941 год), а также Урош Додер , (Джозо Томасевич, «Война и революция в Югославии» 1941 - 1945 гг., Издательство «Стэнфордский университет», 2001).
Позднее, после капитуляции НГХ, д-р Светислав Шуманович сумел эмигрировать, а д-р Сава Бесарович даже не пытался убежать, потому что он думал, что для этого нет причин. Однако партизаны думали иначе. Д-р Бесарович был приговорен к смертной казни после краткого судебного разбирательства 16 июля 1945 года перед «Народным судом». Согласно хорошо документированным свидетельствам и источникам, он сразу же воскликнул перед смертной казнью: «Для меня было честь быть министром в правительстве Независимого государства Хорватия. Я умираю подобно хорватам за свою родину Хорватию. Да здравствует доктор Анте павелич! Да здравстсвует Хорватский народ! »(« Хорватия », Буэнос-Айрес, Аргентина, 5 марта 1952 года). Он оставался очень уважаемым в среде хорватской эмиграции.
Министром «без портфеля» в правительстве НГХ также был Любомир Пантич, аптекарь из Биелины. В апреле 1945 года он покинул Хорватию в направлении Австрии. Однако Любомир Пантич понял, что его могут легко поймать и достать в Югославию, где он попадет под партизанскую «милость», и каким-то образом ему удалось связаться со своим влиятельным двоюродным братом Родолюбом Чолаковичем - Росио, одним из наиболее доверенных подчиненных Тито. После почти пяти месяцев, проведенных в эмиграции, Пантичу удалось вернуться в Югославию и сдаться коммунистическим властям. Поскольку, как упоминалось выше, у него был влиятельный двоюродный брат, он провел всего три с половиной месяца в тюрьме, а затем освобожден без суда, чтобы свободно жить в Белграде. Он даже получил государственную пенсию. (Деннис Бартон, Хорватия 1941 - 1946, Информационный центр истории Черчилля, Лондон, 2007)
Сербский генерал Джуро Груджич, доверенное лицо Павелича, глава генштаба Хорватских вооруженных сил на Верховном трибунале в Белграде заявил в сентябре 1946 года: "Большое количество Православных сербов занимали высокие посты в Хорватской армии и государстве, Православные и сербы вносили свой вклад в страну разными способами. Доктор Саво Бесарович, Православный, был министром в Правительстве НГХ. Дюжина сербов и других Православных занимали критически важные посты в Правительстве и Хорватской армии." (FNRJ Supreme Court Archive, Grujic et al., 1945, 2298/45)
Кто еще был сербом в руководстве НГХ?
- Fedor Dragojlov был генерал-лейтенантом в хорватской армии, а с 1943 года до конца 1944 года главнокомандующим хорватской армии.
Высокие позиции в армии независимого хорватского государства занимали следующие сербы:
- генерал Jovan Iskrić,
- генерал Mihajlo Lukić,
- генерал Miroslav Opačić,
- усташский авиатор и генерал Dušan Palčić,
- генерал Milan Desović,
- генерал авиации Đuro Dragičević,
- генерал авиации Milan Uzelac.
Интересно, что после войны, почти всех из вышеперечисленные православных и сербских генералов ожидала лучшая судьба, чем всех другие хорватские старших должностных лиц НГХ:
- Генерал Đuro vitez Grujić приговорен к смертной казни в Белграде и расстрелян в 1945 году.
- Jovan Iskrić умер как пенсионер в 1961 году в Загребе..
- Mihajlo Lukić был приговорен к десяти годам лишения свободы, из которых он отсидел пять лет, и дальнейшая судьба неизвестна.
- Dušan Palčić умер на пенсиип в 1963 году в Загребе.
- Milan Desović был приговорен к двадцати годам тюремного заключения, но из-за плохого состояния здоровья был выпущен в 1960 году. В том же году он умер в Загребе..
- Zvonimir Strimaković выдержал все двадцать лет тюремного заключения в Стара Градишка. Он упорно отказывался пересмотреть свои позиции и каяться. Он умер в 1974 году в Загребе в 83 лет. Прочный характер! Да благословит его Бог!
- Milan Uzelac находился в тюрьме в течение двух лет, но по сообщениям, освобожден от длительного лишения свободы благодаря чьему-то вмешательству из коммунистического руководства. Он умер в 1954 году в Загребе..
- Đuro Dragičević удалось бежать, и умер в Австрии.
- Fedor Dragojlov удалось бежать, и умер в 1961 году в Буэнос-Айресе, Аргентина..
В качестве известных сербов меньшего масштаба стоит упомянуть Mark Šarc, работавшего в усташских лагерях в Tornjo и Pakrac. Он пользовался личным доверием Макса Лубурича, и по факту был его правой рукой на территориях Пакрач, Липик и Западной Славонии. (Dane Pavlica, Stratišta oko Papuka i Psunja, Zavičajno udruženje Slavonaca, Beograd, 2007). Он был расстрелян как "военный преступник" в 1946 году.
Было бы несправедливо не упомянуть усташей Милко Обрадовича. Он был также известен Миле Васич, серб, который был сотрудником лагеря Ясеновац.
Кроме группы Васича в Ясеноваце также находилась группа цыган, которые были захвачены усташами. Они жили сравнительно свободно, в основном в деревне Ustica, который был расположен в районе между реками Сава и Уна. Но из-за их насильственного поведения против православного населения (сербы и хорваты), они были пристрелены усташами в 1945 году.
Помимо этого существовали Рабочие отряды Домобранства (DORA). Это были специальные подразделения в армии НГХ с 1942 года. В основном они были заполнены сербами, прошедшими до этого военную службу, для того, чтобы интегрировать их в НГХ, исключить их из протестных движений и использовать в качестве рабочей силы. К сентябрю 1942 существовало три полка DORA.
В конце 1942 года в окрестностях Bjelovar один отряд DORA, состоявший из 400 местных сербов, во время вырубки леса был окружен сербскими партизанами под командованием Ивана Шибла. После долгих переговоров, только 30 человек согласились перейти на сторону партизан. Партизаны расстреляли командира отряда, серба из Сербии, героя сражения при Салониках в Первой Мировой войне.
Источник: http://www.ustaski-pokret.com/html/srbi_u_ustasama.html
По вопросом сотрудничества пишите на https://twitter.com/stopserbophilia
Subscribe to:
Posts (Atom)
-
Неизвестно, сколько проституток находится на улицах Белграда и Сербии, это похоже на конвейер: одна приходит, другая уходит, третья ждет...
-
Несмотря на то, что сербское общество в представлении русских является довольно традиционным, не так давно в Сербии существовали весьма в... -
Летом 2015 Сербия активно проталкивала мигрантов в Европу через свою территорию, и похоже, что эти мигранты перешли к активным действиям: ...
